Боги и монстры
Шрифт:
Я всегда считал, что мой характер — это нечто, с чем приходится считаться, но Квен была ничуть не лучше. Для той, кому ещё даже не даровали её силы, она была настоящим кошмаром.
— Почему нет? — закричала она. — Тебе-то какое дело?
Чёртов кошмар.
Эта женщина была упрямая, несносная, и бывали моменты, когда я ловил себя на мысли, не сбросить ли её со скалы и не сойти ли мне это с рук, потому что покой, который это принесло бы в мою жизнь, был бы чистым блаженством. А потом каким-то образом я всегда вспоминал, что знаю: жить без неё я не смогу.
Всё должно было быть не так. Где-то в глубине
Слова прогремели по комнате, разбивая светильники и вазы, пока осколки не усыпали пол.
— ПОТОМУ ЧТО Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, НЕВЫНОСИМАЯ ЖЕНЩИНА!
Я представляла, что большинство людей думают: момент, когда впервые звучит признание в любви, должен происходить как-то мило. Что это будет нежный момент.
Но, как обычно, у нас с Греем это был момент чистого хаоса.
Я почувствовала, как слова эхом отдаются вокруг нас, и ледяная вода проливается по моим венам, гася огонь, который всего мгновение назад бушевал в них.
Грей только что признался, что любит меня.
Моё сердце колотилось в груди, пока я смотрела на него. Каждая унция злости, что была во мне, смылась потоком эмоций. Растерянность, паника, неверие. Назови любую — и я это чувствовала.
В дверь постучали, вырвав меня из мыслей, и Грей взял себя в руки настолько, что его аура исчезла.
— Какого хуя здесь кто-то делает посреди ночи? — прошипел он, недовольный тем, что нас прервали.
Вспышка паники пронеслась по мне. В моей жизни уже был один раз, когда в дверь стучали в такой неурочный час. Это была полиция — в ту ночь, когда погибли мои родители.
— Нет. Нет.
Мой разум перебирал всех людей вокруг меня, пытаясь понять, кто это может быть. Стук раздался снова, громче.
Грей, должно быть, почувствовал мою панику, потому что широкими шагами прошёл мимо меня к двери, и я бросилась следом.
Он резко распахнул дверь.
— Чем могу помочь?
Я встала рядом с ним, и моё сердце остановилось.
Это должно быть шуткой.
Мой разум наконец сдался под давлением всех этих лет, и у меня начались галлюцинации, потому что какое ещё может быть логичное объяснение.
— Итан?
— Привет, Квен, — сказал он, проводя рукой по своим светлым волосам.
Я не могла поверить своим глазам — Итан Блейк стоял на пороге. В последний раз я видела его много лет назад, когда он вышел из моей жизни, но ничего не изменилось. Та же щетина вдоль линии челюсти. Та же небрежная укладка волос, торчащих во все стороны. И он по-прежнему называл меня Квен, словно не вырвал моё сердце и не растоптал его.
— Я не хотел мешать, — сказал он, переводя взгляд на Грея.
Когда я посмотрела вверх, челюсть Грея была напряжена, а руки сжаты в кулаки.
— Всё в порядке, — выдохнула я, уверенная, что ещё шаг — и я потеряю сознание. Мы втроём стояли в неловком молчании, прежде чем я снова заговорила. — Итан, что ты здесь делаешь?
— Я хотел поговорить с тобой,
но не смог с тобой связаться, — объяснил он.— Поэтому ты пришёл к дому?
— Сейчас за полночь, — голос Грея прорезал разговор, холодный и резкий.
— Да. Понимаю, это не самое подходящее время. Я Итан.
Итан протянул руку, и меня накрыла новая волна паники, потому что на Грее не было браслета. Но Грей лишь посмотрел на его руку с отвращением.
— Сейчас за полночь, Итан, — повторил Грей.
— Прости, — ответил Итан. — Мне стоит уйти.
Он развернулся, и я шагнула за порог.
— Нет! — крикнула я.
— Нет? — услышала я эхом за спиной голос Грея.
— Ты хотел поговорить? — спросила я Итана.
— Думаю, твоему другу это не очень понравится.
— Мы пойдём в закусочную.
«У Эда» работало круглосуточно и подавало самую жирную еду на свете. Мы с Итаном раньше заканчивали там задания, когда приезжали домой на каникулы. Сидели в кабинке, прижавшись друг к другу, делили картошку фри и поцелуи.
— Иди вперёд. Я встречусь с тобой там, — сказала я ему.
— Хорошо, — ответил он, выглядя нервным, и отвернулся.
Когда я повернулась обратно, мне кажется, за всё время, что я знала Грея, я никогда не видела его таким взбешённым. Его глаза были совершенно чёрными, а аура пульсировала яростными волнами. Я двинулась обратно к дому, и он отступил в сторону, пропуская меня внутрь, прежде чем с такой силой захлопнуть дверь, что здание содрогнулось.
— Ты никуда не поедешь, — сказал Грей тихим, опасным голосом.
— Прости?
— Ты с ним не увидишься, Скотт.
Я моргнула, глядя на Грея, и злость, которую я чувствовала раньше, снова хлынула через меня.
— Я уже говорила тебе: ты не имеешь права указывать мне, что я могу делать, а что нет.
— Ты отдала своё сердце мне! Ты пообещала его мне! Если ты хоть посмотришь на него, я уничтожу его!
Отдала своё сердце Грею? Пообещала своё сердце Грею?
Я знала, что сказал Грей. Я знала, что он сказал, что любит меня, и каждая часть меня хотела сказать ему, что я тоже его люблю. Но даже если бы я это сказала, даже если бы он действительно любил меня, какой в этом смысл?
Грей всё равно оставит меня. «Я люблю тебя» — красивые слова, но, возможно, мне нужно было нечто большее. Возможно, я хотела того, что было у моих родителей. Если ты любишь человека, как можно быть в порядке с тем, чтобы уйти от него?
Я была обязана самой себе исцелиться, а это означало выслушать то, что хотел сказать Итан.
— Я никогда ничего тебе не обещала, Грей. И ты ничего подобного делать не будешь. Я сама принимаю решения, и ты не можешь заставить меня поступить по-твоему.
Отвернувшись от него, я схватила ключи со стола в прихожей, но его аура обвилась вокруг моей талии, притягивая меня к его телу.
— Он всего лишь Смертный! — сказал мне Грей.
Грей с силой впечатал моё тело в стену, и я зашипела от боли. Моё сердце бешено колотилось в груди, пока он вторгался в моё пространство. Как никогда раньше, я увидела Бога, который окружил себя полным разрушением. Его рука сомкнулась на моём горле, заставляя меня не отрывать от него взгляд.
— Я могу убить его в одно мгновение, — сказал Грей, прижимаясь своим носом к моему.