Чтение онлайн

– Ты не отпустишь. Ты скажешь, чтобы я рисовала еще портреты, как твоя мама.

– А ты хочешь быть как моя мама?
– оживился Филипп.

– Нет, - спокойно ответила Тамара.
– Я хочу быть как я. Я хочу стать взрослой. Поэтому я попробую нарисовать портрет.

– Умница! Какая же ты умница!
– расцвел доктор Жулавский.
– Вот, держи, он извлек из ящика стола кожаный пенал и протянул девочке.
– Тут особые иглы. Их нужно подогреть, и тогда они нарисуют на вот этом камушке линии.

И пенал, и осколок минерала оказались в руках Тамары.

Орион мерил шагами приемную. Секретарша Катенька неприкрыто наблюдала за ним во все глаза.

Обычно в подобных ситуациях молодой человек восседал на стуле как каменная статуя и даже не смотрел в ее сторону, хотя она из кожи вон лезла, чтобы продемонстрировать ему свои ножки.

Дверь то и дело распахивалась, пропуская сотрудников в белых халатах, и Катенька, как автоответчик, выпроваживала их одной и той же фразой: "Извините, Филипп Алексеевич занят. Зайдите попозднее". Орион не обращал внимания на входивших и выходивших до тех пор, пока взгляд ненароком не выхватил из привычной обстановки тонкую женскую руку, опущенную на секретарский стол. Некий важный факт заметался в голове. Орион напрягся. Прежний контроль над памятью отсутствовал, информация утонула в хаосе знаний и мыслей.

Приняв стандартный ответ Катеньки, Аза не спеша направилась к выходу. Анна натолкнулась на нее в дверях.

– Ой, простите, - она ринулась прямо к Ориону, но, увидав его застывшее лицо, удивленно оглянулась на силуэт женщины, растворившийся за стеклянной стеной.

– Кто это?
– беспокойно осведомилась Анна.

– Аза, супруга Филиппа Алексеевича, - отозвался Орион.

– Она тебе что-то сказала? Почему ты на нее уставился?

– Не знаю, - он стряхнул с себя оцепенение.
– Кажется, я о чем-то забыл. У меня с утра в голове сплошная чехарда.

Анна решительно отвела его к проекционному экрану, изображавшему окно с видами живой природы, и заглянула в лицо.

– Орион, тебе нужно как следует отдохнуть. Сегодня я беру Тамару на себя.

– Тебе тяжело с ней общаться, ты сама мне говорила.

– Ничего, переживу.

– Я должен выяснить, почему Стас обнаружил ее комнату открытой. Я прекрасно помню, как заблокировал замок, - не унимался Орион.

– Успокойся. Она же сказала - ходила гулять. А открыть дверь она могла случайно. Помнишь, как она играла кнопочками у тебя на терминале? Я ее поспрашиваю, где она гуляла на этот раз, а ты отдыхай, - Анна покосилась на секретаршу, занятую перекладыванием папок на столе, быстро поднялась на цыпочки и коснулась губами его щеки.
– Я ведь тоже хочу, быть нужной тебе, добавила она шепотом.

Из кабинета появился осунувшийся Филипп, у него из-за спины выскочила Тамара.

– А мне вот что дали!
– она продемонстрировала Анне темный камень с одной отполированной поверхностью и набор игл для выжигания. Девушка узнала этот набор: сколько раз она видел его на столе отца!

– Ну как, отвести тебя в твою комнату?

– Пошли, - Тамара уверенно зашагала вперед.

– Тебе теперь не страшно в лаборатории?
– спросила Анна, когда обе покинули кабинет.

– Нет. Я видела место страшнее. Я теперь знаю, почему Глеб не боится того, чего боюсь я.

– И почему?

– Глеб знает, где настоящий страх. И я узнала.

Анна пригляделась к девочке. В тоне ее появились отчетливые взрослые нотки.

– И где же страх?

