Всеслава
Шрифт:
Слава кивнула и села на полу, растирая больную ногу и морщась от пронизывающей ее боли.
Полный неверия мужской взгляд скользнул от ее лица вниз, задержавшись на ее руках, стиснувших больное колено. Он шагнул к ней и присев рядом протянул руку, осторожно дотронувшись до ее лица, словно продолжая думать, что перед ним дух.
— Живая, — выдохнул он, — но как?
Слава нахмурилась, не понимая, о чем он говорит и огляделась. Посетители косо поглядывали на них, показывая на нее пальцем и отпуская грязные шуточки. Она уже привыкла к подобному, но сейчас, перед мужем ей стало невыносимо больно. Больно от того положения, в котором она оказалась. От своей неуклюжести. От этого сломанного когда-то давно
Сильные руки подхватили ее и легко подняв усадили на громоздкий табурет. Слава, моргнув, посмотрела на присевшего рядом на корточки Искро. Его руки скользнули под подол поневы, ощупывая ее ногу, чувствуя неправильно сросшиеся кости. Брови мужчины сошлись на переносице, а пальцы легко сжали колено.
— Что с ногой? — хрипло спросил он, а Слава попыталась отстраниться, отодвинуться от него.
— Неправильно срослась, после перелома, — ответила она.
Мужчина поднял к ней лицо. Перелом? Да ей всю ногу раздробили. Искро хмуро смотрел на жену, начиная догадываться о том, что с ней случилось. Подобные травмы он не раз видел… И знал, как и для чего их наносят.
— Я думал ты умерла, — с надрывом в голосе произнес он, скользя взглядом по ее лицу. Его взгляд задержался на простом повойнике. Она продолжала носить атрибуты замужней женщины. Внутри него что-то перевернулось.
— С чего вдруг? Ты этого хотел? — бросила она. Искро вздрогнул.
— Эй, ты! Чего расселась? Давай убирай быстро! Возмещать ущерб как собираешься? — Из-за спины Искро вынырнул хозяин лавки, ругая ее на чем свет стоит. Слава понуро опустила голову вниз. Искро выпрямился, не сводя с нее пристального взгляда. Каждый мускул его сильного тела напрягся. Глаза потемнели.
— Любезный, она все уберет, — обратился лавочник к макушке Искро, — и все постирает. А вам обед за наш счёт, — лебезил он перед хмурым дружинником. Еще бы, не каждый день столь знатные гости у него трапезничают. Посол самого князя Смоленского! И другой, тот, которого уволокли, посол князя с Черниговских земель. Будет чем гостей теперь завлекать.
Заметив, как вспыхнули глаза ее мужа, Слава невольно поежилась. Ох не к добру влез этот лавочник… помнила, что ничего хорошего этот взгляд не обещает.
Рывком поднявшись, Искро отцепил от пояса мешочек с монетами и кинул его хозяину.
— Этого достаточно за ущерб? — холодно бросил он. Лавочник полез в мешочек и глаза его алчно вспыхнули. — Ну вот и отлично, — резюмировал Искро, наклоняясь и подхватывая девушку на руки. Она невольно вскинула руки, обхватывая его за шею, — найдешь другую служанку. Эта на тебя больше не работает.
— Но, любезный… — раздался за его спиной ноющий голос, на который Искро совершенно не обратил внимания.
— Пусти… — прошептала она. Она видела насмешливые взгляды, которые бросали на нее посетители. Покраснев пуще прежнего, спрятала лицо в изгибе его плеча. И вот где ей теперь работу искать? Придется в другое селище переходить.
— Нет, — твердо произнес он еще крепче прижимая ее к себе. Широко шагая, он вышел из лавки и направился к придорожной избе, где они заночевали, неся на руках, обхватившую его шею руками и спрятавшую лицо на груди, девушку.
— Ты не можешь так поступать! — несмело проговорила она, невольно наслаждаясь его теплом и силой обнимающих ее рук. Искро ничего не ответил, только пинком распахнул дверь избы и прошёл в дальнюю комнату. Осторожно опустил ее на лавку, застеленную звериными шкурами. Нависнув над ней, упёрся руками по обе стороны от неё, вглядываясь в ее лицо.
