Брошенный мир
Шрифт:
– У меня есть честь, и я не хочу бросаться ею направо и налево, - угрюмо буркнул Геретс.
– Довольно глупо, - усмехнулся Орикс.
– Твои товарищи, небось, сейчас потирают руки и думают о том, как ловко они меня провели. Не сомневаюсь, что какое-то там слово, данное по принуждению, удержит их от новых низостей!
– Так зачем же ты их тогда отпустил?
– Можешь не верить, но мне действительно нужен мир. Войны надоели мне.
– Интересно знать, когда? На Лиросе их не было уже, бог знает сколько столетий!
– Я воюю почти с тех пор, как помню себя. И здесь, на Лиросе, и в других мирах.
– Так ты и есть Сварг Темный, о котором нам рассказывал Лестер?
–
– Нет, - покачав головой, ответил Орикс.
– Владыка Хаоса всегда был моим врагом.
– Так кто же ты такой, черт тебя побери?! Почему ты связался с его гнусными тварями?! Почему называешь их своими друзьями?
– За что ты так не любишь орков, Геретс? Скажи, разве сделали они тебе чего-нибудь плохого?
– Они отвратительные, уродливые, вонючие твари! Кроме того, у них нет души!
– А вот здесь ты ошибаешься. Душа у них есть, и так же, как и любая другая, она способна любить и страдать, проявлять свое благородство и великодушие. Скажи мне, сегодня орки убили хоть кого-нибудь из вас? А ведь признай, они имели на то все основания, ведь вы пришли сюда не на дружеские посиделки, а за их жизнями!
– Зато ты убил капитана Тренда, - буркнул Геретс.
– Он был моим учителем, и я никогда не прощу тебе этого!
– Да, убил, - согласился Орикс.
– Но минутой раньше твой капитан, ничуть не сомневаясь, пытался прикончить меня самого. А ведь я не давал ему для этого никакого повода.
Геретс угрюмо молчал, не желая признавать правоту Орикса, а затем неожиданно взорвался:
– Я не понимаю, во имя чего ты читаешь мне здесь нотации?! Хочешь убить, так убивай, нечего тянуть кота за хвост!
– Если бы я хотел, то убил бы тебя давно, - спокойно ответил Орикс.
– А разговариваю я с тобой только потому, что хочу склонить на свою сторону.
Геретс рассмеялся.
– Ты обратился не по тому адресу, приятель! Если уж тебе так нужны были прислужники, то предложил бы к тем, кого отпустил! Уж они-то, спасая свои шкуры, согласились бы без промедления!
– Именно потому я их и отпустил. Мне не нужны предатели и трусы.
– Так почему же ты предлагаешь предательство мне?!
– Я предлагаю тебе не предать, а изменить свои убеждения. Ты еще слишком молод, и наслушался всякой ерунды, которой потчует вас в Троере этот самый Лестер. А ведь это он, а не орки, принес войну на Лирос. Я же предлагаю тебе не заниматься тупым уничтожением таких же разумных существ, как и ты сам, а протянуть руку помощи тем, кто больше всего в ней нуждается.
– Это уж не оркам ли?
– усмехнулся Геретс.
– Им самым. И ты поймешь меня, если соблаговолишь выслушать историю этого племени.
– Я так и не знаю, кто ты такой есть на самом деле, - напомнил Геретс.
– С этого я и хотел начать. Я Орикс, Бог Огня, один из первородных богов. Вся разумная жизнь в многочисленных мирах, первым среди которых был Лирос, началась с того, что мы втроем, Мэлвин, Кайра и я, создали живую душу.
И тут Орикс замолчал. Он вдруг предельно ясно вспомнил, из-за чего у него возникли разногласия с Мэлвином. Кайра! Прекрасная и обворожительная, обожаемая и любимая, лицемерная и лживая! Именно она стала причиной его ссоры с Повелителем Звезд, из-за нее он оказался в стане ненавистного врага Сварга!
Орикс был поражен этим воспоминанием и не сразу сообразил, что Билл Геретс что-то говорит ему.
