Скрытая Нота

ФИНН

Я всматриваюсь в экран компьютера, прищурившись от усталости.

— 60% загрузки.

Полоска заполнена чуть больше, чем наполовину.

Я разминаю пальцы, морщась от боли в суставах. Забыл, насколько утомительным может быть кодинг. Особенно со старыми системами.

Телефон звонит.

Вместо того чтобы ответить, я тру лицо ладонью.

Глаза словно наждачной бумагой натерли.

Я моргаю еще несколько раз, пока зрение не проясняется.

Звонит

мой брат Датч.

Я резко вдыхаю, борясь с непривычным ощущением в груди. Оно неприятное, колкое, режущее. Нечто похожее я чувствовал в прошлом году, когда Сол вылетел из школы из-за нас.

Что это за мерзкое чувство?

Эмоции — не моя сильная сторона, и я не знаю, как точно описать это состояние. Оно… густое и тягучее. Скользкое. Каждый раз, когда я пытаюсь его стряхнуть, оно вцепляется еще сильнее.

Противно.

Тогда я тоже ненавидел это чувство.

— 70% загрузки.

Я беру трубку.

— Есть… — горло перехватывает спазм. Я не пил воды и не ел ни крошки с тех пор, как спустился сюда. — Есть новости?

— Мы просмотрели каждую секунду записи.

Я сажусь чуть ровнее, и старый побитый пластиковый стул скрипит.

— Уже?

Это были часы записей. Я вытянул всё, что мог, с серверов. Систему безопасности торгового центра оказалось легко взломать. Современные технологии слишком доверчивы. Как только ты попадаешь в облако, кража информации становится делом простым, как сорвать цветок со стебля.

— Ты спал? — спрашиваю я. Вопрос бессмысленный. Жену моего брата похитили прошлой ночью. Они физически не могли поспать.

— А ты? — парирует Датч.

Мы оба знаем ответ и на этот вопрос.

— Есть хоть какие-то зацепки? Может, чье-то лицо отразилось в зеркале, это помогло бы нам понять, кто их забрал.

— Мы видели Грей и Кейд… — Датч запинается, произнося имя своей жены. — Мы видели, как они заходили в торговый центр. Они были в магазине детских товаров… — Он снова замолкает, и его дыхание сбивается. — Они взяли те комбинезоны на входе. Кейди улыбалась — черт. — Датч делает паузу. Выдыхает. Ему тяжело произнести: — Мы не видели, как они вышли.

— А что насчет серого фургона, в который их затащили?

— Никаких следов нигде.

— А полиция?

— Почти никакой помощи, — ворчит Датч.

— Ты сказал им…

— Что мы подозреваем причастность якудза?

Я тяжело сглатываю.

— Мы рассказали копам всё, что могли. Показали запись, которую прислал Джинкс. Они пробили номера. Ничего. Очередной тупик.

Это не то, что я хотел услышать сейчас.

— Думаешь, ты можешь удаленно включить их трекеры? — умоляет Датч. Первый раз слышу, как он о чем-то просит.

— Я пытался. Их телефоны отключены. — Я качаю головой. — Да и тот, кто их забрал, мог выбросить телефоны где угодно.

— Надо было вживить ей этот трекер под кожу, как я и хотел, — шепчет Датч.

Его голос звучит так сломленно.

Что-то острое колет под ребрами.

Я пока не знаю, что это, но ненавижу это чувство.

— Как Зейн? — спрашиваю я, готовясь к худшему.

Датч

медлит. Они с Зейном близнецы. Они выглядят одинаково, но при этом они полные противоположности. Зейн — душа компании, вечно улыбается и дурачится. Датч — серьезный и напряженный.

Трагедия ударила по ним одинаково: Датч потерял Кэденс — весь свой мир, а Зейн потерял Грей — единственную, кто удерживал его от нажатия кнопки «самоуничтожение».

Если из-за этого с моим братом что-то случится…

Невидимая петля затягивается на моей шее.

— Зейн… — Датч подбирает слова. Это не к добру. — Зейн будет в порядке, когда мы их найдем.

Когда. Не «если».

Я разделяю этот оптимизм. Но верить становится трудно, когда прошли уже сутки. По словам следователей, время — ключевой фактор. Самые горячие следы — в первые два дня.

Сорок восемь часов.

Если мы вскоре не получим реальную зацепку, шансы найти моих невесток живыми начнут резко падать. Очень резко.

— Ты там как?

— В порядке.

— Тебе стоило позволить нам поехать с тобой.

— Вас бы пристрелили на подходе к зданию. — Я смотрю на пучок проводов, который подключил к электрощиту. — Это то, что я должен сделать в одиночку.

— Финн…

— Датч, — перебиваю я, пока он не завел свою обычную шарманку о том, что мне не стоит себя винить. — Чем больше я думаю об этом, тем больше уверен, что замешан Куросаки.

Датч звучит изможденно:

— Я думал так же, когда девушки только пропали, но я обдумывал это, и здесь нет логики. Японская мафия слишком могущественна. Им не нужно никого похищать, чтобы получить от нас то, что они хотят.

— Я знаю, что это он, — мрачно говорю я.

— Тогда почему они до сих пор не начали с нами торговаться?

— Может, Куросаки просто ждет, когда мы сломаемся, прежде чем выставить свои требования.

— Тогда пусть ломает, — выпаливает Датч. — Зейн и я сделаем что угодно — отдадим что угодно…

Его голос снова дрожит.

Мой брат теряет рассудок, и это больно слышать.

Я говорю твердо:

— Я добуду ответы. Клянусь.

— Как ты собираешься это сделать?

— Не беспокойся об этом.

Компьютер издает звуковой сигнал.

100%.

Обновление завершено.

— Финн, — произносит Датч.

Я замираю.

— Ты позвонишь, и мы приедем. Скажешь слово, и мы будем драться. Мне плевать, кто твой настоящий отец. Плевать, кто и что говорит. Ты мой брат.

После его слов возникает еще одно чувство. Оно теплое. Оно расширяется внутри.

Но оно также отвлекает.

Я подавляю его.

— Постарайся поспать. И не подпускай Зейна к алкоголю.

Бесполезное предупреждение. Зейн живет в крайностях. Он либо примет очень умные решения в это критическое время, либо очень глупые.

Середины нет.

— Береги себя, — отвечает Датч.

Я ворчу в ответ что-то вроде «обещать не могу» и вешаю трубку.

Тишина комнаты наползает на меня, я выдергиваю провода из ноутбука, позволяя им повиснуть на панели управления.