Чтение онлайн

Гигант остановился в трех шагах от нее. Он скрестил мощные руки на груди и оскалился в жесткой, совершенно недоброй усмешке, обнажив крупные зубы.

— И тебе не хворать, старая карга, — пробасил Орди, глядя на Ил’ду сверху вниз. — Смотрю, ты всё так же плетешь интриги, раздавая чужие земли направо и налево. Я пришел узнать, с каких это пор кошки решили, что предгорья принадлежат им?

Корнев, стоя чуть в стороне, достал сигарету и с удовольствием закурил. Капитан смотрел на вытянувшееся лицо Ил’ды, на напряженного Орди и понимал, что геополитика в этом проклятом мире только что вышла на совершенно новый, искрящийся уровень. И ему эта игра начинала чертовски нравиться.

Следующий

день начался не с привычного урчания дизелей, а с тяжелого, ритмичного рокота, который накатывал с неба. Звук дробился о стволы Великого Древа и заставлял местных жителей в панике жаться к деревянным стенам своих жилищ.

В разрыв между исполинскими кронами медленно опускались два транспортных Ми-8. Вертолеты зависли над широкой расчищенной площадкой, подняв тучу пыли и древесной трухи. Пилоты ювелирно посадили тяжелые машины, колеса шасси мягко коснулись дощатого настила, который угрожающе скрипнул, но выдержал вес.

Корнев стоял в стороне, прикрывая глаза от летящего мусора. Рядом мрачной статуей возвышался Ланцет. Боковые створки ближайшего вертолета распахнулись. Оттуда выпрыгнули двое крепких парней.

— Грузим, живо! — рявкнул Ланцет, перекрывая свист турбин.

Троих ошпаренных ментальной магией бойцов выносили по одному. Лица ребят были бледными, рты полуоткрыты, глаза закатились. Никто не знал, какие необратимые изменения произошли в их мозгах после того, как оборвалась искусственная привязанность.

— Я накачал их химией под самую завязку, командир, — Ланцет подошел к капитану. — До госпиталя долетят, как бревна. А вот что с ними будут делать наши мозгоправы — хрен его знает. У нас протоколов лечения от магической шизофрении в справочниках нет.

Один из вертолетов оторвался от площадки и тяжело ушел вверх, быстро превратившись в темную точку на фоне светлеющего неба. День обещал быть тихим, но только не для Корнева.

В дальнем конце отведенного под казармы помещения громко и с выдумкой ругались Казанова и Смолин. Связист и командир взвода БПЛА напоминали двух бурлаков на Волге. Они тянули за собой тяжелую катушку с кабелем. С барского плеча большого начальства роте выделили воздушный ретранслятор дальней связи. Штука дорогая, капризная, но необходимая для прямого и устойчивого канала с бригадой в условиях гигантского леса.

— Я манал эти джунгли! — прохрипел Казанова, выпутывая ногу из узловатого корня. — Командир, скажи мне, почему мы тянем эту хрень на самую высокую ветку, а не эти пушистые спецназовцы? У них когти есть!

— Потому что это секретная аппаратура связи, Игорь, — Корнев подошел ближе, с интересом наблюдая за мучениями подчиненных. — А еще потому, что ты связист. Это твой прямой функционал.

— Мой функционал — кнопки нажимать и в микрофон вещать! — огрызнулся Казанова, сдирая с лица паутину. — А тут натуральный промышленный альпинизм! Смолин, не тяни рывками, у меня сейчас позвоночник в трусы осыплется!

Лейтенант Смолин, пыхтя не меньше напарника, закрепил карабин на вбитом в кору костыле.

— Не ной, Игорек. Зато теперь у нас уютный деревянный каземат с прямой линией к родному начальству, и не только! Будем смотреть трансляции новостей.

Монтаж занял почти три часа. Когда парни, наконец, спустились, Корнев пригласил их в оборудованную под узел связи комнату. На отдельном столе стоял защищенный ноутбук, подключенный к терминалу.

