Отблески тьмы
Шрифт:
А ну-ка, попробуем еще раз направо повернуть, только скорость побольше подержим. Выбрал переулочек, свернул в него, заранее готовый к тому, что коляска попытается задраться. Ощущение такое появилось, хотя колесо катилось по земле не отрываясь.
– Ну как?
– спросил пассажир.
– Да нормально, денек покататься здесь кругами, и хоть куда можно катить, - ответил я уверенно.
– Гонять тут все равно не придется, а так машина тяговитая. В грязи бы еще попробовать.
– А вон туда поверни, там пустырь на месте сквера, и грязи сколько хочешь, - оживился от такой перспективы Василь Иваныч.
– Как скажете, - согласился я.
Насчет
Привод на коляску не обманул, "харлей" поехал по раскисшей под дождем земле легко как квадроцикл, при этом даже не стараясь развернуться в сторону правого колеса. Если бы не привод, то оно бы как тормоз сейчас работало, а так - только в путь. Правда вот не знаю, если долго так ехать, движок не перегреется? Что я о "немцах" читал, помнится, так это то, что там специально с этим боролись.
– Нормалек, Василь Иваныч!
– проинформировал его я.
– Это ежу понятно, - кивнул он.
– Для того привод и переделывали, нашелся сообразительный. Давай обратно, умеешь, вижу. Сдал экзамен. А в остальном правила движения здесь такие же, как и по ту сторону, так что проблем не будет.
– Понял, - кивнул я, резко свернул и все же умудрился задрать люльку вместе с седоком, хотя на этот раз уже умышленно, из чистого хулиганства.
– Карабин пристрелян по центру, пристреливал сам, лично. Дистанция примерно сто метров, то есть детская, - сказал усатый замбой, после того, как мы на "харлее" выехали аж за КПП.
Норматив по стрельбе из "нагана" я сдал в тире, что в подвале учреждения, там же и разборку со сборкой, а вот для стрельбы из американского М1 выехали аж за городской периметр, пристроившись прямо на полосе отчуждения. Стрельбище оказалось очень уж импровизированным, но я решил не роптать. Тем более, что мы были под присмотром из дота КПП, так что я заподозрил, что замбой выбрал это место из соображений безопасности, прикроют в случае чего.
– Окно на первом этаже видишь? Ты мне пять из пяти попади в раму. Слева, не выше перемычки. Видишь?
– Темновато уже, - пробормотал я, затем спросил: - С упора?
– Эти пять с упора, - сказал замбой.
За упор отлично выступило заднее сиденье мотоцикла. Карабин был не тяжелый, в руках ухватистый, для диоптра света все же пока хватало, так что первые пять отстрелял без проблем, совершенно разломав сухую деревяшку.
– Нормально, - кивнул тот.
– Давай еще пять с колена, в соседнее окно.
С этим тоже проблем не возникло, насчет хорошей пристрелки он не наврал, да и рама была широкой. И стрелок я неплохой. Не снайпер далеко, но вполне на уровне, охотник все же. В общем, раму тоже доломал. Как и ожидал, последним упражнением была стрельба из положения "стоя", но и норматив был попроще, щадящий, так что и его сдал.
В доверешение всего из укрытия метнул гранату, немецкую "толкушку" на длинной деревянной ручке, чем окончательно сичерпал список предъявленных ко мне требований.
Усевшись в коляску, замбой заявил:
– Документ готов?
– Уже должен быть готов, фотографии еще в обед сдал, - сказал я.
– Как получишь, сразу ко мне. Оружие запишу, боекомплект получишь.
Мотоцикл проехал через ворота накопителя, мы покатили дальше по грязной улице. Не удержавшись, спросил:
– А как-то просто у вас
с оружием, нет?– В смысле?
– Ну, пришел человек только вчера, никакой проверки, и сразу ствол выдали.
– Чудак человек, - засмеялся усатый.
– Стволов тут и так пруд пруди, так что тут вопрос доверия не стоит, разве что ты его на базаре продашь. Проверка тут только на умение, что ты соседа случайно не подстрелишь и себе в ногу не закатаешь.
– А вообще проверка?
– Вообще?
– покачал он головой.
– За это ты не волнуйся, будет она еще. За тобой сейчас все время приглядывают. Важно то, что ты не под воздействием, к Тьме не склонился, если только в пользу какого дальнего города шпионить можешь. Но чего в Горсвете шпионить? Такие везде есть и у всех одно и то же. Так что все нормально, не боись.
Я прибавил газу, разогнав машину. К вечеру я уже владел "харлеем" вполне нормально, все оказалось не так уж сложно. И к правым поворотам приноровился, и к вялому тормозу, а в остальном даже нравилось. И вроде уже при деле был.
Вообще день был суетной. Пока добыл руководство на мотоцикл, пока инструмент получил, который запасливый Василь Иваныч выдавал под учет, пока мне шкаф выделили, где я все мотожелезо сложил - время так и шло. Попутно раздобыл мотоциклетные очки и синий рабочий комбинезон, который, со слов механиков, был куда как нужен. Техника по надежности до современной не дотягивала, в том же мотоцикле что-то постоянно требовало регулировки, а уж с машинами побольше возились постоянно.
Обедал бесплатно, за талоны, в столовой, куда тоже сгонял на мотоцикле, да еще попутно двух мужиков с работы туда подвез.
Кормили неплохо, хоть и без изысков, вроде как в обычной рабочей столовой. Пюре жидковато, котлета суховата, суп терпимый, компот вроде ничего, но в принципе все съедобно. Фанатом такой жратвы не станешь, но и отплевываться до вечера потом не придется.
Замбой не обманул, и когда я приперся к нему с документом, больше всего напоминающим не паспорт, а военный билет, он тщательно вписал туда тушью номер карабина и револьвера, после чего я получил оружие на руки, а заодно и боекомплект - тридцать патронов к револьверу и сто пятьдесят к карабину, а заодно четыре пятнадцатизарядных магазина к нему. Еще выдали кустарного вида брезентовую подвесную, скорее даже разгрузку. Не ах, но нормально, будет куда магазины и прочее рассовать, даже рюкзак небольшой имеется.
Гранат никаких не дали, замбой сказал:
– Гранаты, каски и прочее - в оружейке, выдают дежурным мотомангруппам. А это забирай.
– А как потом со всем, когда домой пора?
– чуть растерялся от неясности.
– Можешь на склад сдавать, можешь с собой уносить, - пожал он плечами равнодушно.
– Оно на тебе числится, ты за него и в ответе. Большинство карабины с автоматами сдает, а короткоствол с собой уносит, с ним в общественные места ходить не запрещается.
– Так..., - кивнул я, выслушав его.
– А теперь мне куда?
– В ПБУ иди, к Антонову, тебя еще к группе прикрепить должны. А дальше уже сам все поймешь.
– Понял, спасибо.
Дальше я как по рельсам покатился. На ПБУ было все так же суетно, да еще и накурено, даже открытые окна не справлялись с оттоком табачного дыма. Кто-то ругался по телефону, двое переставляли флажки по карте, а один громко читал им какой-то список с адресами, Антонов же изучал какие-то бумаги в паке. Увидев меня лишь спросил, получил ли документы и оружие, а затем отправил меня вниз, на первый этаж.