Путь познания
Шрифт:
– Так ты говорил об этом парне?
– спросила Калипсо.
Я кивнул:
– Знаешь его?
– Нам доводилось встречаться несколько раз, - неопределенно ответила она, умалчивая правду. Ну и ладно.
– Можешь сказать, где находится этот зал?
– Что? Ты собрался идти туда? Ты что идиот? Они хотят поймать тебя, а ты собираешься идти прямо им в руки только для того, чтобы спасти какую-то ведьму?
Она смотрела на меня как на душевнобольного.
– Да. Именно так.
– И что же ты собираешься противопоставить нескольким десяткам вооруженных великанов?
– Еще не знаю. Но я не могу оставить
– Совсем рехнулся. Она не нужна тебе, неужели ты не понимаешь...
– Не хочу я ничего понимать, - я решительно схватил со спинки свой плащ и надел его на ходу, направляясь к двери.
– Дэвид, - вскрикнула она, но я не желал ничего слышать.
Не нужно было отпускать ее. Не нужно было разлучаться. Этим уродам нужен я и только я, почему тогда она должна пострадать? Еще и этот ублюдок. Не зря он сразу не понравился мне. Тяжелая волна ненависти поднялась во мне, готовая затопить не только мое сознание. Она жаждала мести и крови. Пусть только один волос упадет с ее головы. Пусть они только пальцем ее тронут.
– Дэвид!
Калипсо, запыхавшись, подбежала ко мне и схватила меня за руку. Я с силой выдернул руку, не прекращая идти.
– Это безумие, Дэвид. Самоубийство.
– Отлично. Значит так и будет.
– Нет, пожалуйста. Я приложила к этому столько сил. Ты не можешь умереть вот так. Образумься.
– Я не брошу ее там.
– Неужели она значит для тебя так много? Что это, Дэвид, любовь всей твоей жизни?
– у нее был такой голос, словно она сейчас закричит, или заплачет.
– Любовь? Причем здесь любовь? Она моя напарница, я не могу бросить ее умирать из-за меня. Если ты не хочешь помочь мне, тогда и не мешай.
– Какой героизм: умереть ради своей напарницы. Подумай головой: это ловушка. Они ждут, когда ты придешь к ним вызволять ее. И будут готовы встретить тебя. Думаешь, ей поможет то, что вы умрете вместе?
– Предложи что-нибудь получше.
– Сколько у тебя осталось времени?
– 3 часа 22 минуты.
Она покачала головой:
– Это слишком мало.
– Тогда я иду туда прямо сейчас.
– Ох уж этот твой комплекс героя, - Калипсо закатила глаза, и мне в очередной раз показалось, что мы знакомы уже много лет.
– Ладно. Тогда я иду с тобой.
– Ты не должна жертвовать собой.
– И ты не должен. Хозяин приказал мне следить за тобой и не дать погибнуть. А теперь идем.
Она первой пошла по улице, не бежала, но шла достаточно быстро. Сердце оглушительно билось у меня в груди, грозясь разорваться в каждую секунду. У меня до сих пор в голове не укладывалось, что они схватили Ди. Я был настолько поглощен этим, что даже не подумал, что именно буду делать, когда мы придем туда.
К счастью, эта мысль пришла в голову Калипсо.
– Нам не победить их силой. Значит, слушай, план таков: пробраться внутрь, отвлечь их, освободить твою подружку и всем вместе выйти наружу. Отвлекать буду я, ты же отвечаешь за свою ведьму. Будем принимать решения по ситуации. В крайнем случае, воспользуешься своей силой, но только в самом-самом крайнем, слышишь меня?
– У меня нет таблеток.
– Таблеток?
– на мгновение она замедлила шаг и остановилась посреди улицы.
– На кой хрен тебе нужны эти таблетки? Создателю они ни к чему. Ты же не простой игрок. Ладно, - она
– С этим мы разберемся позже.
К дворцу старосты, или как там его зовут, пришлось идти почти полчаса. Я несколько раз переходил на бег, но это было глупо. Во-первых, я не знал, куда нужно идти, во-вторых, разумнее было поберечь силы. Калипсо двигалась быстро и совершенно бесшумно в отличие от меня, громко стучавшего по плитам.
– Здесь, - ведьма схватила меня за руку, приказывая остановиться.
Мы стояли на небольшой площади в самом центре города. По пути нам так и не встретился ни один великан. Этот чертов город что вымер? Или все собрались смотреть, как будут пытать Ди?
Здание, расположившееся перед нами, было поистине огромным. Больше всех домов, которые мне когда-либо удавалось увидеть. Оно было высоким и серым, как гранитная скала. Огромная каменная дверь и несколько узких окон сверху. Оно было неприступным, недосягаемым и ужасным. Не знаю, как это описать. Стоя здесь, я испытывал что-то такое, чему не мог найти объяснения. Все что я могу сказать - это очень плохое место, и чем быстрее мы уберемся отсюда, тем лучше. Даже стоять здесь уже было плохо. Я знал это. Не всегда стоит полагаться на разум, иногда мудрее довериться сердцу. Сейчас именно один из таких случаев.
– Просто так туда не проникнуть, - сказала Калипсо.
– Придется применить фокус.
– Какой такой фокус?
– Увидишь. Просто не отходи от меня и делай все, что я тебе скажу. И пусть я не пожалею о своей доброте, Дэвид Грей.
Она набросила на голову капюшон и соединила ладони, словно собиралась предаться молитве. Но звуки, вырвавшиеся с ее губ, вовсе не походили на молитву. Они были резкими и даже грубыми. В тот же миг татуировки на ее коже вспыхнули кроваво-красным. Она распахнула глаза, и я увидел, что ее зрачки тоже были красными.
– Возьми меня за руку и иди рядом. Не отставай, не произноси ни слова и ни за что не размыкай рук, - приказала она, протягивая мне руку.
Я взял ее. Ладонь у нее была ледяной на ощупь и очень сухой. Калипсо тут же сжала мою руку и пошла к дверям. Они сами по себе открылись перед нами и закрылись, как только я переступил порог.
Мы оказались в полутемном каменном зале, освещенном только несколькими свечами. Черными свечами. Почему-то из-за этого мне стало не по себе. Калипсо повела меня вниз по лестнице. На двадцатой, или уже на тридцатой ступеньке, она запуталась в полах своего плаща и едва не скатилась вниз по лестнице. Но я не разжал руку и успел поймать ее. Она ничего не сказала, продолжив идти, и я не разомкнул губ, помня о ее предупреждении. Отчего-то было важно соблюдать полную тишину, будто чары рассеяться, если я скажу хоть слово. Лучше лишний раз не рисковать.
Спустившись в самый низ, Калипсо резко повернула вправо, затем сжала мою руку, указала себе под ноги и поднесла палец к губам. Нужно идти как можно тише. Легко сказать. Но я действительно старался. Не знаю, почему я решился довериться ей, наверное, потому, что она уже дважды спасла мою жизнь, впрочем, я намеревался делать только то, что она скажет. Пока. А там посмотрим.
Вдалеке послышались слова, жутким эхом разносящиеся в этом каменном мешке. Стены причудливо коверкали слова, и до меня доносились только обрывки фраз.