Чтение онлайн

Как лечить животных я не знал. Может ему просто надо отлежаться? А может ему травку какую-нибудь принести? Ага, грибов. Мухоморов. Чтоб не мучился.

Я закинул в печку остатки дров, и пошел в кабачок напротив гостиницы, который приметил еще вчера вечером. Может, куплю ему мяса. Вдруг поможет? Заодно сам поем.

Как оказалось, я был единственным, кто решил в это раннее утро позавтракать. Остальные в этом кабачке страдали недугом. Недуг этот называется похмелье. Штука, говорят, серьезная и опасная. Говорят, даже можно «сгореть синим пламенем», если вовремя - в основном по утрам - не принять «на грудь».

Лица стоявших за высоким столиком троих «клиентов», безошибочно классифицировались

как хари и рыла, а запах того, что они пили с утра, сшибал с ног.

Но увидев меня, хозяйка кабачка - судя по ее обутым в золото пальцам - тут же подхватилась с места, вцепилась мне в рукав и потащила в дальний угол, где стоял небольшой, но чистый столик под раскрытым настежь окном. Чуть ли не насильно, усадив меня на резной стул, единственный во всем помещении, она попросила «не обращать внимание на это отребье» и метнулась к стойке за грифельной доской. Встав возле меня с этой доской и мелом в руках, она... торжественно разрешила:

– Говорите!

Я растерялся:

– Что?

– Что вы хотите на завтрак?
– хитро улыбнулась она.

– Вот так вот, что хочу?

– Конечно!

– А если я захочу... пончики?

Она расхохоталась. Но тут же спросила:

– Молодой человек, вы ведь наверняка знаете, что такое «бытовая магия»?

Я все понял. Редчайший дар! Алхимики и артефакторы нервно пьют в сторонке валерьянку. Стаканами! Чтобы заполучить «бытовика» или как их еще называют «повара» к себе на службу, устраиваются аукционы. Способность преобразовывать практически любой предмет в съедобный, даже среди магов оценивалась как... Ну, я даже не знаю как! Куда там алхимикам со своими реакциями, или артефакторам, которые просто добавляют свойства в предмет и накачивают его энергией. Здесь запредельный уровень превращения вещества! Как ее сюда, в эту глушь, занесло?!

Но мне пришлось спуститься с небес - услуги «бытовиков» очень дороги.

– Не переживайте, цены у меня как на обычной кухне!

Да-а... надо приобретать повязку на лоб. Срочно.

– Тогда, на ваше усмотрение, ларэсса.

Она почему-то смутилась, но тут же шутливо присела и убежала «готовить».

Ждал я не особо долго, но когда с кухни потекли сногсшибательные запахи и даже забулдыжки у входа в кабачек завертели носами, у меня от нетерпения потекли слюни. Тем более, я со вчерашнего походного перекуса ничего не ел. Хорошо, что хозяйка не стала испытывать меня на прочность и вприпрыжку принесла на подносе...

Щас, расскажу, что принесла!

Молочный сбитень, приправленный корицей на первое; рассыпчатую гречневую кашу с нежнейшим филе индейки поджаренной в дарагонском соусе на второе; биточки по вессальски в томатах на третье, и аларский чай с воздушными эклерами в карамельной помадке. И все это мне одному.

Короче, наелся я... хорошо, в общем, покушал. Не хотелось обижать «повара» словами «в меня уже не лезет», поэтому съел все. Не скупясь, расплатился, попросил немного мяса для «кошки», забрал заботливо обернутый в холщевую ткань кусок, и, боясь не поместиться в узенькую входную дверь кабачка, все-таки покинул это заведение. И пончики, кстати, мне тоже вручили. Просто так.

2

Ханур мясо есть не стал. При виде пончиков он оживился, но снова поскучнел и отвернулся.

Я налил ему в кружку воды, на всякий случай мелко порезал мясо и положил на тряпочку, и засобирался в местный магистрат. Надо предстать перед светлым взглядом главы этого города. Зачем? Передать ему мое направление и спросить, чем конкретно будет заниматься маг поисковой специализации на вверенной ему территории.

