Технобойня
Шрифт:
Экран отключился. Странный шум и переговоры слышались посреди солдат, пока кто-то, обезумев, не воскликнул:
– "Зелень", "зелень"...
Подхватывая друг у друга слова, лишенные уверенности в том, что это происходит на самом деле, солдаты, обезумев, бросали оружие и бежали. Раздор поселился среди защитников города. Отряды Ивана Гавриловича, легко справившись с одними, приступали к заморозке других. Они стреляли во всех, кто бросил оружие и бежал с "поля боя". Окоченевшие тушки тяжело падали на асфальт, словно мертвые, лишенные надежд и мечтаний. В их глазах запечатлелось непонимание. Кто бы из них мог подумать, что, вставая этим утром с постелей, к вечеру их тела застывшей массой будут лежать на пыльных улицах города.
Стройные отряды отборных роботов, подмораживая защитников города, шли дальше, за ними следовали машины, куда погружались замерзшие жители. Это было похоже на некий ритуал, которому смог бы позавидовать любой колдун с Гаити.
– Довольно мрачная картина, - прохрипел Роман.
– Согласен, - подтвердил Антон.
Сине-красные мигалки автомобилей курсировали по городу, наполняя свои запасы человеческими телами. Их ленивое передвижение напоминало гусеничный марш. Этот день запомнился людям надолго. Просматривая сквозь стены спрятавшихся людей, бойцы Ивана Гавриловича выискивали красноватые движущиеся объекты. Благодаря Хумо, на телах боевого трио находились специализированные костюмы.
С забавным визгом мимо подъезда пронесся автомобиль с мигалками.
– Эти катафалки меня достали, - скрипя зубами, заявил Саша.
– Готов каждому роботу и каждому водителю шею свернуть.
– Поумерь пыл. Нам нужно добраться до Формалиновой комнаты живыми и без хвоста.
– Боже мой, но ведь это так далеко, - взмолился Антон.
– Кто сказал, что будет легко?
– Роман чувствовал необъяснимую уверенность, с которой в прежние годы великие завоеватели брали штурмом города и разбивали десятки тысяч воинов.
– Ты изрядно изменился, Роман, - влился в разговор Саша.
– Я вижу, что ты уже не тот напуганный заяц, что метал камнями в полисменов у кислородного пункта.
Стеклов едва удержал смех. Он вспомнил этот момент из собственной биографии, и он действительно показался ему забавным.
– Пора двигаться в путь, - без капли волнения произнес Роман.
Он уже не мог считаться миллионером, потому как город, в котором, как грибы росли его деньги, рушился, как рушились его банки и депозиты. Роман был рад такому повороту событий, потому что жизнь теряла всякий смысл, когда всего в этой жизни он уже добился.
Саша кивнул, и они вышли из укрытия. Катафалков видно не было, судя по всему, этот район считался зачищенным, и исследовать и патрулировать его, уже не было смысла. Улицы опустели, слабый ветерок, нагретый до тридцати трех градусов, невольно сметал мусор на своем пути. Роман видел лишь редкие повстанческие отряды Седова, которые смогли воспользоваться разработками Братьев Гилеля и избежать незавидной участи замороженного тунца. Повстанцы старались делать вид, что не видят людей из другой группы. Их можно было сравнить с блохастыми шакалами, которые поспешно убегают при виде грозного противника. Но Роман знал, что Седов не из таких. Уж он-то пойдет до конца. Его безграничному фанатизму смог бы позавидовать любой идейный лидер, живший до этой поры. Но, где Седов и почему задерживается, Роман мог только догадываться. Этот человек не делал ничего просто так.
Роман увидел несколько излюбленных магазинов, в которых он часто и с удовольствием закупался продуктами. Чуть поодаль находился любимый ресторан с его изящным и неповторимым меню. Вместо приятно оформленных окон зияли темные отверстия. Сквозь них просматривалась некогда уютная, а ныне лишенная ухода и любви атмосфера ресторана. "Прошло меньше суток, - подумал Стеклов, - а уже город превращается призрак или просто кладбище..."