— Как ты выжила? —
прохрипел он, — я же своими глазами видел труп… — Искро на мгновение прикрыл глаза, тяжело дыша. По мощному телу пробежала дрожь. И вновь тёмное пламя его глаз обожгло ее. Выпрямившись, он сложил руки на груди, выжидающе глядя на нее.— Говори, — прозвучал его приказ. Слава выпрямилась, расправляя юбку на коленях. Что он хочет слышать? Как она в плен попала? Зачем ему это? С тех пор столько воды утекло.
— Князь меня к себе позвал, стоило тебе в дозор уйти, — начала девушка, глядя на свои ладони, — сказал, что ты что-то там подписал…что не жена я тебе больше, — лицо Искро дрогнуло, но Слава не заметила этого, продолжая смотреть вниз, — а потом он меня в бане запер. Мол по утру я со степняками уехать должна. Они ему деньги за меня дали, — пальцы Искро сжались в кулаки. Он помнил, что говорила Тешка. Каждое слово было раскаленным железом выжжено у него на сердце.
— Потом пожар начался. Меня Богдан вытащил, велел к Тешке бежать. Да я под рухнувший сарай попала. Дальше не помню. Очнулась уже связанная в повозке — тихо говорила Слава. Воспоминания, от которых она хотела избавится волной накрыли ее. — Как только они поняли, что я очнулась, заставили идти. И только когда ожоги нещадно стали болеть и нагнаиваться они меня к ихнему волхву отвели. Тот меня долго вытягивал. Он то и понял, что с дитем я…потом догадалась, что они потому за меня и боролись, что ребенка могли забрать. Так бы убили бы давно. — Слава невольно провела рукой по ногам, прикрытым складками поневы, что не ускользнуло от внимательного взгляда Искро. Темный взгляд стал еще глубже и сосредоточеннее.
— Меня продали, — горько усмехнулась Слава, — на невольничьем рынке в Кафе *( современная Феодосия). Да к тому времени я уже на сносях была. Тяжело мне дите далось.
Их взгляды встретились. Искро чуть не взвыл. Подтверждались его самые худшие догадки.
— Что с ребёнком? — сипло спросил он.
Слава проглотила ком в горле и отвела взгляд в сторону. Снова, невольно переживая те события.
— Он умер, — тихо ответила она, опуская голову, — через день, после родов.
Искро стиснул зубы. Она прошла через это одна? Как она вообще со всем этим справилась?
— Слава… — выдохнул он.
Девушка увернулась из его рук и отошла в сторону. Она стояла к нему спиной, расправив плечи и вскинув голову. И Искро готов был поклясться, что глаза ее были сухи. Она выплакала свои слезы. Давно.
— Может это и к лучшему, Искро. Они бы все равно забрали бы его. Как и у других женщин. И неизвестно еще, какая судьба его ждала.
Она вспомнила мальчишек попрошаек на улицах. Оборванных и голодных. Они жили на улице. Воровали. И век их был недолог. Она обернулась к мужу.
— Но то, что я тяжела была, спасло меня от незавидной участи многих девушек, как и я попавших в плен, — она не отвела своего взгляда, глядя в его глаза, — так что, Искро, то, что я понесла от тебя оказалось благословением. А потом… Потом я попробовала сбежать. Меня поймали. Я еще раз попробовала. Меня снова поймали. На третий раз мне сломали ногу. И не давали ей срастись правильно. Я с трудом ходила. Не могла быстро выполнять работу. И это ужасно злило моих хозяев. Особенно хозяйку. Она всегда находила повод, чтобы унизить меня. А потом… Потом у нее случился приступ, — девушка холодно улыбнулась, — и никого рядом, кроме меня. Она молила о помощи. А я… Я просто стояла и смотрела как она подыхает. И знаешь, Искро, я не жалею. Я бы сделала это снова. Из-за нее погиб мой ребёнок! Я сама тогда умереть хотела. Я не боролась. Просто медленно умирала. Я Марену забрать меня молила! — Слава сглотнула и отвела взгляд в сторону, — меня выходила старая женщина. Я потом узнала, что у нее дочь в родах умерла. Вот она меня и вытащила.