– Прости, - немного растерянно сказал он.
– Я задумался и не расслышал, что ты сказал.
– Я говорю, что Лестер и Барбаган - сыновья Мэлвина. Мне об этом по секрету рассказал капитан Трэнд.
Ни
один мускул не дрогнул на лице Орикса. Он начал рассказывать Геретсу историю появления орочьего племени, а у самого, тем временем, в голове стремительно проносились мысли.– Так вот в чем дело! Мэлвин пристроил своих сыновей управлять Лиросом, а они не нашли ничего лучше, чем заняться истреблением орков! Не слишком-то порядочно нападать на тех, кто не может дать тебе отпора! Я легко могу остановить их, но вот хочу ли я этого? А почему бы и нет?! Это будет и хорошей оплеухой самому Мэлвину, и суровым уроком для его ненаглядных сыночков! Да, но, насколько я понимаю, это дети не только его, но и Кайры тоже. Зачем врать себе самому, я ведь до сих пор люблю эту обольстительную, коварную женщину! Смогу ли я причинить вред ее сыновьям? На этот вопрос у меня пока нет ответа. Пусть пока лучше держатся от меня подальше, и все будет нормально.
В это время он как раз завершил свое повествование о печальной судьбе племени орков. Билл Геретс слушал его на удивление внимательно, а затем спросил:
– Так выходит, что предки орков были такими же людьми, как и мы?
– Да. И не только людьми. Среди их предков были и гномы, и эльфы. Им многое довелось пережить, такого, что ты и вообразить себе даже не можешь! То, что душа не умерла в них, равносильно чуду. Я никогда не мог бы подумать, что сотворенное нами эфемерное создание окажется настолько живучим и неистребимым. Но это так. Ну как, ты изменил свое представление об этом племени? Я смог переубедить тебя?
– Даже не знаю, что и сказать, - задумчиво проговорил Геретс.
– Скорее всего, да. Но почему тогда Лестер не понимает этого?
– Он еще слишком молод и, похоже, не слишком-то задумывается о предыстории Лироса.
– А почему ты обратил свое внимание именно на орков?
– Как выяснилось, они тоже наши дети, причем дети обделенные, никогда не знавшие родительской любви и ласки. Справедливость требует того, чтобы вернуть им равные права с другими народами, дать шанс начать новую жизнь, в которой не будет постоянного ужаса и унижений.
Орикс развязал Геретса и сказал:
– Вот что, Билл, я даю тебе свободу. Если хочешь, то можешь уйти отсюда прямо сейчас. Насильно я тебя удерживать не стану. Но все же искренне надеюсь на то, что ты останешься.
– Можно мне задать один вопрос?
– Конечно.
– Орки действительно собирались съесть нас?
Орикс рассмеялся.
– Нет, конечно же! Просто хотели припугнуть, как следует, чтобы навсегда отвадить ваш дурацкий орден от своего стойбища. Их пища теперь мало чем отличается от человеческой. Вот только готовить они не слишком-то хорошо умеют. Я понимаю, их внешний вид не располагает к себе, да и манеры несколько грубоваты, но когда узнаешь орков ближе, выясняется, что внутри они гораздо красивее, чем снаружи.
– Можно я осмотрюсь и подумаю?
– осторожно спросил Геретс.
– Клянусь, что не убегу, а если все же надумаю уйти, то сообщу об этом тебе сразу же.
– Согласен. Можешь расположиться пока у меня, а там видно будет.
6. Таангрим и Наниэль.
Таангрим и Наниэль оказались примерно в том же самом месте, где ранее вступили на землю Лироса Барбаган, Лестер и Волай. Был разгар лета, и лес не казался таким древним и увядающим, как поздней осенью. Ярко светило солнце, сияющими лучами пробивающееся сквозь густые кроны деревьев, где-то в ветвях насвистывал соловей, в траве, перелетая с цветка на цветок, жужжали полосатые пчелы. Между деревьев, то здесь, то там, возвышались на удивление огромные муравьиные кучи, сложенные из пожухлой, желтовато-бурой хвои.