Чтение онлайн

Мда, придется взять полусотню из тех, которые для армии предназначены. У «лошадники»! Могли бы продать лошадей чуть больше, им бы только нашу армию ослабить! «Конопасы», только и думают, как нагреться на простодушных раввенцах.

Да еще и им ставить в вину, что Раввена постоянно повышает пошлину за использование своих трактов. Эх, была бы его воля, он бы прижал этих немытых степняков к ногтю, миндальничает с ними Первый Слуга, мягок как то стал он в последнее время. Это все наверное, из-за недавно родившегося ребенка у актрисы Алины. Он внезапно испугался своих крамольных мыслей и огляделся по сторонам, не заметил

ли, кто ни будь, несвойственный ему бунтарский дух.

Он вернулся к раздумьям: еще и войсковое командование всех лошадей для себя расхватает. Для самой армии ничего не оставят.

Вот ведь ворье, теперь понятно, почему все вокруг вопят, что раввенская армия лишь сильна, когда надо тюфяки ворочать.

Нет, он самолично проследит, чтобы хотя бы сотня лошадей дошла на замену конского поголовья в одной из кавалерийских частей.

Да, офицеры нынче не чета прежним имперским. Вдруг война, кто же Родину-Мать защищать должен, он что — ли? Армия должна грудью воедино встретить недруга, а народ в тяжкую годину- должен поддержать армию. Слуги же, покуда будут принимать судьбоносные решения, призванные укрепить обороноспособность Раввены.

По-другому никак нельзя, а иначе как. На то они и поставлены, чтобы блюдить, блядить, э-э нет, блюсти, короче соблюдать интересы Раввены.

Только сейчас, увидев напряженные лица карарца Эда Гопкинса и Сая Альвера, он зачел за разумное поскорее вмешаться:

— Сай Альвер, умерьте свой пыл, это все-таки посол Герцогства Карар! Кстати, наш Совет поддержал и одобрил их в решении спорного вопроса прибрежных племен на самоуправление!

Виновато улыбнувшись, Сай счел здравым доводом извиниться, за свой необъяснимый порыв немотивированной вспыльчивости.

Между тем, взгляд заскучавшего было Тидера наткнулся на раввенца. Высокий и плечистый, с трехцветными нашивками Слуги Народа, он имел вид бывалого вояки, малость подрастерявшего свою физическую форму и навыки. Раскрасневшийся, от выпитого лузитанского крепкого, он, положив руки на широкий пояс с золотыми заклепками, с трудом стягивающий его мощное тело, стоял ровно, не качаясь, словно и не выпил целый кувшин вина.

Кажется, он едва слушал щебетание вцепившейся в него миловидной женщины, которая все время еле касалась его плеча, словно пытаясь вызвать к себе интерес.

Это ненавистное лицо, Тидеру часто виделось в его снах, где он сражался с убийцей своего командира-комеса Лезария.

Он сжал руки в кулаки, несколько раз вдохнул, пытаясь успокоиться. Взглянув правее, он едва заметным кивком подозвал Кейдана и прошептал ему:

— Отойду я, чото брюхо прихватило, наверное, съел что-то.

Кейдан как можно более незаметно, занял его место.

— Эй, засоня вставай, давай!!!

Сивак проснулся от толчка и увидел склонившегося над ним, дышащего чесночным духом прямо ему в лицо, владельца постоялого двора. Пожилой раввенец, не заметив, что постоялец проснулся, продолжал трясти его за плечо:

— Прибыла конка, сейчас лошадей заменят и они отправятся дальше, у них два места еще свободно!!! Вожатого я уже упредил, что есть один желающий подсесть!

Он живо поднялся, подошел к бадье с водой, стоящей у двери и плеснул в лицо водицы, чтобы прогнать сонливость. Освежившись, быстро схватил свой мешок, поблагодарил хозяина,

разбудившего его вовремя, и вышел во двор. Сивак немного растерянно огляделся по сторонам, выискивая отбывающую конку. Еще не рассвело, но масляные лампы, освещавшие двор, уже были погашены. Горизонт начал алеть зорькой, предвещая ясный и погожий день, открывая лучам восходящего Солнца пристанище на тракте.

Частокол из заостренных сверху бревен, ограждал постоялый двор «Утеха путника». Сторожевая вышка, для обозрения окружающей местности, возвышалась над ним. В ней сидел зевающий охранник, свесив и болтая ногами в воздухе, почесываясь под мышкой, ожидая сменщика.

Внутри частокола, помимо основной постройки, находился каменный подвал для хранения провизии, голубятня, курятник, свинарник, конюшня со сменными лошадьми, во дворе поилка. Вторая поилка располагалась на гораздо большей площадке за изгородью, вся утоптанная копытами туров, торговых караванов и конских табунов, перегоняемых степняками в Империю Кханд.

Впрочем, все постоялые дворы и заставы Синей Стражи, расположенные вдоль трактов Раввены были одинаковы, особых различий между ними на первый взгляд не было.

Сивак разглядел возле распахнутых ворот две конки. Конка, стоявшая поближе, как раз готовилась отправиться в путь. Вожатый, с помощью одного из охранников, заканчивал запрягать в нее две пары лошадей.

Владелец конки, по сложившейся негласной традиции, как и все вожатые многочисленных конок, колесящих по дорогам Раввены, был родом из Загорья.

Сама конка представляла собой удлиненную карету, предназначенную для дальней дороги. Большой и прочный короб корпуса, усиленные рессоры, колеса, обитые железными ободьями, иногда обливаемые застывающей смолой плакучего дерева.

Внутри, помимо сидений обитых мягкой тканью, с подложенными изнутри валиками, для большего удобства, были еще две вделанные полки сверху, где уставшим путникам была предоставлена возможность прилечь и поспать, если дорога была хорошей и тряска не сильно доставала.

Впрочем, такое спокойствие было показным и казалось тихим только на первый взгляд.

Везде по тракту были затаившиеся шайки варнаков, щипавшие торговые караваны, может статься и на конку решатся налететь.

Именно поэтому, позади конки была привешена, кажущаяся несуразной на первый взгляд, вместительная корзина. Поверх сплетенных ивовых прутьев, со всех сторон, она было прикрыта грубой ороговевшей кожей.

В нее, как раз влезал молодчик. Он привычно проверил клетку с воркующим голубем — мохначом и, достав плетеную флягу, хорошенько глотнул из нее. Поморщился и зыркнул на Сивака, пугая жутковатой синевой глаз. Эта жуткая особенность белков глаз выдавала в нем — «пожирателя спайса»- самоубийцы, приближающего окончание своего никчемного жизненного пути с каждым глотком этого жуткого пойла.

Спайс или ребулс, как его только не называют. От принятия дозы этого чудодейственного напитка, совершенно пропадал всякий страх и появлялся кураж и брызжущая энергией сила.

Находящийся в корзине, охранник был также ответственен за быстрый выпуск голубя. В случае нападения варнаков, он одним махом выбрасывал его вверх и тот, сделав стремительную свечку, резво мчался на заставу «синяков». Сбить его из лука конечно можно, но почти невозможно, голубя намеренно натаскивали на резкий взлет.