Чтение онлайн

Он делает вид, что не слышит.

— Уйдешь — и не найдешь мисс Джеймисон и Кэденс.

Колесики, которые до этого скрипели, замирают.

А потом я слышу «пфт» — это Финн выдергивает иглу из вены, и пластиковая трубка падает на пол. За три быстрых вдоха мой стул разворачивается, и двухметровый кошмар в образе парня нависает надо мной, ноздри раздуваются, как у быка.

Пряди черных как смоль волос падают на пылающие ониксовые глаза, грудь тяжело вздымается. Он выглядит восхитительно обезумевшим.

И я не могу сказать, что это не

заставляет меня немного нервничать.

— Что ты сказала? — Финн не кричит. Его голос, как и инструмент, на котором он играет, низкий и вибрирующий.

Часы пищат.

Я игнорирую их и сохраняю ровный тон.

— Зейн… выложил видео с просьбой к фанатам о помощи. С тех пор я работаю над алгоритмом, чтобы найти их.

Стул скрипит, когда он отталкивает его ещё дальше. Мои ноги отрываются от пола, и одна больничная тапочка слетает, оголяя пальцы.

— Ты программист? — цедит Финн сквозь зубы.

— Балуюсь.

Самое преуменьшение года.

Он фыркает от неверия.

— Это преступление? — дразню я.

Он смотрит на меня с ненавистью, его взгляд раз за разом вонзается в меня. Если бы у Финна Кросса внезапно выросли клыки, я бы ни капли не удивилась.

Мои часы издают предупреждающий сигнал. Мне не нужно смотреть вниз, чтобы понять: желтый цвет захватывает циферблат.

— Отпусти меня, и я покажу, на что способна, — шепчу я.

На секунду Финн замирает, и я гадаю, не швырнет ли он меня вместе со стулом в стену. Желваки на его лице ходят ходуном, словно пришельцы, пытающиеся вырваться из яиц.

Я думала, он — тихий и сдержанный.

Я ошиблась.

Он просто тот, кто лучше всех прячет своего монстра.

— Я сказала, отпусти меня, — повторяю я отчетливее.

Его пальцы на спинке стула сжимаются сильнее, и я отклоняюсь ещё дальше.

Я, конечно, блондинка, но не из тех стереотипных «глупых блондинок» из ужастиков. Я уж точно не стояла бы истуканом, пока призраки вылезают из экранов телевизоров.

Я резко бью локтем прямо в бинты на его ребрах. Он кряхтит и отпускает стул. Гравитация затягивает меня вниз, как торнадо. Я судорожно хватаюсь за стол, чтобы восстановить равновесие, чудом избегая падения на пол.

Финн смотрит на меня, прижимая руку к животу.

Я отвечаю ему таким же грязным взглядом.

— Давай хотя бы притворимся цивилизованными, м? — я поправляю волосы, пододвигаю стул ближе к компьютеру и открываю терминал.

Финн нависает над моим плечом, наблюдая за каждым движением. Мои пальцы медленно стучат по клавиатуре. В любой другой день я бы печатала так, будто больница горит, но сейчас я болезненно осознаю, как дракон дышит мне в затылок. Я по ошибке ввожу не ту последовательность, и всплывает сообщение об ошибке.

— Ты уверена, что знаешь, что делаешь? — рычит Финн.

— Если бы ты дал мне немного пространства, я бы смогла сосредоточиться, — огрызаюсь я.

Финн медленно выпрямляется.

— Молись Богу, чтобы ты не водила за нос меня и мою семью.

Это ровно то, чем я занимаюсь.

— Или что? Ты меня убьешь?

Он смотрит на меня пустым взглядом, и мои часы вспыхивают желтым, когда пульс подскакивает.

Что-то

подсказывает мне: ответ на этот вопрос я знать не хочу.

ФИНН

Я не могу понять, Джинкс она или нет. Но точно знаю: она не похожа ни на одну фанатку, которую я когда-либо встречал.

Она смотрит на меня так, будто моё присутствие её раздражает.

Тем не менее, она поцеловала меня — крепко и уверенно.

Она переключается между мягкими словами и саркастическими колкостями.

И она ни секунды не сомневалась, когда всадила локоть прямо в мои ушибленные ребра.

Её поведение — за гранью эксцентричности. Она неуравновешенная. Вызывает подозрения. И я не доверяю ей ни на грош.

Не то чтобы я собирался её куда-то швырять. Кто знает, назовет ли она это «грубым обращением» и отомстит тем, что перережет мне вены? Или снова попытается поцеловать? Невозможно предугадать, что взбредет в её сумасшедшую голову в следующий раз.

Джей надевает на пальцы специальные защитные накладки. Программисты часто рано страдают от туннельного синдрома, так что крошечные компрессионные бандажи помогают облегчить боль в кистях.

Теперь, когда я дал ей пространство, Джей расслабилась. Её плечи ссутулились над клавиатурой, а глаза сфокусировались на экране. Она сосредоточенно прикусывает нижнюю губу.

Я удивленно поднимаю брови:

— Ты занимаешься криптографической математикой?

Её волосы качаются на спине, когда она кивает.

— Похитители прислали зашифрованный запрос на выкуп? Покажи.

Если всё так просто, если дело только в деньгах, то у этой истории может быть счастливый конец. Мы с Датчем и Зейном опустошим наши банковские счета, чтобы вернуть девочек в безопасности.

— Нет, я решаю это не для того, чтобы найти их. Просто чтобы не терять сноровку.

Моё изумление сменяется пренебрежением. Она издевается надо мной.

— Рас-слабься, — Джей нажимает несколько клавиш, и второй монитор заполняется новой строкой терминала. Она делает эффектный жест в сторону экрана: — Кое-что загружается.

Я поражен элегантностью её кода:

— Ты взломала их—

— Нет, — она поднимает руку. — Не это. Я не сидела три дня, пытаясь подобрать пароль к серверу брутфорсом. Я не переписывала алгоритм. Это было бы пафосно и глупо, — она морщит нос. — Я не люблю выпендриваться. Я терпелива.

— Что. Ты. Сделала? — рычу я.

Она бросает на меня взгляд, полный осуждения, но объясняет:

— Зашифрованные программы защищают то, что они знают. Но люди всё равно принимают решения вне программы — кто что помечает, кто что синхронизирует, кто использует старый логин, потому что это просто. Эти выборы оставляют отпечатки пальцев. Крошечные, банальные вещи, которые не должны ничего значить, в сумме складываются в картину. Я потянула за эти ниточки.

Я тут же понимаю, о чем она: