Проза

Таков был мир вне стен Дома. Но тень и паутина были внутри, раздвоенные отпечатки в пыли, и тени с птичьими клювами в руках женщины ничем не отбрасывались, лишь пенные кони моря вгрызались в холмы, как лисы, и то, что властно держало Нанта и Доктора, кость конского черепа, бык и Отверженный, сошедшие…

— Take it ea y [1] , Alex! Фразы этой Колесов не понял, как не понял и того, что из Алексея Ивановича он вдруг превратился в Алекса. С непривычки, вероятно, обиделся бы. — Языку надо выучиться поскорей, думал он. А то не поймешь, чего этот дядя по своему пролаял. Дядя хотел, чтобы Колесов не…

— Давайте, это я, — сказал Аркадий. — А вот фиг! — решила Победа. — С какой стати? Без вознаграждения? Я вам не курьер с папиной работы! — Сколько? — спросил Аркадий и полез в карман за мелочью. — Хочу сидеть на вашем подоконнике, пить кофе, слушать музыку, болтать ногами… Э-э-э. Еще хочу, чтобы…

Спрашиваю: «Чья земля?» — «Помещика Щербакина». — Что за чёрт, думаю. Очевидно, миллионер, а я о нем ничего не слышал. Спрашиваю: «Богатый?» «Нет, говорят, так… средней руки». Что ж вы думаете? И ночью я спрашивать: — «Чья земля?» — и на другой день утром — всё говорят: «Помещика Щербакина». И это у…

Я ответил ему: — «Три года тому назад однажды в ресторане „Малоярославец“ ты спросил меня: который час? К сожалению, у меня тогда часы стояли. Теперь я имею возможность ответить тебе на твой вопрос. Сейчас четверть второго. Не стоит благодарности. Что же касается газет, то, конечно, я хожу без них…

Бакалейщик — всеобщая связь наших потребностей, он неизбежно входит во все частности человеческого существования, точно так же как память лежит в основе всех искусств. — Где перо и чернила? — говорит поэт. — Сударь, бакалейщик на углу. — Я проигрался! Надо застрелиться! Где порох и пули? — Сударь,…

— Ты умеешь читать мысли? — Чтобы понять несложную цепочку твоих ассоциаций, вовсе не обязательно копаться у тебя в голове. Не забывай, я существовал прежде, чем возник твой мир, и буду существовать, когда он вновь обратится в хаос. Человек, когда ему напоминают о бренности бытия, всегда думает о бабочках,…

Знаешь, меня неотступно преследует одна мысль. Одну мечту я тайком вынашиваю в сердце своем. Я мечтаю о том времени, когда, расставшись со своими недостойными учениками и бросив проповедовать учение Отца Небесного, Ты смиренно, как простой смертный, будешь жить долго и спокойно вместе с матерью своей…

Что броня у БТ-5 слабая, я мог только догадываться. Помню, когда замполит в очередной раз распелся про «мощь и броню», один из сержантов на стрельбище подвел нас к рельсу и из винтовки шагов с пяти как шарахнет. Перемычка у рельса толщиной миллиметров 13–15, как броня у БТ-5. В рельсе дырка насквозь.…

— Давайте-ка я взгляну, что там с вашей реликвией, — протянул руку Пьер. Но часы были надежно прикованы к жилету мэра серебряной цепочкой с печатками и брелоками — не оторвешь. И мэр мог позволить себе надменно пожать плечами. Но тот день навсегда остался в его личном календаре черным днем ужасных…

Немецких танков было, однако, слишком много. Несмотря на потери, они рвались вперед, преодолевая минные поля. Несли потери и саперы. На глазах дивизионного инженера погиб командир саперной роты. Командование саперами Бурсов взял на себя и отдал приказ об отходе в глубину полковой обороны лишь после того,…

Однажды, опаздывая из училища к стоматологу, Сергей бежал, прижимая дипломат к груди, по длинному коридору первого этажа. Ему осталось обогнуть оркестровую кладовую и застекленную будку вахтёра, как вдруг перед ним вырос Сап. На лице Андрея Петровича светилось такое торжество, будто он поймал рецидивиста.…

— Пусть он воду носит, чего… — оправдывался Бурибак. — А нелюди от воды не ржавеют? — осторожно поинтересовался Кастрюля, но наткнулся лишь на презрительную усмешку Бурибака. Потоптавшись вокруг канистр, все трое расселись на полу вдоль стен, подстелив обрывки брезента. С минуту молчали. Затем,…

Лейба, низкорослый и узкоплечий митавский еврей, развалился в высоком кресле и протянул свои ноги к огню. Он любил в этой жизни только деньги, но к Бирену был искренне привязан. Впрочем, Бирен деньги Либману в России делать помогал, и потому на сей раз имя "Эрнест" и слово "богатство" были для банкира…

Я остановился в курзале перед одним из зеркал в золоченой оправе, чтобы проверить, как выгляжу. В конце концов, у меня, знаете, до некоторой степени публичная профессия, а физиономия излучает спокойствие, как у каймана на Амазонке. Горизонтально напряженный рот, при улыбке уголки рта не вытягиваются…

* * * …Скучали в строю кавалеристы, томились в жаре, духоте и неопределенном ожидании. По партизанской привычке поварчивали: — Взбулгачились раньше времени. — Как царская казара, груди выпячиваем. Когда-то еще прибудет, теперь поезда на дровах ходют. Чтобы не утомлять людей понапрасну, Аксенов…

— А что? Он облокотился на кирпичную стену. — Да так просто… Мог ли он тогда предполагать, что ровно через 20 лет, в этот же день 1999 года он будет с Пашей Чакиным, тогда еще мало знакомым пареньком из их группы, перфоратором пробивать насквозь вот эту самую стену, протягивая телефонную связь…

Это был первый раз, что мне пришлось обслуживать их, но, как вы сейчас услышите, далеко не последний. Он после этого часто приводил ее к нам. Имени своего и происхождения она не знала, так что они вполне подходили друг другу. Она рассказала ему только, что сбежала от одной старухи, которая ее била и…

Он любил ее голос, столь не похожий на резкий говор других людей, резавший ему слух, когда они парочками, громко смеясь и болтая, проходили мимо. При виде ее быстрых, полных грации движений ему вспоминались горы и стремительные потоки. В своих маленьких коричневых ботинках и перчатках, в платье, тоже…

Диктатор замолчал и небрежно махнул рукой в сторону тех, кто вскочил. Сенаторы, сконфуженные и недовольные, сели на свои места. — Явившись сюда, мятежник найдет здание сената пустым, с выломанными дверями. Помпей переждал, пока стихнет ропот сенаторов. Наконец-то они поняли: диктатор собирается покинуть…