Проза

— Соня, коньячку! Выпил неспешно, смакуя; закусил лимончиком: надо держать себя в форме. Но с полчасика у него ещё есть; скоро подвезут кое-какие бумаги, и надо сработать оперативно. Дело привычное, налаженное. Сбоев не будет. Павел Петрович откинулся на спинку прекрасного кресла, сделанного на заказ,…

Илеве было лет тридцать, хотя выглядел он на все сорок. Такой же тщедушный, как и дочка, низенький, смуглый, с заросшим щетиной подбородком, с нервным лицом. Правая рука его была обожжена и искалечена. Зато на левой пальцы сжимались в тяжелый кулак. Он спустился вниз, взял две чашечки кофе в соседней…

— «Лунохода» в кадр, «Лунохода» крупным планом! — раздавалось со всех сторон. В студии, под сияющими софитами, отщелкали необходимое количество проб и дублей. Подлянкин позаботился, чтоб процедура не затянулась, она и впрямь представляла собой чистую формальность, после чего в течение двух…

Потом, рассказывая об этом путешествии, он ничего бы не выдумывал, и, несмотря на это, его рассказы казались бы самой свободной и захватывающей сказкой. Он умел в самом обычном, будничном открывать черты необыкновенного, и это свойство делало его подлинным художником. Для него не было в жизни скучных…

Восемьдесят четыре кубометра снарядов и мин словно выгрузили в яму из самосвала. Но так могло показаться только в первую минуту. Бронебойные, фугасные, осколочные, кумулятивные, бетонобойные снаряды и мины были уложены опытной рукой, чтобы никто больше не мог к ним прикоснуться. Существует инструкция,…

…Сквозь сон вдруг вспомнил: завтра последний день мира. Приказ быть готовым к боевым действиям через двое суток. * * * Из разговора с резидентом: — Я в Грозном работаю с 90-го. Сейчас уже почти и не вспоминается, а ведь когда-то мы обеспечивали безопасность Дудаеву. Организовывали его приезд.…

«Выдать продуктами производства. За т.Богоявленского - Преображенский. И я полагаю - Кшесинский». Коротков вышел от кассира, широко и глупо улыбаясь. В руках у него было 4 больших желтых пачки, 5 маленьких зеленых, а в карманах 13 синих коробок спичек. У себя в комнате, прислушиваясь к гулу…

Что это было? Возьмите вы где-нибудь горсть земли, и если случится подобное, скажите, мне интересно. А тот зеленый росток днями стоял передо мной — как вроде бы Василий Макарыч осеняет меня своим личным присутствием. Любя его и тогда, и навечно, так мы совсем породнились. … А ведь хотел написать о…

Однажды вечером, где-то в полдесятого, я на автобусе вернулся домой из центра. Я занимался в городской публичной библиотеке, потому что в колледже библиотеки не было. Из дому я ушел в полдевятого утра, присутствовал на занятиях, потом сидел в читальном зале, и первые слова, которыми встретила меня мама,…

Но обласканы Шведской академией отнюдь не мы, а преимущественно писатели романо-германского направления, более или менее достоверно повествующие о терзаниях бедной девушки, которую никто не берет замуж, перипетиях какой-нибудь предвыборной кампании, страстях репродуктивного возраста или про то, как ушлые…

Капитан записывал все сказанное с бесстрастным лицом, у меня же в груди что-то заколыхалось. Я и сам почувствовал себя... не в своей, по крайней мере, тарелке. Затем последовали вопросы, связанные с перепиской между тетей Верой и мной, и хотя мы в, основном, обсуждали весьма отвлеченные литературные…

Я засмеялся, и долго вертелся на одном месте… Потом, словно меня толкнули, быстро пробежал двор и с шумом влетел в квартиру Алёши… Много лет прошло с того вечера, когда я, дикий, внутренне изуродованный, влетел в комнату бедных людей, – но и теперь ещё, вспоминая, что я увидел, я испытываю то же жуткое…

– Машка, дурка, обожглась! – Ну, идём, – выговорил Коля, погнавшись за мной. – Они сейчас должны прийти. – Машка, дурка, обожглась, – повторил я со смехом. Маша вышла из нашей комнаты и, не показывая нам вида, что ей больно, с беспокойством спросила: – Куда вы уходите, паничи? Ведь мамаша сердиться…

В делегацию вошли: жена крепильщика Нюша Крамаренко, Варвара Зотова, работавшая до войны на углемойке, Марья Игнатьевна Моисеева — тридцатисемилетняя женщина, мать пятерых детей. Старшей ее девочке было тринадцать лет. Муж ее, запальщик, не работал на шахте с тридцать восьмого года: ему при разбуривании…

Может, и придумал. Ведь в придуманном времени куда легче жить, чем в реальном. Если хорошенько пораскинуть мозгами, то что такое, в конце концов, для каждого из смертных время? Разве не хитроумная Господняя придумка? У кого ключик от времени, говорила бабушка Роха, тот и его властелин. А этот золотой…

А тут и в дверь кто-то стучит. Ветер? Нет, стучит раз, раз-два-три, прямо в дверь, будто хоботом. — Витька! Ты куда?! Не открывай, стой, говорю тебе! Санька небось опять деньги просить, Витька! Но Витька уже скинул крючок, отодвинул задвижку и ключ повернул. А там Слон-Дракон прямо в воздухе висит,…

— Нет, не пришла. — Так с кем же тогда ты разговаривала? — С Деб. — С девочкой миссис Шломб? — С Деборой Шломб. — С каких пор вы с ней разговариваете как взрослые? — А разве мы разговариваем как взрослые? — Да. Я думала, ты разговариваешь с Матушкой Виолой. Я должна выяснить, в чем дело,…

                Когда за окнами вагона потянулась бескрайняя степь, украшенная острыми курганами терриконов, насыпанными из  шахтных пород, Леонид встал у окна в тамбуре и со щемящей тоской смотрел на родные места, узнавая…

А простоты он не любит, потому что сам он простого происхождения, но хочет поскорей об этом забыть. Простота хуже воровства — это, должно быть, незыблемое его убеждение. Его характернейшая черта — высокомерие по отношению к низшим. Чем выше он будет подниматься, тем больше людей окажется в поле его…

— Дима, у меня нет друзей, я тебе сто раз говорил. У меня нет никого, кроме тебя. Дима вернулся. — Отец, ты просто не хочешь общаться с людьми, ты всех отталкиваешь. — Старик посмотрел негодующе, и Дима понял, что сейчас опять придется слушать монолог, который он уже знает наизусть. — Я не ее имею…