Он был прав. Ничего уже не напоминало о том, что в этом городе когда-то было комфортно и безопасно.Недалеко, в метрах ста от места, где находились друзья, прогремел взрыв. Он был такой силы, что стекла двух соседних зданий разлетелись на многие тысячи осколков. Роман вздрогнул, подогнул ноги и, скрывая голову, осторожно пошел дальше. Саша и Антон гуськом двигались за ним. Они не знали, что смогут увидеть за правым поворотом. Бывалые ветераны готовились к бою, но Стеклов же чувствовал, что неизменное любопытство может когда-нибудь погубить его. Поэтому он обернулся и спросил:
– Что будем делать?
Он смотрел на Сашу. В глазах здоровяка читалось бесстрашие и желание поскорее покончить со всей этой запутанной историей. Саша почесал нос и торопливо фыркнул:
– Антон займи позицию в том окне.
– Он указал на крайнее окно здания, откуда открывался прекрасный вид. Драный без лишних вопросов взял винтовку и крадучись поспешил в назначенное место. Саша посмотрел ему вслед и одобрительно кивнул. Затем он повернулся к Роману и прошептал: - Мы пойдем в гущу событий. Антон нас прикроет. Думаю, пора разобраться хоть с одним из этих эскадронов смерти.
Мелкими перебежками они двинулись к цели. Толстая стена здания стала прикрытием для бесстрашных партизанов. Саша огляделся. В назначенном окне едва заметно виднелось дуло снайперской винтовки Антона. Все было готово к прослеживанию местности. Неожиданно раздались автоматные очереди, оглушительным эхом отскакивающие от стен зданий.
– Чувствую, что скоро тут будет горячо. Не мы одни это услышали...
Роман был прав. Из смога на горизонте на большой скорости вылетел военизированный автомобиль. Саша взглянул за угол. Он увидел, как люди в темно-синей униформе уничтожают выживших после взрыва патрульного автомобиля роботов. Седов находился поодаль, наблюдая за происходящим. На его лице яростно сияла улыбка победителя. Он услышал вой сирены и красно-синие мигающие разводы на стенах.
– Приготовиться к бою, господа, - сказал он, заряжая магазин автомата.
Автомобиль, поравнявшись с перекрестком, резко затормозил и вывернул в сторону людей Седова. Град пуль и гранат встретил незадачливый патруль. Машину буквально вывернуло наизнанку. Металл, впиваясь в стены зданий, разлетался на многие десятки метров. Шины "закурили" черным дымом, а из салона, с бесстрашием на лице и охваченные огнем выползло несколько роботов. Несмотря на обильное сопротивление, их кевларовые поверхности тел оставались непоколебимыми. Роботы достали плазменные пушки и, изрядно приложившись к курку, начали охлаждать разгорячившийся пыл людей Седова.
Искаженные и замороженные солдаты падали на асфальт. Приглушенный звук падающих тел пугал их собратьев, но дула автоматов не переставали изрыгать свинец. Шшых! Раздался звук снайперской винтовки. Один из роботов лишился головы. Отсеченная часть тела тяжело упала на асфальт. Злобный взгляд застыл на лице полуразбитого робота, а глаза ежесекундно начали моргать, как у нервнобольного. Реакция его подельников не заставила себя ждать, они повернулись в сторону Антона, выискивая его инфракрасным зрением, но оставались слепы. Снайпер еще раз на мгновение высунулся из-за укрытия. Шшых, шшых! Это повлекло за собой еще одну жертву со стороны роботов. Антон решил поиграть, как и на войне, когда преимущество было на его стороне, он стрелял в руки и ноги, чтобы враг чувствовал незащищенность и скорую смерть. Нижняя конечность противника с шипящим звуком отвалилась, а электрическая дуга, как молния впилась в асфальт и исчезла. Седов был поражен невиданным оружием. Судя по всему, Хумо умолчал об этой винтовке. На лице Седова читалось ликование, но спустя секунду оно сменилось на непонимание. Непониманием того, как он смог упустить такое оружие. Он остался почти один. Из его людей рядом с ним, не переставая, стреляли пять человек, более двадцати, покрытые тонким слоем инея, лежали рядом.