Рождение
Шрифт:
– Кардаш сказал, что его воины закончат обучение только к концу весны. Недавно мы переформировали наши группы, и самых лучших перевели к Кардашу. Свою я, скорее всего, закончу обучать к началу весны.
– Боюсь, времени у нас немного. Как только пройдет слух о том, что здесь нашли серебро, нас могут попробовать на зуб.
– Ну, мы поможем им его потерять.
– Усмехнулся Элиус.
– Я хотел с тобой поговорить вот о чем. Ты виртуозно владеешь оружием. А такое возможно, если с детства твоей единственной игрушкой является клинок. Становишься в стойку, если где-то рядом творится магия, и сам ею владеешь. Я видел, как ты одного солдата лечил,
Элиус задумчиво переворачивал мясо и молчал, над чем-то раздумывая. Наконец, он пришел к какому-то выводу.
– Я паладин.
– У меня на родине паладинами называли воинов бога, его карающую длань.
– Нас с самого детства забирают в монастыри, где мы учимся держать оружие. Не все становятся воинами бога Хранителя, лишь один из нескольких сотен может пройти этот путь до конца. И только когда послушник готов он предстает перед богом. И только ОН принимает окончательное решение, достоин ли претендент стать паладином. Из удостоившихся чести служить ЕМУ я самый молодой за последние триста лет. Нас всего двенадцать братьев по крови и духу. Кардаш и Стурн тоже братья мои.
– Я так понимаю. Вы серьезный орден и пустяками не занимаетесь. И все ваши действия согласовываются с высшими иерархами церкви.
Элиус кивнул мне в ответ.
– Тогда получается, что я вам зачем-то нужен?
– Мастер, я многого не знаю. Мне выдали приказ сопровождать и помогать, Ваши действия идут в угоду господу нашему.
– Он что-то не договаривает, - прошелестело у меня в голове.
Термис замер рядом, в готовности напасть на Элиуса. Я погладил его вздыбленную шерсть.
– Спокойнее, Волчок.
– А можно, Элиус, поконкретнее? Я должен знать, что от меня надо церкви.
– Есть древнее пророчество, и оно касается юноши с пепельными волосами. Он должен помочь всем людям населяющим эту землю найти дорогу из тьмы.
– Но я обычный человек, и пророчество явно не про меня.
– Да уж, обычный. Даже прошедший полный курс обучения кандидат, не говоря уже о простых Мастерах меча - не противник паладину.
– Понятно, чем я так заинтересовал церковь. И куда ты с постоялого двора делся. Докладывать побежал...
– Я Вам сейчас помогаю, потому что вы мой друг и вам нужна моя помощь. И сейчас я делаю свои прямые обязанности - обучаю воинов, способных защитить людей и веру в бога Хранителя, - перебил меня Элиус.
– Ладно, оставим этот разговор. В принципе, наше сотрудничество взаимно выгодно.
Пока разговаривали, Элиус не забывал приглядывать за нашим ужином, и сейчас он мне подал один из прутов с исходящим ароматным паром нежным молодым мясом. Я достал из сумки небольшие хлебцы, флягу с легким вином и разложил на куске ткани. В процессе еды мне в голову пришла мысль, я её крутил и так и этак. Наконец, прожевав очередной кусок, спросил:
– А чем в монастырях монахи занимаются, помимо молитв богу?
– В нашем монастыре в основном обучают детишек, готовя из них воинов. А в других - молитвами, работами различными, помощью нуждающимся.
– А есть у вас монахи - ученые ? Ну, это которые делают всякие изобретения на благо людей?
– Есть, но таких не много.
– Да, было бы хорошо иметь такого человека рядом, - со вздохом сказал я.
– Есть у меня некоторые задумки, которые сможет помочь реализовать
– Объяснил я Элиусу.
– Ну, вообще-то ладно, сами решим свои проблемы.
Доели мы молча, каждый думал о своем. Потом легли спать, но все равно я не мог заснуть. Потихоньку пламя костра успокоило мои нервы, и я провалился в дрему.
Я летал, воздух упруго наполнял мои крылья, мне было хорошо. Веселый ветерок толкнул меня в бок. Я извернулся в воздухе и попытался дотянуться до негодника, но тот отскочил в сторону, со звуком похожим на звон колокольчиков. Внезапно, я почувствовал на себе взгляд и сразу почувствовал себя ребенком, которого мама взяла на колени. На меня накатила такая волна любви, и гордости. Я принялся в растерянности озираться, ища источник, но вокруг никого не было.
Когда надоело играть в воздухе с непослушным ветерком, я стал приземляться, присмотрев полянку, где можно попить воды и немного передохнуть. Только я наклонил голову к веселому ручейку, бегущему среди травы, как боковым зрением заметил движение на краю поляны. Повернув голову обнаружил, что это оказался маленький пушистый зверек смахивающий на зайца, только с короткими ушками. Он сидел и внимательно смотрел на меня маленькими масляно поблескивающими глазками.
Вдруг рядом ударил гром, от неожиданности я вздрогнул. Оглянулся вокруг и увидел, небо некогда голубое было затянуто зловещими тучами. Все ранее яркие краски померкли, и стали серыми. Ураганный ветер пригибал верхушки вековых деревьев почти к земле. Только вокруг меня был небольшой участок, не затронутый стихией.
Вдруг рядом ударила толстая молния, и попала прямо в дерево растущее недалеко. Оно раскололось как лучинка на части и сразу вспыхнуло жарким огнем.
Я испугался, а вокруг молнии били, почти не переставая.
– Мастер, проснитесь! Мастер Лей, проснитесь!
– пробился ко мне смутно знакомый голос.
Я вынырнул из сна и сначала не понял, где я нахожусь. Осторожно разжав пальцы, я увидел, что сжимал шкуру лежащего рядом термиса.
Подняв взгляд на склонившегося надо мной Элиуса, и увидел в его взгляде ужас и восхищение одновременно.
– Что случилось?
– Спросил я.
Он бросил нервный взгляд в сторону. Я посмотрел в туда же, и челюсть у меня просто отпала до пола. Пока я пытался осмыслить увиденное и справиться с изумлением, Элиус встал и подошел к стене. Достал кинжал и попытался ковырнуть её. Она вся стала из белого неизвестного мне материала, гладкая как стол, и по ней хаотично перемещались светящиеся руны.
– Что это?
– Я спросил у пытавшегося сделать хотя бы царапину Элиуса.
– Не знаю, - пожал он плечами.
Руны начали постепенно бледнеть, а потом и совсем исчезли. Я подошел к паладину и попробовал стену рукой. Она была теплой и очень гладкой.
– Как все случилось?
– потребовал я ответа у задумчиво смотрящего на меня Элиуса.
– Я проснулся оттого, что почувствовал опасность. Встал, осмотрелся, вроде все было спокойно. Проверив коней, я хотел вернуться обратно и как будто уперся в стену. Сначала сквозь неё было видно, что вы с тирмисом лежите, прижимаясь, друг к другу. Потом была яркая вспышка. Когда я проморгал глаза, невидимая стена исчезла. Подбежав к вам, я попытался вас разбудить, но получилось не сразу. А еще вы разговаривали с кем-то на непонятном мне языке. А потом я заметил, что что-то еще не так. Осмотрелся, и увидел стену с рунами.