Проза

Разбираться, по чьему недосмотру это произошло — по моему или Людмилы Михайловны — тоже не было времени. Я попросил девочек собрать вещи Насти. — Извините, Людмила Михайловна, — сказал я. — Начинайте урок, а я займусь всем этим. Выходя, я слышал за спиной расстроенный голос Людмилы Михайловны: …

…Итак, неким нестерпимо жарким августовским днем, когда солнце перевалило за полдень, в гостиной с камином, роялем, часами, разделившими вечность на две равновеликие части, полотнами фальшивых Коровиных и Кандинских, старой, но ещё вполне пригодной мебелью, — всеми этими оттоманками, кушетками, пуфиками,…

Началось все вполне невинно — в кафе появилось новое блюдо, макароны по-флотски. Затем к нему добавили «Морской коктейль», «Райский остров» (это был десерт из фруктов) и «Штормовые котлеты», а меню напечатали новое, с большой красочной надписью «Месяц морских приключений» вверху. Он даже несколько…

Уравновешенный и спокойный, он лишь однажды выдал своё возмущение: когда пленный русский подполковник употребил расхожее в его среде выражение «Незванный гость — хуже татарина», Яндарбиев заметил, подавляя внутреннее негодование: «Пытаетесь унизить народ…». В ту ночь мы долго беседовали. Абсолютное…

Алешка куда-то ушел и вскоре вернулся с деревянным автоматом на плече. — Здравствуй, дочка Зоя! — сказал он басом. — Здравствуй, папа. С приездом! — Спасибо. — На здоровье. — Ну, как ты здесь в тылу жила? — А я не в тылу, я дома жила. — Это хорошо, — сказал Алешка, сворачивая козью ножку…

Барер: Много. Но непонятно. Надеюсь, ты, по крайней мере, не откажешься выступить со специальным докладом о Флерюсе? Кутон: Да, мы все просим тебя. Сен-Жюст (отвернувшись, сухо): Зачем лишний раз расхваливать генералов? И Журдан, и Клебер, и Марсо, и я – мы все лишь выполняли свой долг. Победы…

Когда он взялся учить меня бадминтону, против нас как-то вышла умелая и сыгранная пара, и мы стали стремительно продувать партию. Борис Михайлович играл на задней линии, а я под сеткой — это обычный расклад ролей: профессионал мог отбивать почти все, а новичок — хотя бы то, что летело под сетку. Счёт…

— Ничего, — ответил я. — Только то, что я не голоден. Я не мог сказать им, что болен и что это еда делает меня больным. Как я мог сказать, что именно печенья, кексы, каши, супы и овощи сделали со мной это ? Не мог, и мне оставалось сидеть, глотая пустую слюну, слушая, как мое сердце начинает колотиться.…

В темноте, ощупью, Ломанович смотал на рогатульку провода антенны, отключил батареи питания. Майская короткая ночь кончалась, небо на востоке начинало светлеть. Оставалось последнее: испортить рацию, раздавить пассатижами ее маленькое кристаллическое сердце — кварц, настроенный на волну Центра, а затем…

— С земляками на войне нельзя было никак поладить, — пояснил оратор. — Они не подчиняются приказам. Потом он принес тяжелый камень на гроб. Теперь возле меня встал толстяк — с головой, как шланг, но без лица. — Твой отец спал с моей женой, многие годы, — сообщил толстяк, — угрожал мне, пьяный,…

История жизни человека, который с большим риском для себя вывез Экскалибур из Советской России, столь же неправдоподобна, как и его рассказы о мече. Звали этого человека Реджинальд Морроу Джонс – имя для валлийца невероятное, равно как и история его отца. Я знал Реджа Джонса очень близко, видел и его…

Что до меня, то если б я сам каким-нибудь чудом вдруг возымел свою собственную большую политику, то и ее тотчас бы возненавидел, настолько она вообще мне чужда. Люди, привыкшие к твердым словам и определениям непогрешимым, скажут, конечно: «вот буржуа, у которого ныне подрезаны крылья, он уже даже не…

Двери книжных магазинов хлопали, как заслонки труб, выбрасывающих выхлопные газы. Длинные вереницы людей вталкивались и выталкивались из книжных лавок, перебрасываясь короткими взволнованными словами. Приказчики лавок взбегали по лесенкам, скользили пятками по их ступенькам вниз: перед их испуганными,…

– Ну, эту карту, знаете, вы из рукава, хотя мы и оба голы. Когда я говорил «миросозерцание», я, конечно, укорачивал термину смысл, обрубал ему хвост… но не голову, но, как там вы ни спорьте, солнца – и философические, и вот это, что над нами, – действительно-таки, подешевели. Сами же вы говорили, что…

Это был вовсе не обычный стол. Скорее длинный, чем широкий. На нем – тяжелая льняная скатерть, приобретенная специально, не из бабушкиного наследства. Центр мира. Все надежды, все планы пока замерли, но при желании их уже можно было услышать – пока всего лишь бормотание, сплетение голосов, вибрирующее…

— Вы что, испугались? — Как же не испугаться?.. Раз он покойник, значит, он должен лежать, а не хулиганничать!.. — А почему вы хромаете, гражданин Кукуев? — Ногу это я на прыжке вывихнул, когда с машины в сугроб врезался. — Выходит, гражданин Кукуев, вы и ваши товарищи— молодые люди — до сих…

Я вам не скажу, как называлась та деревня. Это было бы опрометчиво. Но вы же понимаете, что мною движет не страх перед судебным преследованием. Я просто оберегаю свою частную жизнь. И свое прошлое. Уважение к частной жизни — кто-то даже может назвать это скрытностью — для меня превыше всего. В деревне…

Но одного слова атамана оказалось достаточно, чтобы свидетель онемел. Анненков снова превратил его в своего сообщника! …Недавно в Новосибирске вышла интересная брошюра В. Шалагинова о конце черного атамана. Автор, еще молодым студентом, видел Анненкова на суде. Он перелистал шесть томов допросов, решив…

И Звонцов понял. Его станок всегда был в хорошем состоянии. Добросовестно ухаживал за ним Петр, аккуратно смазывал, при установке тяжелых деталей под- кладывал на станину доску, после работы тщательно протирал станок ветошью. В цехе на него не обижались: он брался за любую работу, старался быстро и чисто…

Некоторые писатели не любят давать интервью. «Вечно одни и те же вопросы», — жалуются они. А что они, собственно, ожидают услышать? Репортеры — это наемные работяги, у которых дело поставлено на поток, тогда как писатель производит штучный продукт. Но если они задают нам одни и те же вопросы, это еще…