Перекресток Теней
Шрифт:
– И я возьмусь!
– заявил невысокий толстый человек с лоснящимся лицом. Он был в короткой тунике, распахнутой на животе, и шоссах, плотно обтягивающих ляжки.
– Сегодня с вечерним бризом мой "Стрелец" как раз уходит в Португалию.
– Очень хорошо!
– ответил монах.
– Наш подарок особенно ждут именно в Лиссабоне!
***
Луна, показавшаяся земле едва ли наполовину, была похожа на обрубок золотой монеты - мантелета, на котором хорошо была видна только часть короля, изображенного в мантии. От звезд, лихорадочно мерцавших над головой, исходил какой-то болезненный свет - невеселый и зябкий,
Был тот предрассветный час, когда цветущие в полях медоносы с особой силой и остротой выбрасывают в воздух свой утонченный аромат, и эта симфония запахов, обволакивая землю, наполняет ночь божественной мелодией. Давно унялись сверчки вдоль дороги, уступив сцену иным исполнителям, ночные птицы перестали хлопотать крыльями и уселись в гнезда встречать утреннюю росу. А всадники, бодрствуя по очереди, неторопливо продолжали свой путь.
До Парижа оставалось ехать всего несколько лье. Впереди, у самого горизонта начало светлеть небо. Венсан де Брие, подведя лошадь ближе, окликнул брата. Северин встрепенулся, поднял голову и выпрямился в седле.
– Ну что, приснилось тебе что-нибудь?
– Дом, - коротко ответил Северин.
– Наш дом, и мы в нем совсем молодые...
– Когда-нибудь мы вернемся в него, - мечтательно сказал Венсан. Потом добавил с грустью: - Может быть...
Они спешились, справили нужду у дороги. Затем отхлебнули по глотку воды из бурдюка.
– Теперь нужно пришпорить коней.
– Северин посмотрел на небо.
– Мы должны въехать в Париж до рассвета.
– Да, обогнем городскую стену и въедем в город через ворота Сен-Бернар, рядом с домом де Боже, - согласился Венсан.
– Хотя... если за нами следили, то скрываться уже бессмысленно.
– Слежки я не заметил, - сказал Северин.
– Правда, в харчевне у Эмильена-левши крутилось несколько подозрительных парней. Они не были похожи на матросов с какого-нибудь судна.
– Да, я тоже их приметил: один длинный и худой с орлиным носом, другой без мизинца на правой руке.
– Ты даже это заметил?
– Северин искренне удивился наблюдательности брата.
– А мне было важно держать разговор в нужном русле.
– Должен заметить, тебе это удалось. И старик нам подыграл так, как надо.
– Да, он еще на многое способен!
– согласился Северин.
– Осталось надеяться, что они клюнут на нашу приманку и пойдут по ложному следу. А мы тем временем... Ну, поскакали?
Братья вскочили в седла и пришпорили коней. Но не успели проехать и половины лье, как впереди на дороге показались несколько всадников, едущих навстречу. В едва начавшем сереть утре можно было различить, что всадников было пятеро или даже шестеро.
– Ну вот, я же говорил, что теперь Филиппу понадобится моя голова, - сквозь зубы произнес Венсан.
– Погоди, брат. Это может быть не то, что ты думаешь.
– Я уже не думаю, брат, я чувствую!
Совсем скоро встречные приблизились настолько, что их легко можно было посчитать. Всадников действительно оказалось шестеро. Поджидая двух путников, они остановили коней и перекрыли дорогу, образовав поперек нее полукруг.
–
Эй, сеньоры!– окликнул один из них.
– Именем короля Франции, остановитесь и дайте ответ на некоторые вопросы.
– Кто вы такие и почему мы должны отвечать на ваши вопросы?
– дерзко спросил Венсан де Брие.
– Я Поль Годар, сержант королевской стражи, сеньоры, - представился один из встречных.
– У меня есть королевский указ о том, чтобы вас задержать.
– Кого это "вас"?
– спросил Северин.
– Возможно, вы ошибаетесь, принимая нас за кого-то другого.
– Нет, сеньоры, мы хорошо знаем, что вы - братья де Брие, бывшие тамплиеры, и едете в Париж из Ла-Рошели. Разве не так, сеньоры?
– Допустим, что так. И что дальше?
– Венсан переглянулся с братом и тихо сказал: - Потянем время, пусть немного рассветет.
Северин кивнул в ответ.
– Покажите указ короля!
– сказал он.
– Я дворянин, а не простолюдин, и имею право знать, за что меня хотят задержать.
– И в чем обвиняют, - добавил Венсан.
– Сеньоры, я не имею полномочий говорить, в чем вас обвиняют, - ответил старший стражник.
– Мне только приказано вас доставить в королевский дворец. И, клянусь богом, я исполню приказ, чего бы мне это не стоило! Нас шестеро, сеньоры, и я прошу вас подчиниться.
– Но нас двое!
– твердо ответил Венсан.
– И мы тамплиеры! А рыцари Ордена храма не привыкли отступать! К бою, Северин!
С этими словами Венсан выхватил из чехла, привязанного к седлу, свой меч и поднял его над головой. Северин в одно мгновение сделал то же самое.
– К бою, Венсан!
Не сговариваясь, а подчиняясь какой-то давно и прочно усвоенной науке, братья поставили коней так, чтобы они касались левыми боками, а правые руки рыцарей тем временем оставались открытыми для драки. Так, поворачивая коней одновременно и прикрывая друг другу спины, братья де Брие приняли бой. У каждого было по мечу в руке и по кинжалу за поясом. У стражников были копья, пригодные больше для показательных турниров, а не для настоящей схватки, и тесаки, которые пятеро из них даже не успели достать.
Лошади нападавших и державших круговую оборону учащенно перебирали ногами, поднимая с дороги клубы пыли. Они рвали поводья, мотая головами в такт движениям всадников, хрипели и чихали. Стражники, которым раньше никогда не доводилось иметь дело с настоящими рыцарями, действовали хаотично, несогласованно, порой только мешая друг другу. Они что-то кричали, голосами помогая своим неубедительным приемам и пытаясь самим себе придать храбрости в малознакомом деле. Это и предопределило исход столкновения. Уже через несколько минут всё было кончено - всадники королевской стражи без признаков жизни лежали на земле, их кони топтались поодаль.
Соскочив на землю, Северин де Брие приблизился к сержанту. Тот был ранен в плечо и стоял на одном колене, выронив свой нож и свободной рукой прикрывая рану. Сквозь его пальцы обильно сочилась алая кровь.
Рыцарь склонился над раненым.
– Кто послал тебя встретить нас на дороге?
– строго спросил он.
– Его величество, король Франции, - простонал Поль Годар.
– Не сам, конечно, а через начальника стражи. Не убивайте меня, прошу вас!
– Может быть, ты знаешь, для чего мы понадобились королю?