Война плащей
Шрифт:
Оставив девушку в одиночестве, он бесшумно спрыгнул вниз и подкрался к каннибалам со спины. В том, что это были именно они, у рыцаря не оставалось никаких сомнений. Существа, которые когда-то могли называться людьми, с нескрываемым аппетитом поедали себе подобных. Пески свели с ума многих, и большинство из них, гонимые остальными кочевниками, стягивались именно сюда, окончательно теряя немногочисленные остатки человечности.
Уильям сделал все быстро и бесшумно. Два взмаха меча — и две отрубленные головы покатились по полу. Только после этого Софи позволила себе прокашляться, чтобы освободить горло от песка и пыли. Мистер Олридж вернулся к тоннелю, в котором пряталась девушка. Испугавшись,
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — прошептал седовласый воин и примирительно положил свою ладонь поверх ее руки.
Мятежник спрыгнул в пещеру и дал девушке несколько секунд, чтобы самостоятельно принять решение. Софи немного задержалась и спустя несколько секунд размышлений двинулась в его сторону. Помогая ей спуститься, Уильям вновь поддержал ее за руку и почувствовал на своей ладони кровь. В дальних чертогах пещеры послышались звуки. Материализовавшийся вблизи рта палец вновь призывал сохранять тишину. Покопавшись в глубине складок своих одежд, он нашел бинты.
Стоило ему взять руку Софи, как девушка моментально напряглась и постаралась вырваться, но Уильям легко удержал ее. Пальцами он нащупал порез, оставленный лезвием его же меча. Девушка зашипела от боли, когда палец провалился в разрез. Отцепив флягу с пояса, он вылил остатки воды на рану, чтобы промыть ее. Голубые глаза расширились от удивления, не ожидая подобного проявления заботы. Срезав испачкавшийся слой рулона бинтов, он использовал его сердцевину, чтобы перевязать поврежденную руку.
— Благодарю, — едва слышно прошептала Софи пересохшими губами, пораженная гуманностью и благородством своего врага.
— Предлагаю объявить перемирие. По крайней мере до тех пор, пока не выберемся отсюда. Иди за мной, смотри под ноги и старайся не шуметь, — ответил Уильям, улыбнувшись, и, не дожидаясь ответа, первым пошел в глубь пещеры.
В отличие от испепелямой солнцем поверхности, в подземелье было весьма свежо. Глаза успели полностью привыкнуть к окружающей темноте. Лабиринт пещер казался бесконечным. Уильям пытался уловить носом дуновение свежего воздуха и двигался в его направлении. Послышалось журчание подземного источника. Софи не удержалась, присела на колено и зачерпнула немного в ладонь. Она уже готовилась сделать первый глоток, когда Уильям хлопнул ее по руке, заставляя пролить драгоценные капли.
Софи возмущенно посмотрела на него. Вместо ответа воин указал мечом на то место, откуда из-за поворота вытекал ручей. Прямо поперек него лежал распотрошенный труп. Они пробирались впотьмах уже не первый час. Иногда им на пути попадались маленькие группы отшельников, по два-три человека. Для Уильяма они не представляли особой опасности. Наконец им повезло. Очередной тоннель вывел их к просторному залу, в конце которого виднелся узкий лаз, который, судя по слабым лучам света, должен был вести на поверхность. Была лишь одна небольшая проблема. Зал был переполнен трупами и теми, кто собирался ими отобедать. Судя по всему, сюда местные обитатели стаскивал всех бедолаг, попавших в жуткие катакомбы каннибалов.
Уильям аккуратно выглянул из-за угла и оценил обстановку. Два десятка, не меньше. Проскочить незамеченными тоже не было никакой возможности. Воин бесшумно вытащил кинжал из-за пояса и взглянул в глаза девушке. Преодолевая собственное отражение в голубых зеркалах, Уильям пытался заглянуть в душу и получить подтверждение, что Софи не пырнет его в спину, как только получит оружие. Приняв непростое решение,
он протянул кинжал девушке.— От меня вряд ли будет много пользы, — едва слышно прошептала Софи так, что мистер Олридж почувствовал ее дыхание на своем ухе.
— Оно понадобится вам в случае, если у меня не получится, — прошептал в ответ Уильям, давая понять, что при плохом исходе девушке будет лучше самой оборвать свою жизнь, не дожидаясь кошмарной участи.
На секунду они остановились, изучая лица друг друга. В глазах бывшего инквизитора была холодная решимость, в глазах Софи — борьба страха, ненависти, удивления и благодарности за проявленную заботу. Седовласый вовсе не казался тем демоном, коим его изображали на церковных карикатурах. Уильям прикрыл веки, прокручивая в голове последовательность своих действий. Когда он поднял их вновь, его разум был чист.
Он двигался аккуратно, стараясь как можно дольше не привлекать внимания. Троих противников ему удалось нейтрализовать, оставаясь незамеченным, но неудачно попавший под ногу булыжник выдал его, с шумом покатившись вниз. Уильям успел прикончить еще двоих, прежде чем остальные обратили на него внимание.
Любой другой на месте мистера Олриджа решил бы, что это конец, но только не он. Инквизитор вообще старался не думать о себе во время боя. Входя в транс, он будто наблюдал за собой со стороны. Так было легче переносить боль, воспринимая все так, словно ранения получает вовсе не он. Страданиям он позволял приходить только тогда, когда все закончится.
Один за другим каннибалы падали, сраженные его смертельным танцем, но все же их было слишком много. Один из нападавших носил на руке кастет с тремя длинными когтями, два из которых смогли дотянуться до плеча Уильяма. Другой, раненый, но вовремя не добитый, монстр укусил его за ногу. Жители пещеры не знали страха, они лишь хотели вкусить свежей плоти и ни капли не беспокоились о собственной шкуре.
Оперевшись спиной о стену, мистер Олридж мастерски держал оборону. Когда противников осталось всего двое, один из них вгрызся в руку Уильяма, заставляя отпустить меч. Второй с разбегу врезался плечом в грудь зажатого воина, заставив его потерять дыхание и повалиться на пол. Надавив на глаз укусившей его твари, король мятежников заставил того разжать зубы и отпустить его руку. Не тратя лишних секунд, он потянулся к кисти и отмотал часть знаменитой инквизиторской нити.
Оттолкнув ногой вновь подбегающего противника, он обмотал шею, держащегося за глаз каннибала и резко потянул. Нить прошла как нож сквозь масло, отсекая голову монстра. Но радоваться победе долго не удалось. Теперь уже настала очередь последнего каннибала отомстить за пинок. Нога противника со всей силы ударила по лицу распластавшегося на земле Уильяма. Свет на секунду померк в глазах инквизитора, а когда появился вновь, над ним уже нависла ужасающая морда, полная шрамов, которые существо, судя по всему, оставило на себе собственноручно.
Обе руки монстра были на шее воина. Уильям дважды постарался выбить противнику локоть, но тот был достаточно крепок. Тогда он пытался нащупать хоть что-то, что могло ему помочь, и в последний момент действительно нашел. Голый череп бедолаги, которому когда-то не повезло попасть в эти пещеры, не был идеальным оружием, но за неимением лучшего сгодился и он.
Угодивший в лицо каннибала череп треснул с омерзительным хрустом. Часть осколков застряла в ладони Уильяма. Инквизитор, не глядя, ухватился за первый попавшийся под руку предмет. Сломанная берцовая кость оказалась вполне подходящей заменой кинжалу. Ее острый конец прошел шею дергающегося рядом в судорогах противника насквозь. Воин оттолкнул от себя мертвеца и судорожно задышал.