Современная проза

Приближались сумерки, что было замечено мною как по заходящему солнцу, так и по замедлению второго дыхания. Где-то между девятью и десятью часами вечера я сэкономил свои силы в последнем рывке. Проезжая в шестом номере автобуса в домашнем направлении, я от «Академии» до остановки «По требованию. Крематорий»,…

«Черт! Какая ерунда! Почему именно сегодня, когда проспал, обязательно должно было что-то случиться?! Почему нет поезда?!» Из тоннеля опять пошел широкий вал воздуха, опять где-то там, в самой глубине жерла что-то зашумело, но быстро все стихло. Поезда все не было. Вдруг послышался обнадеживавший грохот…

Он подошел. – Я временно живу в Камакуре. Сейчас пересяду на линию Йокосука и поеду туда. Дом у меня совершенно пустой, и мне очень одиноко. Не могли бы вы приехать ко мне погостить? – С этими словами он вложил мне в руку маленький клочок бумаги. И, уже сделав несколько шагов прочь, добавил: – Да, я…

Старуха смотрит мне прямо в рот и ждет разумного совета. Самое разумное, что я мог бы предложить, — поменять Мише учителя. Но предлагать такое не принято, поэтому я говорю бабке то, что ей хочется от меня услышать. Я говорю, что внук у нее умный и серьезный, что он образумится, возьмет себя в руки и…

Климов вышел с территории и отправился в лес. Изо всех явлений природы, а точнее, изо всего природного ассортимента, как-то: огонь, море, горы, степь и так далее, Климов больше всего любил лес. Когда-то в детстве друг Славка сказал, что деревья — это умершие люди, и может статься, что в лесу среди деревьев…

Аттракцион рассчитан на четыре минуты. Надо ждать два часа. По самым приблизительным подсчётам, ждать надо в тридцать раз больше, чем развлекаться. И так всю жизнь: соотношение ожидания и праздника в моей жизни — один к тридцати. Люди стираются, изнашиваются в обыденности. Они стоят в очереди, чтобы…

Айва девушка молчаливая. С ней не очень-то разговоришься. Мы уже друг с другом не откровенничаем. Кое-чем, между прочим, я и не могу с ней поделиться. Друзья у нас есть, но мы ни с кем не видимся. Одни живут у черта на рогах. Другие вообще – кто в Вашингтоне, кто в армии, кто за границей. С чикагскими…

Потом они ложились в кровать. Он близко видел ее изумительные плечи, восемнадцатилетние груди, его сердце трепетало от любви. А потом он быстро засыпал с открытым ртом, и она смотрела на него, спящего, слегка балдея от его алкогольных паров. Марусино сердце созрело для любви, и она принимала любовь,…

Через две недели Артамонова заметила странное: не может чистить зубы. От зубной щетки начинает выворачивать и холодный обруч стягивает лоб. Районный врач спросила, будет ли она рожать. – Не знаю, – потерянно сказала Артамонова. – Думайте, но не долго, – посоветовала врач. – Самое лучшее время для…

* * * Прошло четыре года. Перестройка длилась и уткнулась в дефолт. Страна шумно выдохнула, как от удара под дых. Тишкин снял еще один фильм. Всего один за четыре года. Государственное финансирование прекратилось, как и прекратилось само государство. Жить по-старому не хотели, а по-новому не умели.…

И еще мы знали, что получим по шее или по морде, что особенно больно, потому что рука как доска. Но это было позже. А тогда мы – маленькие девочки, шести и девяти лет в послевоенном Ленинграде. Мы едим котлету, а наши мысли во дворе: удар лаптой, мяч летит, Ленка бежит, Нонна наизготовке… Иногда…

– Спасибо. Благодарю вас, – говорил молодой человек. Профессор Дарлимпл с усилием оторвал взгляд от сигареты и посмотрел на поднятое к нему лицо с крупными чертами, слегка искаженными дружелюбной гримасой. Черты были крупные и неожиданно простые: полные губы, ровные белые зубы, большой нос, широко поставленные…

Я зажег свет. Я лежал без сна. Я видел: …грива из красной терракоты, внезапно застывшая, безжизненная, терракота или дерево с белыми, как мел, зубами и блестящими черными ноздрями, все искусно раскрашено, лошадиная голова беззвучно и медленно уходит назад в скалу, и скала беззвучно смыкается, без…

– Боже мой! – воскликнула она. – Неужели это то, что я думаю? Пол вышел из-за письменного стола и кивнул. Шарлотта куда-то спряталась. – Неужели это сделала Шарлотта? Элизабет опустила сумку на пол и оглянулась в поисках кошки. Первая реакция хозяйки – беспокойство по поводу здоровья и благополучия…

Мальчик вскинул на отца черные глаза, мгновение смотрел, как бы не решаясь — признаться ему или нет, потом ресницы его дрогнули, и он тихо сказал: — Боюсь, атай [1] … Хайретдин деланно громко рассмеялся, похлопал сына по худенькой спине: — Ай, дурачок, дурачок? Да кто тебя тронет? Зверя тут нету,…

– Необходимо подписать протокол вскрытия, доктор Пирсон. Отдел здравоохранения требует дополнительные экземпляры. – В другой раз. Мне сейчас некогда. – Доктор Пирсон был сегодня не в лучшем расположении духа. Но маленькая мисс Милдред не собиралась отступать – она гонялась за ним уже три дня. И Пирсону…

Помахивая хвостом, конь резво скакал по пустынным авеню и бульварам. Его движения походили на движения танцора, и в этом не было бы ничего удивительного – ведь кони так прекрасны, – если бы он не двигался так, словно постоянно слышал какую-то свою, лишь ему одному ведомую музыку. Поражаясь собственной…

А были еще и другие места, где бросали бомбы, целились по мишени, теряли и снова брали высоты; где происходили наводнения и извержения вулканов; где воевали или готовились к войне, свергали правительства, двигались в похоронных процессиях и шагали в маршах. Но здесь, на террасе, в весенней Франции, вся…

— Как там сударчик-то мой поживает? — принародно спрашивала Поля. Гутя смеялась: — На печке — клопов давит. Мстили, что ли. Тимоха тогда же налетел на законную жену, но получил отпор на этот раз от своих детей. Спроси сейчас Тимофей, зачем он идет к Поле, он не сказал бы. Не знал. Поля удивилась.…

«Мы все прекрасно понимаем, Николай Васильевич», — съязвил про себя Солодовников, присаживаясь на белую табуретку. Не зло съязвил, легко — от избытка доброй силы. Не терпелось скорей заговорить с Анной Афанасьевной. — Я вас прекрасно понимаю, Николай Васильевич!.. Хорошо. Бу сделано! — Анна Афанасьевна…