Проклятый король
Шрифт:
– Вы в порядке?
Кто-то потянул Гальфа за мех. Он неуклюже повернулся. Да это же Пип! Смотрит на него, подняв кверху милое веснушчатое лицо. Такая родная и хорошенькая в своем наряде из синих и зеленых лоскутов – Гальф еле удержался, чтобы не заключить ее в объятия. Но приказ королевы был недвусмысленным.
– Да, – ответил он чужим грубым голосом, надеясь, что этим обманет давнего друга.
– Просто вы немного пошатнулись. Я думала, упадете в обморок. Бьюсь об заклад, вам там жарко.
– Да, – только и отважился сказать Гальф.
– Должно быть,
– Нет.
– Просто… я беспокоюсь о нем.
Даже через узкие прорези маски было видно, какой тоской наполнились глаза Пип. Гальфу хотелось сорвать костюм, рассказать ей, что с ним случилось, и обнадежить, что все будет в порядке.
Вместо этого он напомнил себе, что должен следовать плану – другого выбора нет. Вот когда короля Брутана свергнут и Нинус сядет на трон, они с Пип снова будут вместе. А пока надо запастись терпением.
Волынщики перестали играть. Грянули фанфары.
Слуги рассыпались по углам, и в переполненном зале воцарилась тишина. Все встали.
Вошел король Брутан.
Он был высоким и широкоплечим, крупным – под стать торжественному залу. Рядом с ним шла королева Магритт в малиновом одеянии. Заметил ли король, что перчаток на ней нет? Вряд ли, решил Гальф. Не похоже, чтобы Брутан обращал внимание на такие мелочи.
Королевская чета прошла между столов к помосту, на котором находились два трона; стол перед ними уже был полон еды. Брутан помог Магритт усесться на тот, что поменьше, затем устроился сам на троне Торонии, украшенном скульптурами орлов и львов. Как только он опустился на кроваво-красные подушки, по залу снова прокатился звук фанфар, и гости пиршества тоже уселись.
Король Брутан оторвал от жареной фазаньей тушки ногу и поднял ее над головой.
– Давайте есть! – прорычал он и рванул зубами изрядный кус.
– Наш выход, – сказала Пип. – Следуйте за мной и старайтесь не отставать!
Как только они подбежали к своим местам перед столом короля, на балконе, нависавшем над залом, появился небольшой оркестр менестрелей. Раздалась барабанная дробь, скрипач подхватил ритм, и внезапно все помещение заполнилось шумной музыкой. Брутан усмехнулся с набитым ртом, полным непрожеванного мяса, и принялся отстукивать такт по столу.
Пип пустилась в пляс, колокольчики на ее одежде весело позвякивали. Вокруг нее другие «Древопуты» занялись привычным делом, жонглируя и разыгрывая пантомиму. Растерявшись, Гальф несколько секунд просто тупо смотрел на них.
– Делайте же что-нибудь! – прошипела Пип, выделывая коленца.
Выйдя из задумчивости, Гальф развел руки и вприпрыжку пустился по залу. Гости зашумели – им явно нравилось, что существо из легенд ожило на их глазах. Оказавшись у королевского стола, он повел плечами так, что они выскочили из суставов. Сейчас он покажет какой-нибудь поразительный номер – из тех, что всегда заставляли публику ахать.
Нет. Он остановился. Ничто
не выдаст его так быстро, как один из его обычных трюков. Гальф завертелся волчком, позволив костям вернуться туда, где им и положено быть, и начал делать сальто назад. Тяжелый костюм мешал, но тело, легкое и жилистое, справлялось – сил хватало.– Быстрее! Быстрее! – заорал король, лупя кулаком по столу.
Гальф подчинился, истекая потом и выжимая из своих конечностей все, на что они были способны. Каждый раз, когда он становился на ноги, ему казалось, что еда едва не вываливается изо рта Брутана, а на плаще появляются все новые пятна от вина. Снующие вокруг слуги гнули спины ниже и ниже, от страха не смея поднять глаз.
«Держу пари, никто о нем не пожалеет, – подумал Гальф. – Для Торонии хуже не будет, если вместо него на трон сядет Нинус».
Продолжая развлекать зрителей, Гальф приметил высокую фигуру, занявшую позицию рядом с помостом, на котором стояли троны. Это был капитан Оссилиус, он пристально оглядывал зал острым взором. За ним по стойке смирно стояло целое войско легионеров в сверкающих бронзовых доспехах. В зал вошли другие солдаты, цепью растянувшись вдоль стен.
Один из легионеров был заметно ниже других. Его шлем почти целиком закрывал лицо – открытым оставался только бледный, лишенный растительности подбородок.
Нинус.
Вот-вот – и пора действовать.
Музыканты перешли на мощное крещендо. Гальф ускорил темп и вместо сальто принялся ходить колесом на одном месте. Красная шкура хлопала его по ногам, медные когти звенели, как мечи. Толпа улюлюкала и аплодировала.
С финальным грохотом барабанов музыка оборвалась. Под одобрительные возгласы «Древопуты» выстроились в ряд и поклонились королю. До Гальфа с трудом дошло, что их выступление подошло к концу. Все это время он словно находился в своем собственном мире.
В обеденном зале установилась тишина. Через прорези Гальф видел, что Оссилиус смотрит прямо на него. Медленно и едва уловимо капитан качнул головой.
После акробатических трюков сердце Гальфа так и колотилось. Теперь оно и вовсе зашлось в бешеной скачке. Пот хлынул по лицу, заливая глаза. Как в тумане, он ступил на помост.
Вот он, Брутан.
Его громкий смех, его отвратительное дыхание. Лицо короля казалось красным пятном.
Порывшись внутри костюма, Гальф вытащил медную корону. Он поднял руки в перчатках над головой, медленно чертя в воздухе круг. Гости аплодировали, король хохотал.
– Король Брутан! – воскликнул Гальф. Его больше не заботило, что кто-то может узнать его голос. – Мало быть королем Торонии.
Через пелену пота Гальф видел, как король сдвинул брови, нахмурился, и на его лице появилась жестокая гримаса.
– Что ты сказал? – злобно загрохотал Брутан.
– Я говорю, что вы король веселья! – прокричал Гальф, танцуя вокруг стола и приближаясь к трону. Сейчас корона висела прямо над головой короля.
Брутан посмотрел вверх. Зрение Гальфа наконец прояснилось, и их глаза встретились.