Современная проза

Но плакать он не мог, и ему было стыдно, стыдно еще и оттого, что он сидит вот так, в расстегнутом костюме. Ему не хотелось смотреть на себя, думать о себе, взгляд его растерянно скользил по комнате, по вещам Рагны, по мертвым и безмолвным вещам Рагны, и остановился на большом туалетном зеркале. Оно…

Я жила в карюкаи в 1960-1970-е годы, в то время, когда Япония претерпевала радикальную трансформацию – переход от постфеодального государства к современному обществу. Но я существовала в отрыве от внешнего мира, в обособленном царстве, чья миссия и существование зависели от славных традиций прошлого.…

Тут меня схватили, связали мне руки и повели к этому самому Морро, о существовании которого я и не знал. Он оказался прославленным ученым, философом, математиком, астрономом и астрологом, которого почитали чуть не как Бога. К счастью, он сразу понял, что произошло недоразумение, рассмеялся, велел меня…

«О ком же?» – спрашивает Ланчеллотги и весело смеется. «Да обо всех, ваше превосходительство, обо всех, даже о людях самых честных и имеющих безупречную репутацию». «И о вас тоже, старина?» «Ну как же, конечно, конечно! Ладно бы говорили только обо мне – я что? Последняя спица в колеснице. Так ведь…

[Закон Паркинсона] Закон Паркинсона (не имеет ничего общего с болезнью, носящей то же имя) гласит, что чем крупнее становится какое-нибудь предприятие, тем чаще оно нанимает неспособных и высокооплачиваемых сотрудников. Почему? Просто потому, что уже работающие на нем люди хотят избежать конкуренции.…

В своем коротком и безжалостном послании она сообщала, что вечером непременно явится в зал на улице Верди на мою лекцию «О мифической структуре героя», и что это будет наша последняя встреча перед пяти– или даже шестилетней разлукой, и что, раз я наотрез отказываюсь бросить все и бежать с ней, она решила…

– Я вас беру, – выговорил я, как только смог. Я ясно понял, что этот миляга принадлежит к племени неутомимых заботников, столь незаменимых в каждом доме. – Благодарю вас, сэр. Моя фамилия – Дживс. – Вы можете приступить сразу? – Незамедлительно, сэр. – Послезавтра нам надо быть в Шропшире в…

– Видал, Греков? Если бы не приказ министра запечатлеть на пленку все от начала до конца, я бы ее и на пушечный выстрел к нашей стройке не подпустил. Она еще не подозревает, что ее ожидает впереди. А тебе, Греков, до этого приходилось слышать, что это такое – спецконтингент? – Но ответ его спутника потерялся…

– Да ладно, – ответила она. – А пресса, а все прочие? То, что я была с ним – ну, ты понимаешь. Но они меня простят, да, черт возьми. Не переживай, все пройдет как по маслу – появлюсь на сцене и уйду, и все. Ладно тебе, дело есть дело. Сама знаешь, контракты и все такое. Меня это не порадовало, но…

Затем в течение пяти лет, несмотря на все их старания, жена никак не могла забеременеть. А Сергей так хотел наследника, продолжателя фамилии! "Кто-то предохраняется по-всякому, кто-то делает аборт за абортом, – говорил он товарищам в порыве откровения за кружкой пива, – а тут как ни стараешься…

— Нет, — ответил я. — А в бессмертную душу? — Нет. — Это и не положено, — согласился он, — просто верить как-то спокойнее. А в неприятеля веришь? — Да, — ответил я. — Вот видишь, — сказал он, — это как раз положено! Надевай форму, бери шлем и автомат. Они все заряжены. Я повиновался. Все так же…

Иногда я встречался с У. и читал его сочинения. Мне казалось, он не продвинулся ни на шаг. Все-таки я писатель способен распознать в написанном что-нибудь стоящее! У господина же У. что-либо стоящее отсутствовало начисто. Я окончательно утвердился в своем первом впечатлении. Наконец и он сам, видимо,…

– Добавлять, – сказал он напоследок, – типа того, что плохая привычка. Необъяснимое стечение обстоятельств: когда меня привели в камеру, там было только двое. Никак не мог подумать, что в канун праздника такое возможно. Где удаль? Где имманентное русскому человеку стремление загулять? Один из моих…

– Ну, чего стоишь? Заходи! – громким шепотом позвала проводница и, посторонившись, пропустила Стебликова в вагон. Он протиснулся в узкий коридорчик перед служебным купе. Проводница топала за ним. – Тариф знаешь? – спросила она. – Не впервой! – радостно выдохнул Стебликов. – Ступай в десятое двухместное.…

Я никого не трогаю. Я никому не причиняю вреда. Я ни в чем не виноват. Я сделал открытие. Я клоун. Ты бог. Почему ты держишь меня здесь? Где выход? Любая ступень скрипит от того, что не хочет сломаться от твоей тяжести. Скрипящие ступени делают предупреждение. Голоса все еще приходят ко мне. Но с каждым…

Диктор с экрана грустно улыбнулся Пете, сочувствуя нелегкой судьбе олигарха и одновременно намекая, что вот, мол, бывают неприятности и похуже необходимости утреннего подъема. С тех пор, как сломался будильник (а купить новый было все недосуг), Петя пристрастился просыпаться под телевизор, благо в нем…

— Н-не знаю… Может быть, ему будет неприятно… А прочем, иногда в этом есть свое очарование. К тому же этот недостаток может пробудить в муже особую заботливость, вскрыть хорошие стороны его характера. Да и не такой уж это страшный недостаток. — Вы так думаете? Вот и я ей говорила, что это не недостаток.…

Последние несколько лет в наших беседах, когда мы встречались, все время всплывала проблема, решить которую мы никак не могли. В Токио ее восприняли бы как странную шутку или даже несусветный вздор Здесь же это был один из самых больных вопросов. Здесь каждый должен выбирать что-либо одно: белое или…

Это, сознаюсь, для нас не вполне подходит: казённо звучит. Для какого-нибудь взрослого учреждения подобный чин — в самый раз! Однако, у нас ведь не учреждение, а, я бы сказал, «Храм доброты». Так что женщина у ворот — это прекрасно! — Он погулял рукою в затылке. — «Центр» тоже звучит пресно, холодновато.…

Необыкновенным был и матч, на котором мне удалось присутствовать. Гулкие удары мяча глохли в тяжелых всплесках волн, бивших с наката в сваи, шлепавших о прибрежные скалы. Белые флажки судей на линии трепыхались от ветра в руках, как пойманные чайки, и казалось, что живые чайки, носившиеся с криком над…