Капитан ввел коды доступа. Экран мигнул, система запросила подтверждение шифрования, и спустя десяток секунд на дисплее появилось четкое изображение.

За столом сидел Асатьев. Дипломат выглядел свежее, чем во время их последней встречи

на плацу. Строгий костюм, аккуратная прическа, ни следа усталости. Чуть в стороне, лениво развалившись в кресле и потягивая кофе из бумажного стаканчика, маячил майор Третьяков.

Допрос начался без прелюдий.

Три с половиной часа Корнева гоняли по одному и тому же кругу, меняя формулировки, углы захода и интонации. Асатьев спрашивал про политику, реакцию Совета, поведение Ил’ды. Третьяков вгрызался в детали ночного боя с ушастыми, оценивал габариты и боевой потенциал аштари, методично вытягивал из капитана поминутный хронометраж зачистки клана Ночных Теней и что могли по этой теме сопоставить хвостатые.

Корнев отвечал так, словно читал статью в учебнике, только каждый раз написанную другими словами. Он пил холодную воду, курил прямо в помещении и не поддавался на провокации особиста.

— … Итого мы имеем классический провал разведки и агентурной работы с стороны противника и недосоюзников, — Третьяков наконец поставил стаканчик на стол и подался вперед. Глаза майора довольно блестели. — Ушастые облажались с засадой. А хвостатые облажались с попыткой взять под контроль командира прикомандированного военного контингента. Великолепно.

— Не вижу поводов для радости, товарищ майор, — Корнев затушил сигарету. — У меня три бойца в состоянии овощей. А бабка, управляющая этим зоопарком, фактически провернула государственный переворот моими руками.

— В этом и суть, Алексей, — дипломатично вступил Асатьев. Он сложил руки домиком и слегка улыбнулся. — Потери — это трагедия. Но с точки зрения стратегии, хвостатые только что прострелили себе ногу. Переговорная позиция рухнула.

— Сначала пытаются надеть на твоих людей ошейники. Это акт агрессии. Затем выясняется, что нагло врали нам в глаза насчет своих соседей. Они скрыли наличие аштари — расы гигантов, способной делить элитную пехоту малоранов на ноль в ближнем бою.

— Старуха явно считает их минимальной проблемой, — заметил Корнев.

— Это ее личные проблемы и расовые предрассудки, — отрезал Асатьев. — Для нас важен факт. Ил’да не контролирует весь регион. У нее под боком серьезная сила, с которой она в контрах. И теперь мы это знаем. Но не станем давить на нее коленом прямо сейчас.

— Предлагаете спустить диверсию на тормозах? — капитан нахмурился.

— Ни в коем случае! Но и ломать кошаков рановато. Пусть аштари и хвостатые сцепятся как следует на дипломатическом фронте. Старуха сейчас в панике, она боится, что мы можем рассмотреть аштари, как основной план. А ты, капитан, должен сыграть на этом. Смотри по ситуации. Выжидай. А когда хвостатые окончательно увязнут в собственных интригах — бей по рогам и бери сто двадцать процентов годовых. Нам нужны идеальные условия для работы в регионе. Впереди знатный головняк с ушастыми, это лишь вопрос, когда мы снова схлестнемся широким фронтом. И нам нужен надежный тыл и четкая позиция перед руководством, что все это не зря.

Корнев кивнул. Логика пиджаков работала без сбоев. Цинично, жестко и эффективно. Особенно, когда придется отчитываться о потерях не техники, а личного состава в очень далекой стране, которой нет на стандартном глобусе. Оправдание большого количества двухсотых должно быть железобетонным и выражаться в серьезных материальных благах… Или огромной территории, куда не достанет ракетный удар с ядерной начинкой потенциального противника.

— Кстати, Алексей, — Асатьев слегка расслабил узел галстука, улыбаясь чуть шире. — Твой заказ сделали в кратчайшие сроки. Как в лучших домах ЛондОна и Парижа. Транспорт с грузом уже прошел арку, скоро будет у тебя.