– Везде, где думают очень плохо. Я видела. Страх там, - она ткнула указательным пальцем в пол и вдруг прошептала.
– Анна, я так хочу, чтобы Глеб поскорее пришел! Я засыпаю и вижу страх здесь, рядом с нами. Это очень большой и страшный страх.

– Не бойся, Тома. На базе много мужчин, они не испугаются.

Они нас спасут от страха.

Тамара совсем не по-детски устало улыбнулась.

– У тебя есть только один мужчина. Обопрись на него. Его цветок оживил твой цветок.

Глава 21

Друг

– Черныш, нет, ты останешься здесь, - тихо сказал Глеб.
– Жди меня, приятель. Я вернусь и позову тебя. Жди, Черныш!

Пес заскулил и отполз в кусты, где осталась сумка.

– Молодец. Жди.

Глеб медленно, пригибаясь к земле, двинулся вдоль высокой двухслойной сетки, обозначавшей зону объекта. Защита была рассчитана безошибочно. Протянутые перед колючей проволокой провода под напряжением предназначались для животных, а второй слой безусловно служил сигнализацией. Дотронься до ограды, и наряд охраны немедленно выследит нарушителя. Деревья вокруг были тщательно вырублены, и первая идея Глеба сигануть через препятствие с ветвей сосны оказалась нереализуемой. Зато появилась другая. Глеб повертел в руке свой посох, прикинул высоту и пощупал многострадальное колено. Кости успешно срослись, и хотя нога еще ныла при большой нагрузке на суставы, можно было рискнуть.

Он выбрал место поравнее, перехватил посох на манер спортивного шеста, закрыл глаза и четко, до деталей представил предстоящий перелет: место упора, угол дуги, момент отрыва. Несколько раз глубоко вздохнул, собрался и сделал рывок.

Короткий разбег и мощный толчок.

От удара о землю из глаз посыпались искры.

Нормальные люди падают на маты, - подумал он весело, когда в ушах перестало звенеть.

Поднялся на ноги. Прислушался. Тишина в лесу и тишина в окружающем пространстве внушали надежду, что проникновение осталось незамеченным. Предположив, что базу охраняют не только электронными средствами, Глеб лег на мокрую землю и ужом пополз к сердцу запретной зоны.

Лесная полоса скоро оборвалась, и началось поле, в центре которого в полукилометре от опушки виднелась крыша низкого здания без признаков окон и дверей. В стороне ближе к зарослям, где затаился Глеб, стояли два небольших одноэтажных дома, предназначенные для внешней охраны. При свете дня нечего было и думать, чтобы подобраться к лаборатории. Глеб устроился в тени молодого ельника и приготовился дожидаться ночи.

___________________

Орион никогда не знал снов. И этот - первый в жизни сон - был солнечным и приятным. Он видел Анну, Тамару и других людей, которых не запомнил, видел чистое безоблачное небо и прекрасные неземные дома. Он чувствовал, что улыбается, слышал тихие мелодичные звуки голосов.

Пробуждение состоялось внезапно. Кто-то стоял над кроватью - бестелесный неподвижный призрак.

– Тамара?
– он сел и нащупал выключатель. Вспыхнул электрический свет. Как ты открыла дверь?

– Как ты учил, - она показала магнитную карточку.
– Орион, помоги Глебу войти.

– Куда войти?
– обычно он просыпался моментально, чуть только открывал глаза. На сей раз приятные грезы продолжали витать где-то поблизости, а сознание с трудом воспринимало действительность.

– Куда Глеб должен войти?
– переспросил Орион, справившись, наконец, с дурманящей дремотой.

– Сюда. Он там, наверху.

Орион вскочил, не сразу попал в штанины брюк и долго перестегивал пуговицы на рубашке. По привычке подхватив галстук, он приложил его к вороту, но, чертыхнувшись про себя, отбросил на кровать. Девочка дипломатично изучала стул.

– Глеб хороший, - заговорила она, стоило только Ориону подумать, под каким видом ему встречать незваного гостя.
– Вы обязательно подружитесь!