Чтение онлайн

Дева посмотрела на свои изрядно поредевшие фигуры и перевела взгляд на Люцифуга, который с показной беспечностью что-то считал, загибая когтистые пальцы. Архонт был доволен, более чем доволен, но близкую победу омрачала тень, не ясная, словно приближавшийся рок. Дева взглянула на пустую клетку перед фигуркой мага, которая прикрывала проходную пешку и задумалась.

Дроздов остановился, оглянулся назад и удовлетворенно

крякнул. Он стоял перед могилой своих командиров. Поваленное дерево, могила купца первой гильдии, кладбищенская ограда — все совпадало до мелочей, кроме снега. Снег. Они тогда вгрызались в мерзлую землю, молча курили да изредка грелись разведенным спиртом.

— Андрей! Ты как?

— Слегка попустило! Черт побери! Кто-то идет и это не человек! У него нет ауры! — ответил Морозов и коснулся руки друга, когда тот попытался закурить.

— Хм-м, — вздохнул Дроздов и расстегнул кобуру на поясе.

Полночное кладбище ожило шуршанием гравия, треском ветвей и нервным причмокиванием спешившего на встречу. Он неуверенно остановился, шумно потянул воздух и чем-то лязгнул, противно так лязгнул, словно металлом по стеклу. Морозов был не так уж и слеп, как могло ему самому показаться. Он видел ауру деревьев, настороженное сияние травы под ногами и туманные ошметки, бывшие связным со свитой. Со свитой? Об этом Туркул ничего не говорил. А свита какая, сущие угробища, прости Господи!

Дроздов одернул гимнастерку, громко прокашлялся и посмотрел на оцепеневшего спутника. Чего это он? Эх, Андрюша, Андрюша! Сведет тебя в желтый дом твоя мистика, и дюжий санитар с неповторимой аурой будет пичкать всякой гадостью, чтобы питательная среда вместе с червями омертвела. А насторожился как! Если человек умелый конспиратор, то хвала ему, а не гробам вапленным со скелетами.

— Дрозды улетели на юг-г! — глухо, словно из Преисподней, прокаркал голос, в котором не было ничего человеческого.

— Еще не осень! — последовал ответ Дроздова и связной в нерешительности остановился, словно не мог преодолеть какую-то невидимую черту, — С кем имею честь, сударь?

Связной молчал, лишь как-то странно сопел, словно страдал насморком, или еще какой хворью. Безмолвие затянулось до неприличия. Дроздов сделал шаг навстречу и застыл словно статуя, неподвижная, пугающая своей реалистичностью. Андрей мрачно смотрел на фигуры с серпами и их предводителя, мрачного демона со сверкающей косой в руках. Чудище удивленно взглянуло на Морозова, не поддавшегося колдовству, источавшего силу, темную и неприятную для его демонического естества.

Мир стал другим, более осязаемым и Морозов даже несколько растерялся, увидев, что деревья загорелись бледным фиолетовым светом, усиливая и без того острое чувство нереальности событий. И опять, как в горах Тавра, ночь сменилась пасмурным днем. Исчезло кладбище, и капитан снова был жрецом, мудрым и непреклонным выразителем воли древней богини. Не могла или не хотела помочь богиня. Кто их поймет этих богов, богинь и мелких демонов! Вот и выкручивайся сам приват-чернокнижник.

А в ушах стоял презрительный смех существа упоенного силой, близкой победой под лязг серпов призрачной стражи. Они сжимали кольцо, подходили все ближе и ближе, повинуясь странному ритму. Словно сертаки танцуют, мерзавцы! Ну, так потанцуем вместе. Ощущения Андрея настолько обострились, что казалось, будто демоны двигаются непозволительно медленно. Серпы в самый последний момент разрезали пустоту, и ночь прорезало недовольное шипение.

Но что это? Неужели царица смилостивилась? Лунный металл перстня засверкал, переливаясь всеми цветами радуги, и рука налилась тяжестью серебристого меча. Призрачное оружие! Ничего себе призрачное!

И новый аккорд сначала зазвучал диссонансом, а потом слился с мелодией. Серпы жалобно вскрикнули от боли.

Что-то скользкое, ледяное охватило ноги и выбило из ритма. Теперь уже адские серпы частенько успевали коснуться тела и ранили. Да раны те были не телесные, а иные! Силы медленно, капля за каплей покидали тело и мышцы цепенели, и сил едва хватало на отражение ударов. Танец со змеями! Тоже мне жрица Нагга!

Коса едва не снесла голову, и демоны с недовольным шипением растворились во мраке, из которого выползли. Что-ж, костлявый, решил сам добить? Ave Deva, morituri te salutant! [5] И они застыли друг перед другом на мгновение, словно примеряясь, обратились мысленно к сильным мира сего и увидели два пальца опущенных вниз.

Гнев разразился грозою над миром подлунным, В злобе притихшей, желающим крови и демон, Смерти посланник, оружьем своим смертоносным Повеял и страхом, словно Коцит ледяной охватил. И повергнул, крепкого духом лохарга, на землю, Но серебро отразило удар, разлетелось и брызи, Багровые искр, разлетелись на камни, заговорили, И пламенем древним, клинок отковали мгновенно. Древние стражи, свидетели битвы титанов. Вновь серебро засверкало и, в танце смертельном, Зло оступило, сраженное дланью лохарга.

Андрей увидел, как демон покачнулся, неуверенно сделал пару шагов и расстаял, словно его не было, а поединок, вымотавший все силы, казался невероятным сном. Сном? На месте гибели потустороннего чудища лежал человек, мертвый, мертвее не бывает. Обычный человек был, в потертом пиджачишке, ношеных переношеных сапогах. Короче, роботяга роботягой. Но был! И, холодный, задубел сверх всякой меры. Сколько же ты тут лежишь, друг сердечный?

Капитан присмотрелся к покойнику, посветил спичкой в остекленевшие глаза и покачал головой. Только этого не хватало! Призраки призраками, но бесплотное суду не подлежит, а вот «контрики», как выражаются местные товарищи, вполне, более чем вполне.

— Ты формено, спятил! — возмутился Дроздов и ногой перевернул труп, — Связного угробил! Я только хотел шаг сделать, а ты уже дров наломал!

— И тут же заставил окоченеть! — огрызнулся Морозов.

— Хрен тебя поймешь! Это тебе не в подвале с киркой ковыряться! Тут, согласно уставу, думать не надо! Идем отсюда!

— Стой, Саша!

— Чего ты там увидел? Решил заупокойную молитву прочитать? — сплюнул на землю Дроздов и закурил.

— Боже! Этого не может быть! — перекрестился Морозов, — Но почему! Этого не может быть!

— Платочек дать, крокодил страдающий?

— Саша! Заткнись, ради всего святого! Это же Пашка, брат Ани Гросснер! И я его не убивал, лишь… Все-равно не поймешь! Господи!

Андрей обыскал карманы покойника, но ничего не нашел, даже документов, лишь медальон с изображением Святого Павла. Не помог тебе праведник, не охранил от демонов, а продал им если не душу то тело. Да причем тут святые и нечестивые! Нельзя быть ангелом в Аду!