Чтение онлайн

–  Я люблю тебя.

–  Я люблю тебя.

Тема отобрал у Алекса пустой бокал и наполнил его, вслед за этим взялся наполнять и свой.

–  Думаешь, он на такое способен?
– произнес Алекс, потирая ладонью небритый подбородок.

–  Ой, дружище, он еще не на такое способен.
– сказал Тема. Он помолчал и добавил.
– А видел бы, как он их рисует,

Алекс отхлебнул из бокала и осторожно проговорил:

–  Нет, не видел.

Тема поднялся, держа в руке бокал,

–  Предлагаю закупиться съестным. Мы ж

теперь богаты, как крезы, а быть голодным и при этом богатым… Есть в этом некий оксюморон.

Залпом осушив бокалы, друзья засобирались в путь.

Сухой, подогретый скупым октябрьским солнцем воздух наполнил легкие и прочистил затуманенные пивом мозги. Тема и Алекс крутили головами, рассматривая дозревавший минский день. Суета пешеходов, шум машин диссонировали с ощущениями недавно проснувшихся друзей.

–  Похоже, часов пять.
– Предположил Алекс и, подумав, добавил.
–

Судя по пешеходопотоку.

–  Нда.
– Согласился Тема.

–  А ты не в курсе, какой нынче день недели?

–  Точно не знаю, признался Тема.
– По-моему, среда или воскресенье.

–  Если воскресенье, почему они все с работы идут?

–  Значит, среда.
– решил Тема.

–  С другой стороны, откуда мы знаем, что они идут с работы?
– засомневался Алекс.

–  Тогда воскресенье.
– сурово определил Тема и осуждающе посмотрел на Алекса.

Алекс пожал плечами и принялся подстраиваться под широкие шаги друга. Они остановились перед магазином "Семела", на двери которого висело объявление, выведенное размашистым почерком "закрыто вторник переучет". Алекс подергал ручку закрытой двери.

–  Странно. Переучет во вторник, а закрыто в среду.

–  Пути господни неисповедимы, - констатировал Тема и двинулся дальше по проспекту, увлекая за собой Алекса.

Двери продуктового магазина "Домовой" были приветливо распахнуты.

Переглянувшись, друзья шагнули в магазин, предвкушая обильные закупки. Тема катил перед собой коляску, а Алекс закидывал в нее пачки с пельменями "Дарья", рыбные консервы, сливочное и растительное масло, сыр, пару банок с красной икрой, хлеб и пряники.

Рассчитываясь на кассе, друзья улыбались знакомым продавщицам и сыпали оригинальными сентенциями, развлекая очередь. Через десять минут, вернувшись домой, Алекс передавал пакеты с продуктами Теме, который раскладывал их аккуратно по полочкам в холодильнике. Поймав брошенную Алексом банку с икрой, Тема посмотрел на ценник, приклеенный к крышке, и присвистнул.

–  Я понимаю оригинальность и утонченность вкуса, но тебе не кажется, что покупка икры с точки зрения ограниченности запасов не совсем рациональна?

–  Это мне говорит человек, купивший эту самую икру!
– возмутился

Алекс.
– Я сам полагаю, что покупка икры - это расточительство в нашей ситуации. Однако, пошел тебе навстречу, отвечая твоим желаниям!

Тема озадаченно посмотрел на Алекса.

–  Если ни ты, ни я ее не покупали, то как она оказалась среди покупок?

–  Наверное, Пугач купил.
– предположил Алекс.
– Он

вообще какой-то странный в последнее время.

Тема энергично закивал, соглашаясь.

–  Транжира-Пугач!
– осуждающе заключил он.

Разогревая масло на сковородке, подвязанный по пояс кухонным полотенцем Тема рассуждал голосом Дроздова.

–  Пугачи, как правило, слетаются на запах пищи. Особенно привлекателен для этих маленьких зверьков запах свежепожаренных пельменей. Готов поспорить на десять пельменей, что уже вскоре они прилетят, оторвавшись от самки, к источнику пищи, выманивая из рук ученых-зоологов самые вкусные кусочки.

Алекс наполнял бокалы пивом из принесенной на кухню бочки и, подхихикивая, продолжал в тон.

–  Однако, ты должен добавить, дорогой друг, что, несмотря на большую любовь к пельменям, ни один пугач не набросится на них сразу. Он будет долго принюхиваться и крутить мордочкой. Эти милые зверьки получают особое наслаждение, когда натуралисты упрашивают и уговаривают их взять лакомство в передние лапки.

–  Поедание пельменя стремительно и быстротечно.
– добавил Тема.
–

Удовлетворив голод, пугачи убегают в свои норки, забавно приволакивая задние лапки, заплетающиеся из-за торчащего брюшка.

Друзья весело заржали, живо представляя себе эту картинку, и чокнулись наполненными бокалами. Тарелки с пельменями и бутербродами были доставлены в гостиную. Развалившись с бокалами и вилками с насаженными на них пельменями в креслах, друзья трапезничали, поглядывая то на пустое пугачево кресло, то на дверь. Хруст пельменей перемежался с бульканьем пива. Тарелка пустела, и темнела комната, погружаясь в вечерние сумерки. На тарелке остался последний пельмень, Алекс посмотрел на него осуждающе и забрал у Темы пустой бокал, чтобы вновь наполнить его пивом из бочки.

–  Чертово воспитание, - прокомментировал он.
– Вечно последний кусочек остается. Куда бы его пристроить?

–  Можно в очередную крысиную ловушку.
– предложил Тема.
– Но я не в состоянии изобретать с полным желудком. Может, покопаешься в глубине твоей энциклопедической памяти на предмет новых охотничьих технологий?

–  Я бы с удовольствием, - отвечал Алекс.
– Однако, обстоятельства непреодолимой силы мешают мне задействовать свои мыслительные способности по причине их дезориентации. Необходим толчок, причина для следствия, ключ к кладези знаний…

–  Сигару?
– прервал его Тема.

–  А говоришь, изобретать не в состоянии!
– широко улыбнулся Алекс.

Друзья раскурили сигары и, окутавшись дымом, приступили к разработке очередной крысиной ловушки.

–  Самыми страшными хищниками крайнего Севера являются…

–  Люди?
– перебил Тема.

–  Да, в каком-то смысле, - согласился Алекс.
– Алеуты. Титульный этнос Алеутских островов, названных так в честь верховного божества

–  большой рыбы Кътназы.

–  Хм!
– поразился Тема, шевеля губами, очевидно пытаясь найти общую этимологию, но Алекс прервал его попытки поднятой ладонью и решительно продолжил.