Выйдя во внутренний дворик при гостинице, где находилась конюшня, я нашел своего лошарика. Коняшка мне обрадовался как родному,

и даже потыкался носом в ладонь, и мне стало стыдно. Надо угостить его чем-нибудь вкусным, ездить-то мы все горазды, а вот накормить... К чести владельца заведения, слуги у него добросовестно отрабатывали свой хлеб. Мой лопоухий транспорт был вычищен, накормлен и лежал на сухой соломе, а его седло, уздечка и даже короб ханура висели рядом на крепком крючке. Так что зря я жаловался на дороговизну. Если бы еще постояльцев кормили... Вон, через улицу, целый «бытовой маг» в какой-то забегаловке обитает. Работай она в гостевом доме, цены бы такому дому не было.

Рассуждая о превратностях и загогулинах местного предпринимательства, и рассматривая город, отличающийся от множества других городков Вессалии наклонными улочками, лесенками и подъёмниками, я, расспрашивая редких прохожих о направлении, неспешно добрался к небольшому одноэтажному дому в центре.

По разноцветному песку дорожки, ведущей от решетчатых ворот к массивной двери из старого дуба, по вычурной безвкусице мраморной отделки фасада с колоннами, по экзотического вида цветам и кустарникам, окружавшим здание, я понял, насколько гордится своим положением губернатор городка, под громким названием «Тихий».

Ну, возможно, есть чем.

3

Роскошь - это совсем неподходящее слово.

Обстановка внутри Тихинского магистрата криком кричала о количестве потраченных денег и сил, и по сравнению с Королевской канцелярией, больше похожей на чуть-чуть прилизанные казематы, местная управа балдела сама от себя. Домик, хоть и небольшой, и внутри слегка даже тесный, сделал всё, чтобы поразить, потрясти, и сшибить с ног. И заставить почувствовать посетителя - нет, просителя!
– мелким насекомым, которого срочно нужно подвергнуть инсектированию.

Совсем не хотелось чувствовать себя блохой, поэтому, когда я добрался до двери секретариата, так и подмывало открыть её пинком. Но меня пристыдило воспитание, и пришлось открывать как обычно. Рукой.

– А стучаться не научили?!
– сходу услышал я визгливый мужской голос.

Да, я тоже удивился. И послал воспитание подальше:

– А вы здесь оправляетесь? Простите, не знал, что это уборная.

Эффектно причесанный молодой человек в ярком шейном платке и при жилете, глядя на наглого меня, открыв рот сидел за секретером. И дышал как та самая рыба, которую на берег выбросило.

Я изысканно поклонился, зацепив грастой всё, что можно зацепить: входную дверь; дверь, ведущую в соседнюю комнату; тот самый секретер, за которым восседал этот крендель и его ноги под секретером заодно. Я старался.

Парень вскочил:

– Что вы творите?!

Я сконфузился:

– Так тесно же. Чуток бы поширше... вам тут... вот...
– И развел руками, «нечаянно» задевая какой-то полудохлый, но очень экзотический цветок. Горшок с цветком угрожающе покачнулся на подоконнике, и парень в прыжке, сбивая собственный стул, попытался его поймать. Увы, до Машкиной ловкости ему было далеко. Тяжелый горшок с грохотом приземлился и разлетелся вдребезги, обдав кусками влажной земли дорогую мебель. Стебель растения был безнадежно поломан в нескольких местах, и я скорбно произнес:

– Отмучился.

Парень подпрыгнул:

– Вы кто такой, вообще?!

Дверь в соседнюю комнату открылась, и из нее выглянул толстенький человечек в дорогущем камзоле, при мече и в ботфортах. Я отрыл рот. А человечек оглядел все устроенное мной непотребство, поднял на меня глаза и строго спросил:

– Вы к кому?

– К вам.

Теперь он уже более тщательно оглядел меня, остался недоволен, потом посмотрел на секретаря, тоже остался недоволен и, отступив внутрь помещения, пригласил: