Технобойня
Шрифт:
– Кто такие?
– не желая даже немного быть вежливым, рявкнул солдат.
– Жители, кем еще, по-твоему, мы можем быть?
– без запинки ответил Саша.
– Где ваши вещи? Неужто вы собрались на отдых, не взяв с собой замены вашим паршивым вещицам?
– продолжал вызывающе общаться солдат.
– На какой улице живете?
– Он решил, что уже если сорняки и решили пробраться в аэропорт, то точно не знают расположение улиц и смогут легко запутаться в словах.
Стеклов не выдержал заминки и вступился в разговор:
– Ты что не понимаешь? Мы спешим! И если ты нас сейчас не пропустишь, то будешь иметь дело с мэром города.
– Да что ты!
– Именно!
– Стеклов разговаривал так, будто отсчитывал провинившегося сотрудника. Здоровяк видел, что он держится статно, понимая свое положение.
– Багажа нет, потому что эти чертовы сорняки набросились на нас и едва не убили по дороге сюда! Мы лишились машин, квартир, уютных офисов! Я даже не успел натянуть респиратор, чтобы твое дыхание не могло разить меня токсичными отходами твоих внутренностей. С дороги!
– Стеклов отодвинул солдата разинувшего рот. Тот даже не посмел противиться и отошел в сторону.
– Доброго пути, господа, - заикаясь, проговорил молодой человек в униформе, удаляющимся пассажирам.
– Ловко ты с ним, я не ожидал, что ты можешь быть таким извергом.
– Иначе бы ничего не получилось.
Приятный голос девушки разрядил почти пустое пространство аэропорта:
– Заканчивается посадка на последний рейс. Просим пассажиров поспешить.
Стеклов осмотрелся. Несколько человек торопились на трап. За собой они везли несколько пузатых чемоданов, наполненных всевозможным барахлом. Их лица были наполнены ужасом и смятением. Что-то давало понять, что они не на шутку озабочены всем тем, что происходит вокруг. Глава семейства в виде высокого статного седовласого мужчины громко ругался, пытаясь призвать сотрудников аэропорта подсказать путь к самолету. Несколько миловидных девушек обратили внимание на мужчину, одна из них обратилась к нему со словами:
– Следуйте за мной.
Роман подмигнул Саше, решив, что первый этап проникновения в Формалиновую комнату прошел удачно. Они шли неспешно. Высокий мужчина с женой шли впереди, обсуждая с сотрудницей аэропорта новости в городе. Она пугала их тем, что это последний рейс. Она говорила:
– Тем, кому не удалось вырваться из города, придется пережидать весь этот переполох, набравшись мужества и сидя дома. Незавидная участь. К счастью вы успели, даже и не знаю, что бы с вами сделали эти сорняки, ведь они совсем обезумели.
Мужчина соглашался и кивал. Вскоре они оказались в самолете. В салоне было не больше тридцати человек. Все они были очень испуганы. Девушка предложила занять места.
– Осторожно! Здесь дают кое-какие напитки, после которых ты станешь "овощем". При этом они следят за тем, чтобы каждый из пассажиров выпил свою порцию.
– Стеклов, огляделся по сторонам и продолжил: - Хумо говорил о каком-то порошке, но, к сожалению, у нас его нет, поэтому нужно что-то придумать.
– Я ни разу не летал на гражданских самолетах.
– Сейчас ты кое-что увидишь.
– Роман мотнул в сторону прохода.
В нем показалась девушка. Именно такая, каких любил Саша: высокая, с широкими бедрами и пышной грудью, темными вьющимися волосами и большими голубыми глазами. Здоровяк судорожно вздохнул и промямлил:
– Неужели она ненастоящая?
– О да, друг. Она настолько же реальная, как и моя жизнь до этих событий.
Саша немного поник, но тотчас же приободрился и произнес:
– Жду не дождусь того момента,
когда мы вновь возьмемся за оружие. За эти дни я как будто вновь вернулся в тот ритм жизни, к которому привык.Матричная стюардесса рассказывала о предосторожностях во время полета. Ее миловидное личико украшала белозубая улыбка. Вскоре в проходе показалась женщина. Перед собой она толкала тележку с напитками и едой. Когда ее массивное тело поравнялось с креслом Романа, она недовольно подала бутылку охлажденной газировки.
– А можно мне другую!
– решил съехидничать Стеклов.
– Люблю негазированную.
– Неужели!
– проворчала женщина, словно ей предложили что-то непристойное.
Она поменяла воду и продолжила путь. В воздух взвилась неловкая пауза, продлившаяся несколько секунд. Роман боялся сделать первый глоток, но заметил натуженный взгляд человека в деловом костюме. Что-то подсказало ему, что это робот. Трясущимися руками Стеклов не спеша открутил крышку. Глаза соглядатая продолжали вести наблюдение. Затем Роман решил пойти на хитрость. Он приподнял бутылочку, словно произнося тост, робот в тоже мгновение спрятал взгляд. Быстро, словно молния пассажир вылил часть содержимого под кресло, желая показать, что свою порцию он уже отпил.
Наконец в салоне стало настолько тихо, что было слышно тяжелое дыхание спящих соседей. Спустя несколько минут в салон зашло несколько человекоподобных роботов, они принялись за дело. Их цепкие и в то же время холодные руки больно впивались в тела спящих людей. Их глаза источали мертвенный холод и простое безразличие к их судьбам. Пассажиров выносили, не боясь присутствия посторонних. Аварийный свет в аэропорту потух, и двери навсегда закрылись. Когда очередь дошла до Стеклова, он почувствовал, что боль от прикосновения роботов, словно иглы проникала в мозг. Едва сдерживая обезумевший крик, он молчал, старался не подавать и признаков сознания. Все, что говорил Илья было правдой, но в тот момент брат, благодаря порошку, не чувствовал боли и не мог передать всех ощущений до конца. Саша это время, словно по забитой в голове программе проговаривал про себя: "Мне не больно, давай еще разок!".
Когда стальные руки роботов "упаковали" всех пассажиров в большой катафалк стало легче. Дыхание стало сбивчивым и не могло выровняться еще долго. Стеклов чувствовал себя таким ничтожным в куче тел, как никогда.
– Хорошо, мы успешно прошли второй этап, - пытаясь приободрить себя, шептал Саша.
– Однажды мне пришлось выжидать так целые сутки - в куче мертвых тел своих собратьев. Я спрятался там, чтобы меня не убили. Я слышал, как смеялись убийцы моих друзей, как шутили. Я их, конечно, не понимал - они разговаривали на лингала. Этот язык распространен в Конго. Но их веселые разговоры сводили меня с ума. В джунглях высокая влажность и температура. Вскоре запах разлагающихся трупов начал так бить по ноздрям, что меня начало выворачивать, но я ничего не мог поделать. Без оружия и без подмоги, я решил, что лучше умру от пули, чем задохнусь в той яме. Я вылез и начал по одному душить всех этих подонков. Их было не меньше десяти, но я смог выжить.
– А где же был Антон?
– отозвался Роман.
Несколько кочек на дороге дали о себе знать. Саша продолжил.
– Мы отправили его и еще одного солдата разведку. Им повезло. Когда они вернулись, я сидел у дерева и, ковыряя кровавым ножом во рту, бормотал какую-то чушь.
– Ты сделал все, чтобы выжить!
– попытался Стеклов выветрить плохие воспоминания друга.
– Я это все рассказывал для того, чтобы ты понял, что пойду до конца.
– Я и не сомневался, что я могу на тебя рассчитывать...