Современная проза

— Тебе не надоело тявкать про одно и то же, кмет? Слуга я, что ли, твоему околийскому начальнику! Он затеял следствие, пусть и ведет без меня. — Что ты, Йовчо! Кто сказал, что ты слуга? Ты только исполни закон, не вынуждай власти брать тебя силой, — настаивал кмет умеренно строгим, отеческим тоном.…

“…Что знаем мы о тех временах, когда на черной земле одной из многих планет впервые приживались великие символы – свет и тьма, зло и добро, ненависть и любовь, и что помним мы о тех временах, когда этих полюсов не было? И сохранили ли человеки за долгие века изначальное представление о том, что им открылось?…

I Безупречный созидатель, Песнопенье начиная, Горсть берет в стране мечтаний, Горсть другую — в доме правды, Третью горсть — в деревне слухов; Горсть большую в долг берет он Из ларей усадьбы мысли [2] … Любезный читатель! Льщу себя надеждой, что ты, взявший в руки сей манускрипт,…

«Вот гад!» – Данилов сорвался с места и устремился вперед, на бегу перекинув мешавшую сумку с левого бока за спину. Девушку он обогнал сразу же, еще на проезжей части, и успел увидеть, как «косуха» побежал в глубь квартала. «Понятное дело, не побежит же он вдоль дороги», — подумал Данилов. Завидев…

Мой брат мог бы быть одноклассником Хиза. Мы с Хоуп часто говорили об этом странном совпадении. Хотя я никогда не знала своего брата. Мэтью Майкл Дарлинг умер, когда ему было две недели от роду. Синдром внезапной младенческой смерти. Никто в моей семье не говорит о нем. Никогда. Мистер и миссис Вивер…

Забыть это или оставить втуне мне кажется актом неблагодарности. «Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя»! Но есть и истории из церковной жизни забавные, нелепые, смешные… Их порой рассказывают друг другу монахи, священники, прихожане… И почему бы, слушая их, не улыбнуться в ответ?…

А этот Савёнок тихой сапой окончил восемь классов, без шума и апломба поступил в Волховский алюминиевый техникум. Говорят, все экзамены сдал на отлично, но учиться не захотел: понял — не его это дело, и вернулся обратно в родные пенаты. Решил учиться до конца в школе и подал документы в девятый класс,…

— Меня зовут Олегом Ивановичем. А вас, простите, как?.. — Александром Степановичем, — хмуро отвечал Парамонов. — Очень приятно, — Трубодуев повертелся на стуле, слегка попрыгал на нем. — Нет, просто замечательно! И мебель мягкая, как у людей. Ох, и поработаем! — А вы… — начал было Парамонов, но…

Я прибыл из очень медлительных краев, где плавное и теплое преобладают над прямым, стремительным и резким. Я смутно догадывался о том, что вас тяготит. Все в этом городе казалось вам жестким, холодным, параллельным. Земля, расчерченная на длинные проспекты, тротуары, площади, где прохожие встречаются…

— Это грех, грех! — торопливо сказала она и быстро, чтобы никто не заметил, вытерла глаза краем грязноватого, но когда-то белого платка. Дети получили по куску серого хлеба, по паре сваренных в мундире картофелин и воду из запыленной, наполненной утром на автобусной станции пластмассовой бутыли.…

Он родился в Армении, в затерянном среди высоких гор маленьком селе Сар, где разбросанные дома почти сливаются с утесами и валунами. Дом, в котором он появился на свет и вырос — единственным ребенком своих родителей, рухнул в одночасье в темную, ненастную осеннюю ночь от неожиданного и страшного подземного…

– Выпейте это, – сказала она, протягивая ему кружку. Он послушно приподнялся на кровати, взял у нее горячую кружку, сразу ощутив, какие у него все еще ледяные пальцы, и медленно выпил предлагаемое, не совсем вникая в его вкус. – Что это? – спросил он, возвращая ей наполовину опорожненную кружку. – Горячее…

Я обхватила колени руками, словно баюкая воспоминания. — Он смотрел на меня таким странным взглядом. Как будто я была единственным человеком во всем мире. Ханна азартно хлопнула в ладоши: — Ты думаешь, что между вами что-то произойдет? — Думаю, да, — смущенно ответила я. …

— Разве вам не доступно объяснили не заходить в эту часть дома. — Послышался у меня за спиной строгий старческий голос. Я обернулась. В старом кресле у окна сидела пожилая женщина. Это была Анна Павловна. Тогда мы встретились с ней впервые. Я знала, что она живет где-то в этой части дома. Но не знала,…

«Модница» — это журнал ни о чем. Он агрессивно модный и невероятно современный, с каждой глянцевой страницы сочится красота, но зерна мудрости, которые рассыпает «Модница», никогда не взойдут. Что бы там ни говорили, никому не удастся перенять выгнутые брови Гвинет или пышные локоны Николь. Но «Модница»…

Забыть бы ему при подобном раскладе о Леночке, да он не мог. Эх, будь у него денег, как у Теплова… Или хоть набраться храбрости и пригласить ее в кино, выдавив из себя больше, чем обычное «привет — пока». Вдруг согласится. И если откажет — ничего страшного. Или пригласить в парк, на свою любимую скамейку.…

Таковой найти было нелегко: ведь аэропорт не существует сам по себе. Это всего лишь проходной двор, сито, шлюз, призрачный фасад посреди степи, где кролики, скачущие в траве, дышат керосином, род бельведера в окружении взлетных полос, дорожный указатель, истрепанный бесчисленными сквозняками, которые…

Напевшись, Лаярд тут же засыпал. Я слышала его глубокое, умиротворенное, булькающее дыхание. И тогда наступало мое время, самые интимные и, наверно, самые лучшие минуты за весь день, когда я плотно закутывалась в одеяло и принималась за истории, которые я рассказывала сама себе из ночи в ночь. Все мои…

— Как вы вовремя! Вы умеете варить сосиски? Конечно, сосиски мы видели только в раннем довоенном детстве, потом они надолго исчезли из обихода, и мы не были подготовлены снова увидеть их, но случай всё-таки характерный. Однако представлять Сергея как человека не от мира сего не следует, как-никак…

Итак, два ряда событий. Один — когда я жила в Англии, второй — в Африке. Я буду рассказывать две разных истории. В Африку я сбежала от воспоминаний о том, что случилось в Англии, но Африка, по своему обыкновению, впутала меня в еще большие передряги. Нет, так не начинают повествование. Еще вопрос:…