Свет и Тень
Шрифт:
Воины расступались перед Альком. Жар смотрел и не верил глазам. Альк не изменился, был всё таким же... И тем не менее, перед ним и в самом деле был тсарь. Как в сказке... Это было чудесное превращение, которое,похоже, заметил только один он.
– Позвольте ваше оружие, господин... – проблеял кто-то.
Альк ожёг наглеца взглядом, но мечи всё же снял, не глядя, кому-то отдал.
– Ты поплатишься за это, – пообещал он.
Жар, семенивший за саврянином, уже не знал, что ему думать. С одной стороны, он видел их с Рыской вместе и в том, что их связывает, не сомневался. С другой, всё выглядело так натурально... Ещё и Длань эта, от которой, говорят, у видунов едет крыша... Да
... И вдруг, словно перекрывая шум непрекращающегося ветра, раздался звонкий женский голос:
– Ты всё же приехал... Я знала!
Жар посмотрел вперед.
До тсарицы-видуньи было достаточно далеко, и видеть её глаза и выражения лица он не мог, но готов был поклясться, что она рада... Вот просто рада – и всё.
Альк, шедший перед ним, остановился и слегка наклонил голову.
– Приветствую вас, ваше величество, – произнёс он, приложив левую руку к груди, – До меня дошли сведения о том, что вы желаете меня видеть. Я к вашим услугам, – он снова поклонился.
И тогда она подошла ближе, встала напротив белокосого.
Виттора была до жути похожа на Рыску. У неё были такие же жёлто-зелёные, светлые глаза, черные волосы, распущенные и трепещущие на ледяном ветру, неулыбчивое лицо. Тсарица-видунья была такого же роста и сложения, стройная и гибкая. Облачена она была в чёрное с золотом длинное одеяние. Зимнее солнце ледяными бликами сияло на гранях драгоценных камней в её короне.
Одной рукой Виттора придержалась за дерево, вросшую в скалистый склон сине-зелёную ель. За другую руку тсарицы-видуньи держался испуганный подросток лет двенадцати: худенький, желтоглазый, со светлыми волосами до плеч... Не нужно было быть видуном, чтобы понять, кто подарил Витторе этого ребёнка.
– Здравствуй, Альк Хаскиль, – с улыбкой произнесла Виттора, и Жар увидел, что ещё роднит эту женщину с той: сияющие от счастья глаза, – Да, я тебя ждала, – подтвердила она.
Она тоже была влюблена... Наверное, подумал Альк, именно поэтому она отпустила его тогда, в Зайцеграде.
Но ведь этого не могло быть! Такие, как Виттора, любить не способны...
И в следующий момент он получил подтверждение.Черноволосая, светлоглазая, так похожая на Рыску, тсарица-видунья рассмеялась – холодным, злым смехом.
– Ты в самом деле хотел меня провести? – с лёгким разочарованием спросила она, – Я была о тебе лучшего мнения, – она хохотнула еще раз, – Забыла представить: это Делл, твой сын. Можешь познакомиться, – Виттора подтолкнула мальчика вперёд, но тот лишь дёрнулся с недовольным видом.
– Он не может быть моим сыном, – возразил Альк. Как же тяжело ему было: чуять по голосу и поведению человека, что что-то упустил, а точно не знать.
– Не придуривайся, эту загадку ты разгадал, – снисходительно улыбнулась она, – Как и все остальные, верно?.. И всё же мне есть, чем удивить тебя, – она сделала паузу, – Твой старый учитель о многом мог бы тебе поведать, если бы ты смотрел в оба и не упустил его из виду, – медовым голосом продолжала она, – Однако, ты и сам не промах: многое понял без подсказки... И всё же кое о чем никто из вас не догадался!
– Ты о чём? – нахмурился Альк, на миг выдав свое напряжение.
У Витторы вновь сверкнули глаза, на этот раз – победно.
От услышанного далее Жара прошиб холодный пот.
– Дело в том, Альк, что у меня дар редкой силы. Он не был таким, но стал, – призналась она, – Я долго жила здесь, Длань Сашия приняла меня. Как примет и тебя, если останешься здесь, со мной.
