Чтение онлайн

С чёрной бородой и густыми бровями, из–под которых горели чёрные цыганские глаза, не давали ни малейшего желания встретиться с ним один на один.

Перекусив в зале, они поднялись на второй этаж, где заказали две комнаты.

В одной она с Дарьей, а в другой Архип. Они ещё долго тихо лежали на кровати, шепчась и пересказывая свои новости: в основном ими делилась Дарья. Но постепенно шёпот стих, и они уснули.

Оливия засыпала с мыслью, что у Тимофея не всё хорошо в семье. И он также несчастлив, как и она.

«Видно,

—Девчата, вставайте, опоздаем, — постучал Архип в дверь рано утром.

—Мы уже встали, — произнесла Дарья и открыла дверь.

—Я думал, что будить вас буду. А вы, как первые пташки, уже на ногах. Завтракать и на базар, — скомандовал он.

Быстро перекусив, они направились в сторону, откуда уже шёл нарастающий гул.

Городок Оркан оказался совсем небольшим. Базар начинался практически сразу за центральными воротами.

Для торговли отведена была большая площадь, и сегодня на ней было много торговцев.

Товар был выложен и на приехавших телегах, и на прилавках под навесами из грубого льна, и даже на сколоченных столах.

И продавали здесь всё, что только можно было себе представить, начиная от булавок и заканчивая срубами и живыми животными.

И каждый продавец кричал во всё горло, созывая людей к себе и расхваливая свой товар.

Между ними сновали мелкие лоточники, предлагая пирожки и булочки.

Народу между рядами было довольно много: женщины деловито снимали пробу с продуктов, трясли в руках одежды, разворачивая и оценивая их.

Мужики довольно кивали, оценивая кинжалы, ножи, лопаты и топоры.

Толпа гудела, перетекая из одного места в другое, как будто морские волны набегали одни на другие.

Они решили не разделяться и покупать все вместе. Первое, что они купили, — это было самое необходимое: крупа и мука.

Архип подсказал, где можно купить и хороший товар, и подешевле.

— Оливия, давай сейчас купим крупу тебе в первую очередь. Я, если что, приеду ещё раз. Тебе не столько нужно, как нам,— предложил Архип.

Она согласилась с ним. Почему и не согласиться, если он сам предлагает такой вариант.

Всё же хорошие у неё соседи!

Особенно девушку интересовал молочный ряд, где она познакомилась с сыром этого мира.

Очень твёрдый и желтоватого оттенка, он не произвёл на неё никакого впечатления.

Даже вкус Оливия не смогла сравнить с аналогом своего мира, а может, никогда и не покупала такого, проходя мимо него.

Однако сладковатый вкус ей понравился, но стоило это добро целую одну серебряную монету за фунт (это меньше полкилограмма).

— Всё–таки мой сыр лучше, — констатировала она сей факт.

С Дарьей они немного задержались в лавке одежды, где подобрали для себя и родных различные аксессуары.

Потратилась она и на швейные принадлежности и ткани. Немного монет оставили в ювелирной лавке, купив броши и булавки, в которой был выбор не только дорогих

А попав в лавку пряностей, Оливия залипла. Она никак не могла отвести взгляда от полок, заставленных различными пряностями.

Так и хотелось подбежать и быстро покидать всё в корзину, поглядывая по сторонам, чтобы никто не отобрал такого богатства.

Только в корзину она положила лавровый лист и чёрный перец горошком — слишком цены кусались у необъятное богатство!

А натолкнувшись на какао, она не поскупилась и купила порошка на целую серебряную монету, решив порадовать горячим напитком всю семью.

И с сожалением вздохнула и приняла решение уходить отсюда как можно быстрее, а то у неё разбежались глаза, и девушка была готова сдаться и скупить всё в этой лавке.

Пройдясь мысленно по списку всего необходимого, она с удовольствием заметила, что список закончился, — поездка в город удалась.

И она уже спокойно ходила по рядам и только разглядывала товар и приценивалась.

Только на мгновение остановилась, увидев знакомые лица, но, встретившись с холодным взглядом, быстро отвернулась.

Вскоре они уже выезжали из города, загрузив телегу полностью. Она медленно двигалась под тяжестью груза, и девушкам иногда приходилось идти пешком: на мешках было неудобно сидеть.

Высоко по небу ходили кучевые облака, изредка заслоняя солнце, которое, казалось, стремилось выплеснуть на землю всё оставшееся тепло.

А земля, наоборот, старалась впитать его в свои недра и сохранить на долгие холодные месяцы.

Постепенно вечернее небо незаметно начало приобретать тон ночи. \ И если одна часть неба ещё сохраняет отблеск уходящего дня, то в другой части сгущалась синева.

Вскоре зажгутся яркие звёзды; красное, подобное пожару, зарево уходящего солнца вспыхнет по краю небес, и всё погрузится в колдовскую ночь.

К вечеру, уставшие, они добрались до дома. Выгрузив груз Оливии, Архип помог занести мешки и только потом уехал.

— Мужика надо в дом, — прошептала она, провожая подводу и поглядывая на луну, игриво изогнувшую свои рожки.

— Ну, как вы здесь, соскучились? Ох, умаялась я, — улыбаясь, спросила она, входя в дом.

— Заждались. Садись, может, сначала покушаешь, или помоешься с дороги? Иван, затопи мыльню, с дороги мать, — прозвучала команда Маняши.

— Уже натоплена, — услышали в ответ.

Оливия удивлённо на неё посмотрела, и в ответ на её взгляд та ответила:

— Спрашивали меня, можно им тебя называть мамой? Так я им и сказала, что нужно. Ты им теперь роднее всех осталась. Я не против. Так что, привыкай, это было их решение.

От таких слов у неё наполнились глаза слезами: слезами радости и счастья.