Под куполом
Шрифт:
– А Марти Арсенолт и Тоби Велан, как вам известно, тоже не очень на что-то способны. Линда Эверетт единственная из частично занятых полицейских, которую я мог бы назвать вполне адекватной. Ну, не могло это случиться в еще худшее время, как между футбольным матчем и учениями пожарных.
– Линда Эверетт?
– переспросила Эндрия, на удивление заинтересованно.
– Жена Расти?
– Тьфу!
– Большой Джим часто позволял себе тьфу, когда его что-то раздражало.
– Она же всего-навсего высокомерная регулировщица пешеходных переходов около школы.
– Да, сэр, - подтвердил Рендольф.
– Но в прошлом году она прошла спецподготовку на окружном стрельбище
– Конечно, вне всяких сомнений.
Впрочем, самому Ренни такая перспектива казалась весьма неприятной, чтобы эти Эверетты выскакивали, словно те черти из коробки, всюду, где будет появляться он. Короче: он не хотел иметь в своей команде жену этого никчемы. Во-первых, она еще слишком молода, ей лет тридцать, не больше, да еще и красива, как дьяволица. Поэтому, бесспорно, отрицательно будет влиять на других. Красивые женщины всегда оказывают плохое влияние. Достаточно ему и одной Веттингтон с ее огромными сиськами.
Итак, - продолжил Рендольф.
– Имеем только восемь человек из восемнадцати.
– Ты забыл посчитать себя, - заметила Эндрия.
Рендольф хлопнул себя по лбу тыльной стороной ладони, словно переключил в голове трансмиссию.
– Конечно же, точно, девять.
– Мало, - сказал Ренни.
– Нам надо увеличить силы. Только временно, вы же понимаете, пока эта ситуация не рассосется.
– Кого вы предлагаете, сэр?
– спросил Рендольф.
– Прежде всего, моего мальчика.
– Джуниора?
– свела брови Эндрия.
– Он же по возрасту еще даже голосовать не может… не так ли?
Большой Джим на мгновение представил себе мозг Эндрии: пятнадцать процентов в нем занимают сайты ее любимых интернет-магазинов, восемьдесят процентов наркозависимые рецепторы, два процента память и три процента - процесс рационального мышления. Ничего не поделаешь, с этим ему приходится работать. А впрочем, напомнил он себе, кто имеет глуповатых коллег, у того и жизнь проще.
– Ему уже двадцать один год. В ноябре исполнится двадцать два. И также, к счастью или по Божьей милости, он на этот уик-энд прибыл домой, он не в колледже.
Питер Рендольф знал, что Джуниор Ренни сейчас не в колледже, и не только на уик-энд, а насовсем - он прочитал об этом в блокноте, который лежал около телефона в кабинете его покойного шефа, хотя не имел понятия, которым образом Дюк получил эту информацию, и почему он считал ее настолько важной, чтобы записать. Там также было написано еще кое-что: расстройство личности?
Однако сейчас, наверняка, не то время, чтобы делиться этой информацией с Большим Джимом.
Ренни продолжал, теперь уже зажигательным тоном ведущего игрового шоу, который объявляет приз в дополнительном туре.
– Кроме того, у Джуниора есть трое друзей, которые тоже могут пригодиться, это Фрэнк Делессепс, Мэлвин Ширлз и Картер Тибодо.
И вновь на лице Эндрии отразилось волнение.
– Хм… а разве это не те ребята… юноши… причастные к стычке около «Диппера»?…
Большой Джим подарил ей такую злую улыбку, что Эндрия вжалась вглубь кресла.
– Это дело слишком раздули. К тому же оно было вызвано алкоголем, как и большинство таких недоразумений. Плюс, зачинщиком всего там выступил этот Барбара. Вот поэтому никакого протокола не было составлено. Одни слухи, и ни чего более. Или я не прав, Питер?
– Абсолютно прав, - подтвердил Рендольф,
хотя и сам выглядел взволнованным.– Все эти ребята старше двадцати одного года, а Картеру Тибодо, кажется, уже двадцать три.
Тибодо действительно было двадцать три года, и в последнее время он работал на полставки автомехаником в «Топливе & Бакалее». Из двух предыдущих мест работы его выгнали – из-за вспыльчивости, как слышал Рендольф, - но в «Топливе & Бакалее» он, как казалось, стал смирнее. Джонни говорил, что у него никогда не было лучшего специалиста по выхлопным системам и электрооборудованию.
– Они все вместе охотятся, не плохие стрелки…
– Господи, помилуй, чтобы не появилось необходимости нам в этом убедиться, - проговорилась Эндрия.
– Никто ни в кого не будет стрелять, Эндрия, никто не предлагает сделать этих ребят полноправными офицерами полиции. Я лишь подчеркиваю, что мы должны заполнить большой пробел в численности, и сделать это быстро. Что насчет этого, шеф? Они могут послужить, пока не завершится кризис, а мы им заплатим из чрезвычайного фонда.
Рендольфу не нравилась сама мысль о том, что по улицам Честер Милла будет прогуливаться вооруженный Джуниор - Джуниор, с его возможным расстройством личности, - но ему также и не нравилась мысль, что он может перечить Большому Джиму. Да и вообще это неплохая идея - иметь под рукой несколько дополнительных верзил. Пусть даже таких молодых. Он не ожидал проблем в городе, но этих ребят можно направить присматривать за толпой на главных дорогах, которые упираются в барьер. Если этот барьер еще будет существовать. А если нет? Тогда и проблема решится сама собой.
Он нацепил на лицо улыбку командного игрока.
– Знаете, мне кажется прекрасная идея. Пришлите их в участок завтра утром, где-то к десяти…
– Лучше к девяти, Пит.
– Девять утра, это хорошо, - замечтавшись, подал голос Энди.
– Есть какие-то замечания?
– спросил Ренни.
Замечаний не было. Лишь Эндрия словно бы хотела что-то сказать, и не смогла припомнить, что именно.
– Тогда я ставлю на голосование, - произнес Ренни.
– соглашается ли совет с предложением к действующему шефу Рендольфу принять Джуниора, Фрэнка Делессепса, Мэлвина Ширлза и Картера Тибодо помощниками на ставку? Срок их службы будет продолжаться, пока не разрешится эта проклятая бессмысленная ситуация. Кто за, голосуйте, как обычно.
Все подняли руки.
– Вопрос приня…
Окончание фразы перебили два взрыва, которые прозвучали, как пушечные залпы. Все подскочили. А потом и третий выстрел, и тут уже Ренни, который проработал едва ли не всю жизнь с двигателями, понял, что это такое.
– Расслабьтесь, друзья. Это просто выхлопы. Прокашлялся генера…
Старенький генератор стрельнул в четвертый раз и заглох. Потух свет, оставив их на мгновение в кромешной темноте. Эндрия вскрикнула.
Слева от Ренни подал голос Энди Сендерс.
– О Господи, Джим, пропан…
Ренни быстро нащупал плечо Энди и сдавил. Энди заткнулся. Едва Ренни ослабил свою хватку, как в длинный, обшитый сосновыми панелями зал, вновь вполз свет. Не яркий верхний, а тусклый свет аварийных светильников, вмонтированных по всем углам помещения. В этом тусклом свете, собранные около северного торца стола лица приобрели желтизну и постарели. Они выглядели испуганными. Даже Большой Джим Ренни имел испуганный вид.
– Без проблем, - провозгласил бодро Рендольф, однако прозвучало это у него скорее искусственно, чем естественно.
– Просто бак опустел, вот и все. На городском складе полно горючего.