Альк продолжал молча смотреть на Виттору.
– У меня есть дар и здесь. Так что, смирись, ты попался, –
с невероятной радостью заключила она, – Теперь ты мой. И всё, между чем ты можешь выбирать – это остаться здесь, со мной, добровольно или принудительно.Альк усмехнулся.
– По-твоему, я похож на сумасшедшего? – спросил он. Поняв, что Виттора обо всём знает, и ему больше нет нужды никого из себя изображать, он согнал с лица улыбку и нахмурился. Неожиданно для себя, увидев хмурое лицо Алька, Жар порадовался. Всё же, так привычнее. И сомнений больше нет.
– Пока нет, – спокойно согласилась самопровозглашенная тсарица, – но через пару недель в моей темнице тебе, я уверена, придётся нелегко. Примерно, вот так, – она снова улыбнулась и посмотрела Альку в глаза – и тот непроизвольно схватился за виски, ощутив резкую боль. Однако она пока лишь этим и ограничилась, – Помнишь, как хорошо быть крысой? – издевательски спросила она, – А когда станет совсем плохо, единственной, кто сможет тебе помочь, буду я. Так что, предлагаю внять голосу разума, покуда таковой имеется... Ну ты же умный человек, Альк! Зачем испытывать судьбу? Зачем снова проходить этот путь? Просто будь со мной, и я сделаю всё, чтобы твоя жизнь была такой, как ты хочешь. Или темница тебе больше нравится?
– Ты для начала меня туда посади, – с вызовом произнёс Альк.
Виттора подкатила глаза.
– Признаться, я и не расчитывала на скорый результат, – пожала она плечами, – Но я ведь могу не только угрожать. Я могу дать тебе такое, о чём ты и в своём замке не мечтал... Хотя, наверное, мечтал, – она опять приторно улыбнулась, – Ты ведь очень любишь добиваться невероятных целей и не мечтать не можешь... А я могу дать тебе ВСЁ! Савринтарское тсарствие – это только начало. А там... Да мало ли на земле интересного? И всё это будет... наше, – пообещала Виттора всё тем же сладким голосом.
– Помнится, я уже как-то слышал нечто подобное, – кивнул Альк, – Не заитересовало.
– И почему? – иронично спросила тсарица.
– Цена была непомерной.
Виттора улыбнулась.
– Вот видишь: снова всё сходится, – сказала она, – А я прошу просто быть со мной – и всё...
– Почему ты вдруг решила, что я соглашусь? – устав это слушать, перебил Виттору Альк.
– Потому, что ты, как я уже говорила, очень умный человек, – серьёзно сказала она, – И ещё потому, что это не последний мой аргумент. – Она вдруг слегка нахмурилась, на мгновенье обернулась, посмотрела назад через правое плечо – словно ей что-то показалось, словно что-то заметила, при этом понимая, что это совершенно нелогично и невозможно.
– Да-а? – издевательски поднял бровь Альк, – И какие же аргументы есть у тебя ещё?
– Ну, к примеру, вот такой, – молниеносно выхватив меч, она... нет, не метнула его в саврянина или в его друга... И не велела своей страже сию же щепку хватать незванных гостей, нет... Виттора сделала то, чего путник, повидавший за годы своих странствий много ужасного и непртятного, всё же не ожидал: она приставила клинок к горлу ребёнка и, холодно улыбнувшись, произнесла, – Ну, как?
Однако, удивиться он не успел. Почти.
И когда все присутствующие на скалистом, овеваемом ледяными ветрами, берегу, включая прислужников и приспешников тсарицы-видуньи, опешили от увиденного, Альк один сохранил самообладание.
А потом и вовсе улыбнулся, глядя мимо Витторы...
...Издавна корабли Иргемаджина — самые быстроходные и независимые от ветров. А в лагерь сторонников тсарицы-видуньи новые силы прибывают отовсюду, ежедневно, и никто бы не удивился ещё одному кораблю – а так оно и произошло: успели и добраться на день раньше, и переночевать на острове, и занять наиболее удобную позицию.