Чистилище
Шрифт:
– А как Паха и Саха? Я имею в виду как диггеры? – ни к чему спросила Вера, чтобы перевести разговор с этой тяжёлой для неё темы.
– Да какие они диггеры, - ответил Жак, не обрадованный уходом от разговора Веры. – Ну не гнать же их было обратно, когда они у нас появились. Там бы их быстро следователь за дезертирство на каторгу сослал. Пришлось дать им поиграть в диггеров. Они, конечно, ребята добрые, сильные, ловкие; упражнения диггерские быстро усваивают. Но диггер заключается не в теле, а в сердце и уме… Забирай их с собой побыстрее, пока они нас своим шумом не выдали. Мы и так специально для них «разведку» придумали, чтоб меньше в убежище находились.
Помолчав, Жак попытался вернуть разговор в желаемое русло:
– Я про Улю
Жак сделал долгую паузу, как будто думая, стоит ли говорить то, что у него на уме.
– Что б ты не натворила в своей жизни, я уверен, что Дева-Воин из Песни Хаоса – это ты. Ангелы и демоны сошлись в битве за твою душу, но выбор за тобой – с кем ты останешься, тому и будет дан шанс. Поэтому даже если ты вернёшься к диггерам и не будешь со мной, даже если уйдёшь в другую бригаду - я всё равно буду рад тому, что этот шанс ты подаришь диггерам.
Почему-то именно сейчас Вера приняла для себя важное решение, которое тут же сообщила Жаку:
– Там, Жак, есть один человек, очень хороший человек. Если мне суждено выжить, я буду там, где он. Так говорит мне моё сердце…
4.
– Второй Следователь, вами инициировано доследование дела по обвинению Шестого следователя. Вы включены в состав следственной группы. Вы лично проверили полноту и объективность следствия, проведенного остальными следователями. Вы утверждаете, что все действия, в которых мною обвинена Шестой следователь нашли своё полное подтверждение. И при этом вы настаиваете на невиновности обвинённой. Как это понимать?
– Начсот, Шестой следователь не виновна. Все совершённые ею действия были продиктованы следственной тактикой по проверке информации о совершённом преступлении.
– Второй Следователь, данная информация подтвердилась? Есть обвиняемый в совершении данного преступления?
– Начсот, есть два обвиняемых в совершении преступления, установленных по результатам проверочных действий Шестого следователя.
Вера переводила взгляд то на Начсота, то на Второго Следователя, который говорил совершенно непонятные для неё вещи.
– Второй Следователь, два обвиняемых? Кто эти обвиняемые?
– Начсот, это вы и Первый Следователь!
В комнате следователей сверкнула невидимая молния и прогремел беззвучный гром. Никто не выдал своих эмоций, только очень внимательный наблюдатель мог заметить, как сосредоточились и напряглись присутствовавшие в этом помещении люди. Начсота с абсолютным спокойствием металлический голосом произнёс:
– Первый, третий, четвёртый, седьмой, восьмой и десятый следователи, обезоружьте второго и пятого следователей. Второй Следователь, вы обвиняетесь в государственной измене и клевете в отношении должностного лица Республики и в отношении следователя, в связи с чем исключаетесь из следственной группы по делу Шестого следователя и берётесь под стражу. После приведения в исполнение приговора в отношении Шестого следователя будет создана следственная группа по расследованию совершённых вами преступлений.
Несколько следователей приблизились к Вере и Второму Следователю с тем, чтобы забрать оружие, но они даже не шелохнулись. Вера не особо понимала, что происходит, но если бы Второй Следователь выхватил из ножен мечи, она бы сделала то же самое.
– Начсот, - твёрдым голосом сказал Третий Следователь, который даже не сдвинулся с места по команде Начсота.
– В соответствии со сто сорок шестым параграфом, следователь имеет право предъявить обвинение любому лицу без исключений. Мы обязаны выслушать суть его обвинения и только после этого принять решение о том, является оно ложным или нет. Учитывая, что из числа необвинённых я являюсь самым старшим следователем, до окончания слушания принимаю руководство Следотделом на себя. Второй Следователь,
– Третий Следователь, в рамках доследования я проверял факты совершения действий Шестого следователя. Всё, в чём она была обвинена, имело место в действительности. Проверочные действия я проводил по установлению косвенных обстоятельств, поводом для которых явились действия Начсота по искусственному удалению меня из процесса расследования дела по обвинению Шестого следователя. Очевидно, Начсот действительно заподозрил меня в определённой пристрастности по отношению к Шестому следователю, так как именно я её подобрал. Подобная пристрастность, даже с точки зрения Начсота, никак не могла сказаться на объективности расследования, но могла значительно повысить скрупулёзность его проведения с моей стороны, так как Шестого следователя я знаю с её детства и поэтому обладаю большей информацией о некоторых её психологических особенностях. Мною был осуществлён допрос Шестого следователя. Из её показаний, а также некоторых моих личных наблюдений была рассмотрена версия о возможной недобросовестности Первого Следователя. Поэтому я перепроверял то направление расследования, которое ему было поручено Начсотом.
Как известно, Первому Следователю было поручено наиболее сложное следственное действие – осмотр места происшествия и трупов по факту несанкционированной боевой операции, проведённой Шестым следователем в переходе возле каторги «Динамо». Мною был проведен повторный осмотр, допросы работников похоронной команды, осуществлявших перевозку и захоронение трупов, эксгумация и повторное исследование трупов, осмотр их одежды. По результатам прочтения озвученного здесь без меня Первым Следователем рапорта мною выявлены существенные расхождения между тем, что якобы увидел Первый Следователь, и тем, что увидел я лично. Например, им не было озвучено, что один из уничтоженных в ходе боевой операции неизвестных был одет в униформу следователя, причём, судя по всему, это была не подделка, а именно подлинная униформа следователя. Первый Следователь, вам вопрос: где эта форма?
– Второй Следователь, я её уничтожил.
– Первый Следователь, в соответствии со 146 параграфом вы не имеете право уничтожать вещественные доказательства до тех пор, пока не закончено расследование. Почему вы это сделали?
– Второй Следователь, я посчитал, что расследование дела по обвинению Шестого следователя уже закончено; я уничтожил одежду, внешне похожую на одежду следователя, так как она была сильно окровавлена…
– Первый Следователь, итак, вы признаёте нарушение 146-го параграфа?
– Второй Следователь, да. Но это не существенное нарушение, которое никак не может явиться поводом для обвинения меня в злоупотреблениях.
– Первый Следователь, тогда вопрос, почему вы изъяли и уничтожили только одежду, внешне похожую на одежду следователя, но не изъяли одежду убров, которая так и осталась на трупах на момент захоронения?
– Второй Следователь, я посчитал, что имеет смысл проверять только одежду, внешне похожую на униформу следователя; но когда убедился, что это не униформа следователя, посчитал, что её можно уничтожить.
– Первый Следователь, сколько вам понадобилось времени, чтобы отличить подделку от той одежды, которую вы носите много лет?
– Второй Следователь, вторая часть вопроса не конструктивна. Я до момента изъятия одежды сомневался, является ли она подлинной униформой следователя, но в последующем убедился, что она таковой не является, поэтому уверенно её уничтожил.
– Первый Следователь, в соответствии с параграфом 147 следователь проводит визуальное исследование вещественных доказательств на месте происшествия и только при необходимости специальных исследований с привлечением специалистов либо возврата заинтересованным лицам, изымает их. Вы вещественное доказательство изъяли при отсутствии заинтересованных на его получение лиц, но его не исследовали. Вы признаете нарушение параграфа 147 или же допущенную некомпетентность?