Чтение онлайн

– Заберу ее отсюда, от греха подальше, - продолжала женщина, глядя на Волкова через голову дочери и не особенно прислушиваясь к ее словам.
– Раз твои воспитанницы вешаются.

– Вешаются?
– Недоумение изобразилось на лице Волкова.

– Повесилась же позавчера Наташка из Желтого Яра! Сегодня узнала.

Наступило долгое молчание. Волков сел за стол и обхватил голову руками. Мать Ани тоже села. Она как будто была довольна эффектом, который произвели ее слова. И Аня села, подальше от гостей.

Тишину нарушила мать Ани.

– Так что, Анька, собирайся. Пошли!

– Мама, я останусь. Мне здесь лучше.

–

Это ты ее научил так говорить?
– повернулась женщина к Волкову.

Тот с трудом оторвался от своих мыслей.

– У нас свобода. Если хочет - пусть уходит.

– Я не хочу, - подавленно сказала Аня.
– Не могу я в Климовке жить. Жорка проходу не дает. Угрожает. Я его боюсь.

– Вот подонок!
– вырвалось у матери.

– И другие пристают.

– У тебя отец есть.
– Отчим молодцевато расправил плечи.
– Я тебя от всех защищу. Ты за мной, дочка, как за каменной стеной будешь.

– Уж кто бы говорил, - прошептала девушка, так тихо, что только сидевшая рядом Даша могла расслышать.

– Я тебе как отец говорю: возвращайся. Я еще и по твоему борщу соскучился.

– Да не отец вы мне!
– в сердцах воскликнула девушка.

– Ладно, пусть отчим, - согласился он.
– Все равно родной человек. По дому, по хозяйству помогать надо или нет? Мать болеет.

– Я болею, - подтвердила женщина.

– Да знаю я твою болезнь, мама. Не пей - и не будешь болеть.

– Мать учить будешь, паскуда?
– возвысила голос та.

– А кто не пьет? Все пьют, - примирительно заметил отчим.
– Вон Митька-сосед... - Он усмехнулся.
– Вроде много не пил никогда, а сейчас загудел, третий день уже.

Аня открыла рот и испуганно уставилась на отчима.

– Третий день?
– пролепетала она.

– И говорит как зомби... Третий день!

Минуту все молчали.

– А дядя Леня в Климовке?
– спросила Юля.

– Дядя Леня?
– переспросил отчим.
– Это Ленька что ли? Семеныч? Не видел.

– Не видели, - подтвердила мать Ани.
– Ну ты идешь, нет?

– Я здесь останусь.

– Его работа!
– Она указала толстым пальцем на Волкова.
– Раньше она послушная была.

– Я говорю: зомбировали.
– Непонятно было, шутит отчим или говорит серьезно.

Он помог подняться жене. У порога остановился.

– Как-нибудь приду послушать, чему ты учишь, Профессор. Наши обижаются, говорят, ты на уроках своих интеллигентов восхваляешь, образованных. А мы, значит, темный народ, чернь?.. Дворян жалеешь. Да мало их Сталин посадил, предателей! Знаешь, сколько их у Власова служило?

– Да пойдем уже, умник!
– жена потянула его за рукав. Они ушли. К себе ушел Волков.

– Когда вчера Учитель сказал, что какая-то девушка покончила с собой, я о Наташе подумала, - негромко произнесла Ира.

– И я тоже, - сказала Юля.

В этот вечер все были подавлены, почти не разговаривали. Аня была в состоянии беспокойном и тревожном, места себе не находила.

Когда легли спать, Ира шепнула Даше;

– Я теперь за Анюту боюсь. Наташу последнее время тоже что-то мучило.

Ночью Даша несколько раз просыпалась и каждый раз замечала, что Аня не спит.

8

Когда сели завтракать, Даша неуверенно произнесла:

– Я хочу немного

денег внести, тысячу рублей. Все-таки я здесь живу, питаюсь...

– Ничего не надо, Даша, - сказал Волков.

– И все же я чувствую, что надо.
– Она положила перед ним купюру.

– Хорошо.
– Он взял деньги.

– Не пришел дядя Леня, - вздохнула Юля.
– Если он ушел в Климовку напиться, то вчера бы вернулся. Предчувствие у меня нехорошее... На него же постоянно беды сваливаются.

– Не замечала, - хмыкнула Оксана.

– Всю жизнь сваливаются, - увлеченно продолжала Юля.
– После распада Союза они с женой решили из Узбекистана в Россию переехать. Купили дом в Самаре. В Ташкенте он все распродал, едет в Самару Жена уже его там ждет. Степь, жара. Решил на остановке дыню купить. Соседи все за дынями пошли. Стал рубашку надевать. Передумал: жарко. Сунул ее под подушку. Возвращается с дыней, смотрит - рубашка не там лежит. Он - в карманы. Пусто! А там документы, деньги были, билет. Несколько станций проехали - проверка. Ссадили. Новый адрес не помнил. Все адреса, телефоны в записной книжке были. Что делать? Казах один предложил в хозяйстве его поработать, в Алмаатинской области где-то. Условия самые лучшие обещал. А оказалось настоящее рабство. Через три года еле сбежал. С великим трудом добрался до Самары, нашел жену. А она уже с другим живет. Его даже через порог не пустили. Что делать? Судиться? Документов нет. Стал бомжевать. Потом посадили за убийство. А он не убивал. На него как на бомжа все свалили.

– Нам он это не рассказывал, - заметила Ира.

– Он не любит жаловаться... Несчастливая у него судьба.

– Судьбы нет, - сказал Волков.

– Как же нет, Учитель?
– несмело возразила Юля.- А если бы он тогда надел рубашку? Все бы по-другому было. Он говорит о том, что все колебался: надеть, не надеть. Значит, судьбой так было предназначено.

– Нет судьбы. Есть воля, среда и случай. Из их столкновений, переплетений и складывается человеческая жизнь. Что в майке вышел - это его воля. Что воровство существует, что границы появились, проверки - это среда. Что все совпало: воры, жара, дыня - это случай... Юля, а почему - "говорит о том, что"? Зачем здесь: "о том"? Этот неуклюжий, нелепый оборот распространился как эпидемия. Все им заразились. "Высказал предположение о том, что", "решил о том, что".

В глазах Даши вспыхнули задорные искорки.

– Недавно в Википедии прочла: "был скандал о том, что".

Юля обиженно надула чувственные губы.

– Что же вы тогда ее не поправляете, Учитель?
– Она указала пальцем на Оксану.
– Вы послушайте, как она говорит.

– Не твоя забота, - буркнула Оксана.

– Никогда не обижайся на доброжелательную критику, Юля!
– с мягкой наставительностью произнес Волков.
– И ты же стихи пишешь. Тебе надо язык в совершенстве знать...

После завтрака он сказал:

– Схожу в Климовку, Семеныча поищу.

– Поищите, Учитель, - кивнула головой Ира.
– И хлеб, сахар надо купить. Мясо тоже кончилось.

– И продукты куплю.

– А почему у вас ружья нет?
– спросила Даша.
– Здесь же дичи, наверно, много.

– Дядя Леня давно просит ружье завести, - сказала Юля.

– Учителю жалко животных убивать, - объяснила Ира.

– Почему же вы тогда не вегетарианец?
– Даша задорно посмотрела на Волкова.