Предел бесконечности
Шрифт:
Два часа ночи. Лифт с громким шипением открылся, и Орион невольно оглянулся по сторонам. Тусклый свет и пустота. Тамара первой вбежала в кабину.
Внешний выход из здания базы охранялся с особой тщательностью. Доступ сюда имели всего несколько сотрудников, в их числе находился и Орион. Он настоятельно попросил девочку остаться в помещении, а сам уверенно чиркнул магнитным ключом и ввел код. Ворота медленно поползли в разные стороны...
Скрежет за стеной Глеб скорее почувствовал, чем услышал. Он целый час ломал голову, как вскрыть хитрый замок и не поднять всю базу по тревоге, и вдруг "сим-сим"
– Я знаю, что ты здесь, Глеб, - послышался приглушенный голос.
– Отзовись. Я один. Охраны нет.
Парень оказался в легком замешательстве: чего он никак не ждал от похитителя, так это искреннего шага навстречу.
– Глеб, со мной только Тамара, - продолжали из темноты.
Мысль о том, что девочку держат заложницей, вспыхнула и погасла перед внутренним знанием: она свободна и ждет его тут, возле ворот.
Тень отделилась от стены. Орион облегченно вздохнул.
– Где Анна?
– глухо спросил Глеб.
– В лаборатории. С ней все в порядке... Ты нужен нам, Глеб.
Орион опасался, что человек воспримет ситуацию как хитро расставленную ловушку, и поспешно продолжал.
– Я спрячу тебя на базе, никто не узнает, что ты здесь!
Ночь укрывала таинственного гостя, но Орион чувствовал, что его изучают.
Что мне еще ему сказать?
– в отчаянии подумал он.
– Какие слова нужны, чтобы рассеять подозрительность? Да кто вообще после всего происшедшего способен поверить на слово?
Глеб внимательно рассматривал собеседника. Перед ним был молодой человек с ярким "теплом" внутри. "Тепло" не просто лилось, оно пылало, взывало к встречному "теплу" и рвалось ввысь, как юный весенний цветок к солнцу.
– Не ищи слова, парень. Я смотрю в тебя. И я тебе верю.
Глеб неспеша зашел за порог. Ворота сию секунду замкнулись, свежий дух весенней ночи сгинул, придавленный пошленьким шелестом кондиционеров, и тьма стерла тени и силуэты. Но остался горячий радостный взгляд.
– Глебушка!
– Тамара кинулась в его объятия.
Глеб подхватил ее на руки. Ему показалось, что она неуловимо повзрослела. Кошачье зрение могло исказить облик, но в какой-то миг он понял, что смотрит сейчас не глазами, а тем огромным, что скрывалось внутри и пока не имело имени.
Он ничего не сказал, просто нежно обнял девочку и открылся для нее всем существом.
Орион как ни старался переключиться на ночное видение, результата не добился. За истекшие сутки он перестал узнавать свой организм и быстро смирился с беспричинной потерей многих необходимых функций. Потеря не казалась фатальной на фоне одного единственного приобретения - распахнутой для него нежной любящей души Анны.
– Эй, не ломай глаза, - насмешливо сказали из темноты.
– У вас тут разве нет освещения?
Орион опомнился и поспешно нашел панель управления. Дежурные лампы над входом замерцали рыжими разводами.
– Ой, Глеб, какой ты смешной!
– Тамара всплеснула руками.
Парень провел
ладонью по лицу, где основательно прижилась черная жесткая борода, и смущенно пожал плечами.– Так получилось. Тебе нравится?
– Не-а.
Орион решил, что пора вмешаться.
– В моей комнате приведешь себя в порядок, - сказал он.
– Там поговорим.
– Это Орион, - гордо представила его Тамара.
Парень хмыкнул, мол, ну и имечко, и протянул руку.
– Глеб. Привет, братишка.
Орион не ожидал, что общение с новым знакомым окажется настолько простым. Он готовился к долгому осторожному разговору, где придется взвешивать каждое слово, а получилась обычная дружеская беседа без тени подозрений, хитростей и сделанных масок на лице.
Глеб не скрывал, что идея подыграть Филиппу и с помощью Тамары создать новых индивидов ему не по душе.
– Но почему?
– не выдержал Орион после третьей попытки представить обозримое будущее в ярких красках, как это делала Анна.
Реплика получилась довольно громкой, и оба дружно обернулись на девочку. Она сладко спала на кровати Ориона под мягким ворсистым пледом.
– Почему?
– уже шепотом повторил молодой человек.
– Тебе ведь это тоже не импонирует. Что-то не так... Или я просто чертовски устал.
– Извини, я не подумал, - смутился Орион.
– Там ванная комната, прими душ, а я пока найду тебе одежду, - и на вопросительный взгляд уточнил.
– Ты собираешься ходить по лаборатории в таком виде?
– Да меня в любом виде засекут!
– Ничего подобного. Доверься мне, - Орион хитро подмигнул.
Глеб с удовольствием смыл с себя грязь и без сожаления сбрил бороду. Заросли на лице Тамаре не нравились, значит и следа от них не останется.
Орион принес чистую рубашку, белье и черные классические брюки.
– Я ж в этом утону!
– Глеб придирчиво оглядел товарища. Молодой человек был на полголовы выше него.
– Закатаешь рукава, - безапелляционно отрезал тот.
– Я постелил тебе на диване. Обычно база просыпается в семь утра. У тебя есть полтора часа.
Глеб тихо засмеялся.
– Эй, братишка, и ты все еще считаешь себя индивидом?
Орион изумленно поднял глаза. Ему казалось, что эту тему уже закрыли.
– Дай-ка мне руку, - продолжая посмеиваться, сказал Глеб и прежде, чем тот успел возразить, полосонул по его пальцу лезвием опасной бритвы.
– Зачем?
– Орион отшатнулся.
Из пореза проступила алая жидкость. Он поспешно стер ее ладонью. Сейчас появится бело-желтая масса, загустеет и ранка закроется... Он недоуменно смотрел на палец. Алая кровь вяло проступала из поврежденных капилляров.
– Другим способам убеждения ты сопротивлялся, как бык, - Глеб положил бритву на место.
– Как?... Что это? Как?! Глеб, я не ходил по земле, я не вступал в бой, я не был в огне...
– Зато огонь вспыхнул внутри тебя, парень. Успокойся. Это должно было рано или поздно произойти. Хотя с тобой, пожалуй, это произошло так рано, что ты сам не заметил - когда.
Орион посмотрел на разбитое накануне зеркало, на порезанный палец и проронил.
– Зато Стас заметил.
– Тебе крупно повезло, - Глеб сжал его плечо.
– Тебя встретил человек.