Отравленное перо
Шрифт:
– Что?
Сначала она отвернулась, потом медленно повернулась ко мне опять. Лицо её разрумянилось, а в глазах были слезы. Теперь в ее голосе звучала детская обида.
– Почему я должна уезжать? Или быть вынужденной уexaть? Они не хотят меня видеть, а я останусь. Я останусь и заставлю всех пожалеть об этом. Я их всех заставлю пожалеть. Проклятые свиньи! Я всех здесь в Лимстоке ненавижу. Они все думают, что я глупа и уродлива. Я им покажу! Я им вceм покажу! Я …
Это был детский безудержный приступ гнева. Я услышал звук шагов по гравию за углом дома.
– Встаньте! -
Она неловко вскочила и бросилась к двери в тот момент, как Джоанна появилась из-за угла дома.
– Черт возьми, как жарко! - раздался ее голос. Она села рядом со мной и начала обмахивать лицо тирольским шарфом, накинутым на голову. - Еще, мне кажется, я промучилась из-за этих проклятых ботинок. Я прошла не одну милю. И я поняла одно: нельзя покупать ботинки с этими новомодными прорезями. В них попадают камешки. Как ты думаешь, Джерри, стоит нам завести собаку?
– Не возражаю, - сказал я. - Между прочим, к нам на завтрак пожаловала Меган.
– Правда? Отлично!
– Она тебе нравится?
– По-моему, она похожа на ребенка, оставленного эльфами, - сказала Джоанна. - Когда феи похищают ребенка, они оставляют другого взамен. Это так забавно - встретить подобное существо. Уф-ф! Мне надо сходить умыться.
– Пока нельзя, - сказал я. - Там умывается Меган.
– Что, она тоже хорошо поработала ногами?
Джоанна достала зеркало и принялась внимательно изучать свое лицо.
– По-моему, мне идет такая помада, - заметила она.
В дверях появилась Меган. Она была сдержанна, аккуратно умыта, и в ней не чувствовалось никаких признаков недавней вспышки. Она нерешительно посмотрела на Джоанну.
– Привет! - сказала Джоанна, все еще занятая своим лицом. - Я рада, что вы пришли к нам на завтрак. Боже милостивый, у меня на носу появились веснушки. Нужно что-то делать. В веснушках есть что-то простодушно-шотландское.
Появилась Партридж и холодно сказала, что завтрак подан.
– Пойдемте! - пригласила Джоанна, поднимаясь - Я ужасно проголодалась.
Она взяла Меган под руку, и они отправились в дом вместе.
Глава 5
Вижу, что в моей истории есть одно упущение. До сих пор я мало говорил или даже вовсе не упоминал о миссис Дейн Кэлтроп или о его преподобии Кэлеб Дейн Кэлтроп.
Однако и викарий и его жена были заметными личностями. Сам Дейн Кэлтроп был, вероятно, самым далеким от повседневной жизни человеком, какого я когда-либо встречал. Все его существование было замкнуто кабинетом, книгами и древней церковной историей. Миссис Дейн Кэлтроп, с другой стороны, удивительно соответствовала своему положению. Я полагался на ходячее представление о женах викариев, этих карикатурах на женщин, сующих повсюду свой нос и изрекающих пошлые истины. Может быть, такой тип и не существует.
Миссис Дейн Кэлтроп никогда не совала повсюду свой нос, но она обладала сверхъестественной способностью знать обо всем, и я скоро убедился, что почти все в деревне ее немного боялись.
Она не давала советов и ни во что не вмешивалась, но слабым умам представлялась воплощением самого божества.Она остановила меня на Хай-стрит через день после того, как Меган приходила на завтрак. Я испытал естественное чувство удивления, потому что скорость передвижения миссис Дейн Кэлтроп немного превосходила обычный темп, а глаза ее были устремлены вдаль, так что вы могли быть уверены, что ее реальная цель находилась на расстоянии полутора миль.
– О! - воскликнула она. - Мистер Бэртон!
Она произнесла это как-то торжествующе, словно решила особенно хитрую загадку.
Я признал, что я в самом деле мистер Бэртон, и миссис Дейн Кэлтроп перестала вглядываться в горизонт и, казалось, попыталась сосредоточиться на мне.
– Только вот для чего, - сказала она, - мне нужно было с вами увидеться?
Тут я ей ничем помочь не мог. Она стояла нахмурившись и погрузившись в глубокие размышления.
– В связи с какой-то неприятностью, - сказала она.
– Мне очень жаль, - заметил я, не сводя с неё глаз.
– А! - вскричала вдруг миссис Дейн Кэлтроп. - Вот что! Анонимные письма! Что за история с анонимными письмами, которую вы здесь затеяли?
– Я ее не затеял. Она началась до меня.
– Никто, однако, ни одного письма не получал до вашего приезда, - сказала миссис Дейн Кэлтроп укоризненно.
– В том-то и дело, что получал, миссис Дейн Кэлтроп. Все эти неприятности уже были.
– Ах, боже мой! - воскликнула миссис Дейн Кэлтроп. - Как мне все это не нравится!
Взгляд ее снова стал отсутствующим.
– Я не могу отделаться от чувства, что здесь что-то не так. Мы здесь вовсе не такие. Бывает, конечно, зависть и злоба, и у всех есть какие-то мелкие грешки, но я не думаю, чтобы кто-то мог творить такое. Нет, не думаю. И это, видите ли, беспокоит меня, потому что я должна знать.
Ее прекрасные глаза оторвались от горизонта и встретились с моими. В них было беспокойство и какое-то искреннее детское удивление.
– А как же вы узнаете? - спросил я.
– Обычно я все узнаю. Я всегда чувствую, что это мой долг. Кэлеб проповедует прекрасные истины и совершает обряд причастия. Это долг священника, но если вы вообще допускаете брак духовного лица, тогда я считаю, что долг его жены - знать, что люди думают и чувствуют, даже если она ничем не может им помочь. Я не имею ни малейшего представления о том, кто додумался…
Она замолчала, потом добавила с рассеянным видом:
– Кстати, письма такие глупые…
– А вы… вы тоже их получали?
Я спросил об этом с некоторой неуверенностью, но миссис Дейн Кэлтроп ответила совершенно искренне:
– О, да, два… нет, три. Я точно не помню, что в них было. Какие-то глупости насчет Кэлеба и классной дамы, как мне кажется. Полный абсурд, потому что у Кэлеба нет ни малейшей склонности к прелюбодеянию. И никогда не было. Это большая заслуга для священника.
– Несомненно, - согласился я.
– Кэлеб мог бы стать святым, - сказала миссис Дейн Кэлтроп, - если бы он не был чересчур умным.