Вступление
Шрифт:
поэтому не в силах сказать еще что-нибудь. Так или иначе, думаю, весь вопрос во времени. Все
когда-нибудь умирают. Просто мое время пришло чуть раньше.
Я уже собираюсь выключить телевизор, когда изображение вздрагивает и на экране
появляется кое-кто другой, кого никто не ожидал. Зевс.
— Громче, громче! — кричу я.
— Добрый день, дамы и господа, — говорит Зевс. — Как вы только что узнали, ваше
правительство издало приказ об аресте всех инфицированных среди населения, — у него
дергается
его лицо расслабляется, и он продолжает, словно никакой заминки и не было. — Конечно, к этому
времени вы поняли, что значит арест. Это то, как сильно правительство заботится о своих людях.
Я предлагаю вам альтернативный вариант. Сегодня в пять часов вечера мы откроем все порталы на
Лог. Любой инфицированный, выбирающий исцеление, может присоединиться к нам на нашей
планете. Добро пожаловать. У меня есть только одно предупреждение: выбрать Лог —
повернуться спиной к человечеству. Мы нападем на Землю. Мы победим. Выбрать нас — выбрать
жизнь. В том, чтобы жить, нет ничего позорного. Порталы закроются через час после их открытия.
А сейчас я прощаюсь, надеюсь скоро увидеть многих из вас.
Экран становится черным, а затем появляется сцена из Лендинг Парка. Люди распевают на
улицах:
— Нет убийствам! Просто скажите «нет»! Нет убийствам! Мы не уйдем!
Они повторяют эти слова снова и снова. Экран опять чернеет. Зевс не мог выбрать более
подходящее время для своего объявления. Люди недовольны и напуганы. Он только что
гарантировал им жизнь. Единственное, что они должны сделать — отречься от правительства,
собирающегося их убить. Это так просто, что просто смешно.
— Выключим, — говорит мама. Долгое время мы сидим, не произнося ни слова. Мама
плавно усаживается рядом со мной на диван, кладя мои ноги к себе на колени. — Ты помнишь
истории, которые рассказывала бабушка Беа?
Я улыбаюсь впервые за весь день. Бабушка Беа, мамина мама, все время рассказывала нам
необычные истории о своем прошлом.
— Как-то раз, — произносит мама, — она рассказала мне о водолазах, которые ныряли в
океан просто чтобы посмотреть, что находится под водой. Она говорила, что в океане было больше
цветов, чем в радуге. В наших планшетах об океанах ничего подобного не сказано.
— Ты веришь в ее истории?
— Не знаю, но я точно могу кое-что тебе пообещать, — ее глаза наполняются слезами. —
Если мы это переживем, если ты это переживешь, мы туда поедем.
Я сажусь, несмотря на слабость.
— К океану?
— Куда угодно. Мы будем путешествовать где угодно. Я покажу тебе горы, океан, пустыню.
Раньше мне никогда не хватало смелости показать тебе все это. И мне очень жаль. Мне жаль, что я
не
была достаточно сильной, чтобы сделать твою жизнь разнообразной, — слезы бегут по ее лицу.Я беру ее за руку и не разрешаю себе плакать. Не сейчас. Я не хочу, чтобы она хоть на секунду
думала, что сделала что-то не так для меня или моей жизни. Моя жизнь была прекрасна благодаря
ей, а не из-за нее.
Я собираюсь это сказать, когда в комнату входит Лоуренс. Мы с мамой дергаемся. На его
лице видны признаки беспокойства… и искры пота.
— Привет, — говорит он, присаживаясь за стол напротив меня. — Все на месте. Остается
только ждать.
— Но чего мы ждем? — спрашивает мама. — Ты видел, что сейчас сказала твоя мать?
Он опускает глаза.
— Знаю. Меня не было здесь, когда она приняла решение. В любом случае, она бы все
равно не послушала. Я не говорил никому об Ари, — произносит он. — Я бы не…
Мама поднимает руку.
— Достаточно. Пожалуйста, скажи нам, что ты делаешь. Каков твой план?
Ло колеблется, прикусывая губу. Затем вдыхает.
— Что ж, сегодняшнее сообщение Зевса облегчило мой план. Я послал на Лог сообщение,
прося позволить Ари там остаться. Теперь же все, что нам надо сделать, это доставить Ари к
порталу до пяти часов. Уверен, там будет слишком много людей, да и в Сидии есть только один
портал. У них есть целители. Она…
— Что? — кричит мама. — Она туда не пойдет. Как ты мог принять такое решение, даже не
посоветовавшись с нами? Мы ее родители!
Он начинает отвечать, но останавливается. По его выражению лица я понимаю, что он
собирается сказать. Он не действовал без совета моих родителей. Папа знает о плане.
Мама качает головой в приступе гнева, но затем внезапно останавливается все еще с
каменным лицом.
— Лоуренс, откуда ты знаешь, как связаться с Лог?
Его глаза бегают от мамы ко мне, не зная, что она может знать, и что бы я хотела от нее
скрыть. Я киваю. Время проявить уважение к моей маме, она этого заслуживает.
— Мм… — начинает он, но я его прерываю. Она должна услышать это от меня.
— Мама, технически, Джексон — Древний лишь наполовину.
У нее открывается рот.
— Наполовину Древний?
— Да, — говорит Лоуренс. — Его мать — человек.
— И как ты…? — спрашивает мама.
Ло пристально на нее смотрит.
— Потому что он мой брат.
Мама начинает расспрашивать Лоуренса о его прошлом. Почему он тоже не Древний? Это
же просто. Его отец — человек. Почему его мать отказалась от Джексона? И еще много и много
вопросов о Лог, и последнее, что она спрашивает: был ли Лоуренс когда-нибудь на Лог. Я думаю,
что он скажет «нет», но когда он медлит, прежде чем ответить, я сразу поднимаю на него глаза.
— Не был до сегодняшнего дня, — говорит он.