Современная проза

И хотя многие годы этот обряд оставался неизменным, Харлампо всегда болезненно воспринимал то, что его не сажают рядом с гостями. Это было видно по выражению его лица, и тетя Нуца, моя тетя, вероятно, пытаясь задобрить его, то и дело подкладывала ему самые вкусные куски с гостевого стола. Харлампо,…

Когда я вложил карандаш в карман и разогнулся, взгляд мой встретился со взглядом пассажира, который сурово и терпеливо следил за моими действиями. Я сделал неопределённый жест в том смысле, что мои действия совершенно безвредны как для чемодана, так и для нашего полёта в целом. Пассажир этот мой миролюбивый…

Одним словом, эта моя мнимая особенность стала предметом разговоров, обычно предваряющих славу. Постепенно я вошел во вкус и стал разыгрывать из себя мальчика, у которого организм обладает добродетельной странностью отталкивать алкогольные напитки. Интересно, что, как только я утвердился в этой роли…

Причиной того и другого был пронизывавший прозу автора, начиная с его первой и самой нашумевшей книги – романа «Тропик Рака» (1934), пафос яростного неприятия буржуазной морали и культуры, побуждавшего писателя извергать проклятия в адрес индустриальной цивилизации, эпатируя благонамеренных ее носителей…

Он достал из сумки и вручил молодым людям по банке пива. — Я сейчас вам машину организую, — с улыбкой проговорил один из сержантов, отходя в сторону. — Спасибо. — Вам спасибо, — почти смущённо рассматривая «свою» банку, откликнулся второй блюститель порядка. Они не успели даже толком помолчать, как…

— Все! Сегодня же отберу лестницу. В возрасте тети Элнер не пристало… — Норма, положи трубку. — А вдруг она все кости переломала? — Я перезвоню, — прервал ее Мэкки и повесил трубку. Мэкки вышел на стоянку позади торгового центра, сел в свой «форд» и помчался к дому Элнер.…

И в самом деле, не проходит и минуты, как рядом с женщиной материализуется молодой человек – видимо, тот самый доктор, о котором шла речь, – и что-то шепчет ей на ухо. – Пол? – говорит молодой доктор. – Вы меня слышите? Правильно ли я произношу ваше имя? Вы – Пол Реймент? – Да, – тщательно выговаривает…

И дальше Теодор стал руководствоваться здравым смыслом. Во всяком случае, ему тогда так казалось, что он им руководствуется. Тот факт, что после школы надо идти не на комсомольскую стройку, а в институт, был даже не озвучен. Это решение проявилось из пространства само по себе. А раз через год в институт,…

Другие приходили и уходили. Сопливый инопланетянин, потная парочка привидений, тюбик зубной пасты, страдающий астмой. Парад редел по мере того, как ночь близилась к концу. Ветер бушевал, и порванный бумажный змей старался освободиться и вырваться из лап вяза на той стороне улицы. Над верхушками деревьев…

Они посмотрели друг на друга. На нем была засаленная кожаная куртка поверх клетчатой рубахи и шерстяного свитера, лицо — в явно лишних складках кожи, когда-то он отличался внушительными размерами, но вся внушительность была изъедена изнутри неведомыми силами. От него пахло разложением. Она выглядела…

для галстука слишком тонкая шея для рубашки слишком длинные руки для пиджака слишком простое лицо, к тому же у меня нет пиджака если бы я мог носить хитон, гиматий или хламиду а еще лучше — уютный красный пеплос, на зависть афине палладе сентябрь, 23 посидел в кафе на ла рамбле, вдруг захотелось…

Наша воскресная школа принадлежала церкви Христа — епископальной церкви Грейвсенда, что в штате Нью-Хэмпшир. Нам преподавала нервозная и несчастная на вид учительница по имени миссис Ходдл — имя подходило ей как нельзя лучше, потому как ее педагогический метод предполагал частые и продолжительные уходы…

Критерий личности — это ее свобода. Какой ты, если дать тебе полную свободу, таков ты и есть на самом деле. И тут никуда не скрыться — ни от себя, ни от других, и все видно. Но так как ты не один такой гаврик на свете, и таких гавриков, как ты, — в любом троллейбусе битком, то свободе надо учиться так…

Он писал письма домой, почти ежедневно, и жил только в этих письмах; все прочее, что он делал, казалось ему лишь призрачным, пустым времяпрепровождением, безразличными вехами, как цифры на циферблате. А когда он писал, он чувствовал в себе нечто особое, исключительное; как остров, полный чудесного солнца…

– Ну, я пошел тогда. – До cвидания. И cпаcибо вам. – Не cтоит благодаpноcти. Он уеxал, и тогда она веpнулаcь в дом и закpыла за cобой двеpь. Одна. Какое облегчение! Дома. В cвоем доме, cpеди cвоиx вещей, на cвоей куxне. Гудела колонка отопления, давая блаженное тепло. Пенелопа pаccтегнула кpючки…

— Трофимыч, что там? как? Сам в каком расположении духа? И Трофимыч всех обнадеживает. Сколько раз я стригся у него, столько раз слышал это, и всегда в тех же самых словах. Значит, прочно у него записалось: однажды и на всю жизнь, а было или не было, не поручусь. Еще любит он рассказывать, как…

Шел, шел, смотрю-нет на мне теменной кости, на берегу забыл. Вернулся к реке и вижу: в моей теменной кости перепелка гнездо свила, двенадцать яиц снесла. Ну, думаю, бог дает-в окно подает. Изжарил себе яичницу, угостился на славу и пошел к своим овцам. Пока шел, овцы по кустарнику разбрелись. Стал я…

– Я дочь Кисловского Ильи Петровича. Кто-нибудь отвезет меня домой? Водители переглянулись. – Я отвезу, – сказал один из них, средних лет мужчина в белой рубашке, отстегнул от брючного ремня мобильный телефон, набрал номер. – Захар Ионович, тут дочери Ильи Петровича надо помочь. Да. Конечно. Хорошо.…

- Я сказал: простите, но спички у меня нет, - Пругов уже собрался. - Точнее, зажигалки. А откуда вы знаете, как меня зовут? На ресепшене выяснили? Мы с вами живем в одном отеле? Не видел вас там. Незнакомка с глазами цвета Эгейского моря покачала головой. - Нет. Я приехала на пристань на другом…

Отчего-то не дают покоя апартаменты 15. В апартаментах 15 что-то затевается. Я чувствую это всей отопительной системой. Она – моя интуиция, редко подводит. Дело даже не в количестве странных персон, которые постоянно проникают в квартиру и покидают ее. И даже не в особенном аромате любви и смерти, который,…