Сорок бочек
Шрифт:
– Вобщем… - Тема задумался на секунду.
– У нас тут небольшая проблема. Мы тут хотели спросить…
– Вы не могли бы сказать, как пройти в библиотеку?
– решительно и без обиняков спросил Алекс.
Тема, рефлекторно дернув рукой, с удивлением посмотрел на друга.
Тот развел руками.
– Не понимает он!
– сказал кто-то весело.
Тема и Алекс обернулись на голос. В полумраке помещения на связке шкур сидел парень в потертых джинсах и вязаном сером свитере по горло. Он широко улыбался.
– Не понимает он!
– повторил парень.
– Он и на своем-то языке
– Ага.
– пробормотал Алекс.
– Не понимает…
– Нет.
– весело подтвердил парень.
– Вы что, бибилиотеку ищете?
– Э-э, да.
– неуверенно подтвердил Тема.
Парень улыбнулся еще шире и радостно сообщил:
– Нет сегодня здесь никаких библиотек!
Друзья переглянулись, а парень на каком-то лающем языке произнес длинную фразу, обращаясь к старику. Тот прервал свой вой и открыл глаза, повернув ухо в сторону парня. Глаза его были белесые, совсем выцветшие, невидящие. Он тонким голосом что пролаял в ответ и снова закрыл глаза.
– Шаман говорит, двое ищут третьего, а третий ищет самого себя.
Все трое не освободятся, пока трое не увидят четвертого.
– парень засмеялся и укоризненно посмотрел на старика, покачав головой.
Старик склонил голову и тихонько завыл. Тема и Алекс переглянулись.
– А что это значит?
– спросил Тема.
Алекс снова ткнул его в бок и сказал громко:
– Все понятно! Спасибо огромное! Мы пойдем, наверное?
– он потянул Тему за рукав к выходу из помещения.
Парень, с интересом наблюдая за друзьями, опять улыбнулся. Он сунул руку под груду шкур где-то позади себя и, достав оттуда небольшой сверток из газетной бумаги, бросил его навесом через все помещение. Алекс рефлекторно выхватил сверток из воздуха.
– Удачи вам!
– пожелал парень и, хмыкнув, добавил.
– Хорошей охоты!
Тема, пятясь за Алексом, кивнул на прощанье, и друзья вывалились из помещения в коридор. Снова стало тепло, запахло центральным отоплением и сигарным дымом. Они двинулись из тупика поспешным шагом. Замелькали тусклые газовые лампы и дверные проемы. Тема, прижав бочку к груди, сказал, замедляя шаг:
– Что же мы бежим-то?
– Да-да, - сказал запыхавшийся Алекс.
– Давай, помедленее.
Они зашагали размеренно по коридору, стараясь не смотреть друг на друга, словно бы чего-то смущаясь.
– Странный старик.
– произнес, наконец Алекс.
– Да, - подтвердил Тема.
– Странный. А что в свертке-то?
Алекс с удивлением воззрился на сверток, который он все это время сжимал в руке.
– Не знаю, надо посмотреть.
– Он завозился, разворачивая газетную бумагу, и озадаченно произнес.
– Надо же! Серега нам китовый ус подарил.
Двадцать вторая бочка
Тема прилаживал ножки к свежей бочке пива, Алекс крутил в руках краник, высушивая его салфеткой. Наконец, бочка была открыта, и друзья смогли удовлетворенно хлебнуть из высоких бокалов с пенящимся напитком.
Пугач стоял у окна и разглядывал, как луна борется с облаками, стремительно обтекающими ее ярко-желтые бока. Они хотели поглотить ее свет, залить туманом, а она раздигала их невидимыми руками, чтобы
вылить свой скупой свет на дощатый пол комнаты. Лена сидела в массивном кожаном кресле, положив руки на подлокотники, и рассматривала тень Пугача, протянувшуюся от окна до самой двери.– Твоя тень абсолютно не похожа на тебя, - сказала она.
–
Бесконечные ноги, никакой головы. И твои руки… Интересно. Тень твоя, а не имеет ничего общего с тобой.
– Это в порядке вещей, - улыбнувшись, сказал Пугач.
– Ведь ты тоже моя. Но ты совершенно не похожа на меня.
– Я - это другое. К тому же ты - мой, а на меня не похож.
Сущность любви в дополнении друг друга. Ты дополняешь меня также, как я дополняю тебя. Тень не дополняет тебя, она - это ты, но под светом луны.
– То, что ты видишь во мне, - сказал Пугач, - это я под твоим светом.
– Разве ты другой? Не тот, каким мне кажешься?
– Я трехлик. И тот, которым являюсь перед тобой, и тот, каким кажусь под светом луны, и третий - невидимый никем.
– Ты дополняешь меня.
– упрямо повторила Лена.
– Это самое главное.
– Самое главное - это наша любовь.
– возразил Пугач.
– Может случиться так, что я не дополняю тебя в чем-то, но любовь перевешивает любое несовпадение.
– Чем же ты можешь меня не дополнять?
– улыбнулась Лена.
– Ты любишь порядок, а я разбрасываю вещи по дому. Мне нравится находить что-то привычное в необычных местах. Мир слишком логичен и упорядочен, хочется создать маленький кусочек хаоса. Хаос красив, и это так приятно - описывать красоту хаоса.
– Что же красивого в разбросанных вещах?
– удивилась Лена.
–
Неужели ты не сможешь отказаться от этого ради меня?
– Зачем отказываться?
– рассмеялся Пугач.
– Я научу тебя видеть красоту хаоса.
– Неужели хаос тебе дороже, чем я?
– Почему мне нужно выбирать?
– Упорядоченность, порядок - это часть меня. Если ты привнесешь хаос, то ты отвергнешь часть меня.
– Но главное - это же любовь?
– воскликнул Пугач.
– Да, главное - это любовь.
– согласилась Лена.
Тема допил бокал и протянул его Алексу за добавкой.
– Что будем делать с китовым усом?
– вопросил тот, принимая бокал.
– Как - что делать?
– изумился Тема.
– Делать ловушку на крысу!
– Хорошо. Технология изготовления ловушки такова: скручиваем ус в маленькую пружинку, закрепляем ее замерзшим тюленьим жиром и выкладываем на пути сезонной миграции крысы.
– У нас есть замерзший тюлений жир?
– усомнился Тема.
– Давай, проверим запасы.
– предложил Алекс.
Друзья поспешили на кухню. Тема открыл морозильную камеру. Алекс придирчиво осмотрел полупустое пространство.
– Почему ты не выбрасываешь старые продукты?
– строго спросил он.
– Если бы я выбрасывал старые продукты, шансы найти в холодильнике жир, тюлений или не тюлений, свелись бы к нулю.
Абсолютному нулю, что еще меньше, чем просто ноль.
– строго ответствовал Тема.
– Признаться, я жир в последние лет десять не покупал. Но возможно, что добрейший Владлен Иосифович создал некий запас.