Чтение онлайн

– Понял, - улыбнулся рыжий.

Неожиданно появился новый посетитель

6

Это был скромно одетый молодой человек с умным и строгим лицом. Он зорко оглядел присутствующих, осуждающе посмотрел на размалеванное лицо Оксаны, на ее мини-юбку, прочитал надпись на стене.

– Учеников ваших сейчас встретил. Дерзкие!

– Это не ученики, - сказала Ира.
– Это хулиганы местные.

– Отец Петр. Дьякон желтоярской церкви, - представился он.
– Пришел посмотреть, послушать. И несколько вопросов у меня имеется...

Его усадили. Волков продолжил лекцию.

– Истину ищите, опираясь на свой неповторимый опыт, прислушиваясь к своей интуиции.

Скворцов вдруг тряхнул

своими вихрами, торчавшими во все стороны.

– По-моему, я вас где-то видел, - тихо сказал он Даше. Кажется, его интересовало только это.

Она похолодела.

– Не думаю. Наверно вы меня с кем - то спутали.

– Каждый постигает истину по-своему. Я, например, решая проблему, оцениваю ее сначала интуицией. Что ей противоречит, отбрасываю. Затем оцениваю разумом. Что ему противоречит, отбрасываю. Остается истинное. И это происходит само собой, машинально. Это всегда было во мне. Истину легче постигают люди, сочетающие в себе мыслителя и художника. Однако пытаться найти истину должны все.

Скворцов улыбнулся Даше:

– Вспомнил, где мы встречались! В прошлом году вы...

Даша умоляюще посмотрела на него и, едва заметно, отрицательно помотала головой.

Вопреки ее ожиданиям он сразу все понял. Смутился. Пробормотал:

– Нет, я, кажется, обознался.

И еще один человек заметил ее знаки: Оксана буквально впилась в нее глазами, подозрительными, враждебными.

– Некоторые, задавшись целью познать истину, - продолжал Волков, - начинают читать только философские книги, причем все подряд, без системы и выбора. Это неверный путь. Философию надо изучать осторожно. Сколько людей, недостаточно образованных, неподготовленных, без твердых устоев, помешалось на этом. Если человек начинает заниматься философией, он рискует, во-первых, оторваться от реальности, во-вторых, утратить цельность восприятия мира, в-третьих, иссушить сердце.
– При этих словах Скворцов с любопытством посмотрел на оратора.
– А истина познается прежде всего сердцем. Самая стройная и законченная философская система ничего не стоит, если она создана без участия сердца. Эйнштейн не зря говорил, что Достоевский дает ему больше, чем Гаусс.
– Скворцов слушал с растущим интересом. Волков повернулся к девушкам.
– Гаусс - это великий математик.

– Ну что ж, мы, пожалуй, пойдем, - весело заметил рыжий.
– Спасибо, просветили.

– Сейчас, Сема, - сказал Скворцов и первый раз обратился к Волкову: - А что вы думаете об эволюции?
– Тот задумался.- Как вы относитесь к утверждению, - продолжал Скворцов, не дождавшись ответа, - что эволюция - это завоевание духом материи. Сначала дух и материя существовали отдельно. Потом дух вселился в органическую материю. Это человек. Потом в неорганическую. Это компьютер.

– Это его утверждение, - ткнул рыжий пальцем в сторону Скворцова.

– Интересная мысль.
– Волков немного помолчал.
– Но дух без материи не существовал. Любая наша мысль имеет материальную основу. Это цепочка электрохимических реакций в нашем мозгу.

– Всего лишь цепочка реакций?
– впервые вступил в разговор дьякон. Его тон как бы говорил: "Разве вы сами не чувствуете, какую нелепость сказали?"

– Да. Но разве, зная это, мы должны меньше восхищаться мощью человеческого разума? Чувства совести, милосердия, любви развились в нас в результате эволюции, в результате жизни наших предков в первобытном стаде. Но разве поэтому мы должны меньше ценить эти чувства? Материя, материальное происхождение наших мыслей и чувств их не принижает - человек в себе самом поднимает материю на новый уровень.

– Занятно, - строго произнес дьякон.
– Но ведь эволюция - это планомерное, целенаправленное движение вперед. Кто же поставил перед жизнью эту цель?

– Самый трудный для атеиста вопрос.
– Волков слегка сощурил глаза.
– Я много лет над ним думал.

– Для атеиста это вопрос неразрешимый, - сказал дьякон.

– Для человеческого ума нет неразрешимых вопросов. Конечно, можно было бы отделаться какой-нибудь красивой фразой, например: "Посредством эволюции материя познает самое себя". Но сути это не объясняет...

– Не объясняет, - подтвердил отец Петр.
– Кто тогда надоумил материю познавать саму себя?

–

Попробую добраться до сути... Физические тела, от атомов до звезд, стремятся принять форму шара. Им, значит, так удобнее. Кто вложил в них это стремление? Никто. Это действуют фундаментальные физические законы. Живые существа, как и звезды, - это автономные системы, состоящие из элементарных частиц. Поэтому эти законы и в них действуют. Все, от амебы до человека, стремятся к тому же - удобнее устроиться в этом мире. Системы усложняются, совершенствуются (самая совершенная система - человек), но принцип остается тот же, такой же, как у звезды - лучше приспособиться. Это и есть цель эволюции. То есть, первопричина эволюции - те же физические законы, которые заставляют звезду принимать форму шара.

Дьякон покачала головой.

– Это не просто материализм. Это какой-то матерый материализм. Простите за тавтологию.

Рыжий посмотрел на своего товарища.

– На автобус опоздаем.

– Идем-идем, Сема. Последний вопрос. Считаете вы Гегеля великим философом?

Даша вспомнила, что и в том интервью Скворцов упоминал Гегеля.

– Считаю одним из величайших. Хотя каждый, наверно, кто брался его изучать, ощущал, как все в нем восстает против такой невероятно высокой степени абстрагирования. В середине девятнадцатого века два мыслителя попытались уйти от этого гегелевского абстрагирования, причем в противоположные стороны. Артур Шопенгауэр, предшественник философии жизни, - в сторону чувств; Огюст Конт, основатель позитивизма, - в сторону науки.

Студенты встали.

– Услышал кое-что для меня новое, - сказал Скворцов.
– Послушал бы еще, но нам надо идти.

– Вы, короче, в деревню не заходите, - сказала Оксана.
– А то эти отморозки реально дружков соберут. Они злопамятные.

– Пусть собирают, - хладнокровно заметил рыжий.
– Впрочем, мы туда и не собирались заходить. - Он ушел с облегчением, словно выполнил скучную обязанность, Скворцов - с сожалением.

– Получается, вы атеистическую пропаганду среди молодежи проводите?
– строго заговорил отец Петр.
– У нас несколько молодых прихожан перестали церковь посещать. Оказалось: они к вам ходили.

Волков внимательно глядел на него и молчал.

– Коммунисты сколько лет атеизм насаждали, храмы разрушали. И вот результат. Люди погрязли в грехе, - убежденно говорил дьякон.
– Кругом - преступность, разврат. Бездуховность. Это все от неверия. А молодежь особенно нуждается в вере. В воспитании. В духовности. Для нее же сейчас нет ничего святого...

– Есть лишь две святыни - истина и человеческая личность, - вставил Волков.

– А бог?
– Дьякон покачал головой.
– Все зло - от неверия и бездуховности, - повторил он..

Волков вдруг порывисто встал и заходил по избе.

– Это большое заблуждение - отождествлять веру и духовность,- горячо заговорил он.
– Можно не верить в бога и быть высокодуховным человеком. Высокодуховным и высоконравственным... Разве мало было в истории этических мыслителей - язычников и атеистов... И нельзя быть по-настоящему духовным человеком, не зная творчества великих писателей, композиторов, художников, философов. Духовный человек - это человек, усвоивший высшие достижения человеческого духа.- Волков говорил с вдохновенным лицом и сверкающими глазами. Сейчас он был очень красив.- Совершенно согласен с вами, что молодежь надо воспитывать. Самое главное - воспитание. Но воспитывать ее нужно, приобщая к настоящей культуре, к настоящему, высокому искусству... Я уважаю чувства верующих. Верю, что Христос действительно существовал, проповедовал замечательное учение, основанное на любви. Осуждаю большевиков за уничтожение храмов, за преследование священников. Но в своем атеизме-то они были правы. Это их большая заслуга, что в советское время почти все были атеистами. Теперь быть атеистом не модно, даже как будто предосудительно. Многие коммунисты внезапно стали убежденными верующими!.. Конечно, если считать верой любовь к Христу как к прекрасному, высоконравственному человеку, то я тоже верующий. Если считать богом универсальный физический закон, которому подчинены все другие законы, тогда я тоже верю в бога. Но как можно верить в бога библейского? В двадцать первом веке, при таком уровне развития науки. Это выше моего понимания!