Чтение онлайн

А я оглянулась на своих сопровождающих. Люди старались на меня не смотреть, будто я предала их доверие, будто обманула. Стало горько и обидно до слез. Сколько раз такое уже повторялось? Сначала в Ловецке с местными детьми, потом в Прелесе. Стоило хоть немножечко сблизиться с кем-то, понадеяться, будто у меня появились друзья, а потом все по накатанной. Люди узнавали, что я та самая отверженная принцесса и они становились отвратительно вежливыми и совершенно далекими людьми.

Я сжала зубы и взглянула на ненавистный венец, так хотелось зашвырнуть треклятую драгоценность куда подальше и забыть о

ней навсегда.

– Твои вещи, – голос Лауры вытащил меня из накатывающей пучины отчаянья.

– Спасибо, – ответила ей и через силу улыбнулась.

Лаура наклонила голову к плечу и тихо спросила:

– Значит просто Вержана, без титула?

Я медленно выдохнула и чуть сбавила шаг, чтобы поравняться с девушкой, а заодно с Рустамом, который шел рядом с нею и тоже косился в мою сторону.

– Ты что-нибудь слышала о третьей принцессе Витании?

Лаура задумалась, затем покачала головой.

– Прости, но единственное, что мне известно о королевской династии это общее количество принцесс, – Лаура вдруг умолкла и посмотрела на меня. – Да, и вообще пол материка втихомолку посмеивается обсуждая, как же ваш отец будет дочерей замуж-то выдавать. Принцев подходящего возраста раз два и обчелся, остальные либо женаты, либо еще не доросли, – девушка мне подмигнула, – хотя говорят, галисийский принц хорош собою.

– Настолько хорош, что от знатных девиц аж в соседнее государство смылся, – прокомментировала сеньорита телохранительница.

Лаура вздохнула.

– Вы знакомы? – спрашиваю, чтобы поддержать разговор.

– Нам доводилось встречаться, ведь дом Фалькони один главных поставщиков дворца, – ответила телохранительница Лауры, потом взглянула на меня, и улыбнулась: – а как по мне принц самый настоящий сорванец и…

– Хватит болтать, – буркнул Джереми кивая на особняк Рустама, – пришли уже.

Пришлось прервать беседу. Мы переступили порог и очутились в полумраке. Кто-то из стражей обо что-то споткнулся и сдавленно выругался.

– Подождите, я разожгу свечи! – попросил гостей Рустам.

– А где твоя прислуга, богач?

– Сегодня праздник, у слуг выходной, – ответил купец и довольно быстро вернулся со свечой в руке, разжег еще несколько и вручил стражникам. – Будет быстрее, если вы мне поможете.

Дважды просить не пришлось, а Конкрадов, будто позабыл, что хотел сделать, замер на месте и впился взглядом в Лауру. На лице улыбка, а в глазах сомнение. Что это с ним?

Тут к Рустаму подошла Мелисса.

– Я рада, что с вами все в порядке и…

– А как я рад, – несколько невежливо перебил Рустам, – до сих пор не верю своему счастью. Второй шанс выпадает раз в жизни, леди Реймс, и я не хочу его упустить, потому прошу меня простить, – он отвесил даме поклон и стремительным шагом направился к камину. Я не знаю, что он сделал, но в стене рядом с камином появилась небольшая ниша. Рустам сунул туда руку и вытащил какой-то маленький предмет. Не поняла, что он собрался делать? Все в гостиной замерли, видимо любопытство присуще не только женщинам.

Мужчина остановился напротив сеньориты воительницы, а я обалдела. Неужели он вернулся к первоначальному плану и…

– Я хочу вас попросить, – склонил голову он, – дозволите?

О чем это он? Хотелось спросить вслух, но момент как

бы был неподходящий. Сеньорита воительница нахмурилась.

– Говори!

– Не вмешивайтесь в мой разговор с Филлипой, позвольте ей самой принять решение.

– О чем они говорят? – шепотом спросил Джереми.

– Я пока сама не поняла.

Сеньорита воительница кивнула, а в следующий момент Рустам повернулся к Лауре, опустился на одно колено и протянул кольцо с бессовестно большим алмазом.

Джереми рядом со мной аж присвистнул при виде драгоценности.

– Филипа, мы познакомились совсем недавно и скорее всего мой поступок кажется тебе глупым и поспешным… Но я боюсь, что ты исчезнешь из моей жизни, так же стремительно как появилась. Ты мое самое большое чудо, я счастлив рядом с тобой. Мне безумно нравится твоя деловая хватка и ход твоих мыслей, а порой мне кажется будто мы чувствуем друг друга. Я просыпаюсь по утрам и первым делом ищу тебя взглядом. Я с ума схожу от твоей улыбки. Выходи за меня замуж, Филлипа, – он поймал ладонь растерянной девушки и надел колечко на пальчик.

– Но…

Опасаясь отказа Рустам крепче обхватил ладошку и поцеловал пальчики.

– Я богат, Филипа, ты ни в чем не будешь нуждаться. Если не пожелаешь оставаться здесь со мной, я перееду с тобой в Галисию, только скажи «да».

Вот это поворот, обалдела я и с сочувствием посмотрела на Лауру. Интересно, как она теперь будет выкручиваться. Сознается, что она и есть Фалькони или просто даст Рустаму отворот-поворот. Но ведь он не прикидывается, мне хочется верить, что его чувства настоящие.

Лаура же кусала губы и молчала, а Рустам с надеждой глядел на нее, пауза затягивалась.

– Рустам, я… Дай мне время на раздумья, все слишком быстро… и я не готова.

– Хорошо, как пожелаешь, – он снова осторожно коснулся губами ее руки, – главное ты сразу не сказала нет, это вселяет надежду.

– Чего встали? – сердито полюбопытствовала сеньорита воительница и окинула всех недовольным взглядом.

Народ вдруг опомнился и принялся расходиться.

– Я пойду к себе, – очень тихо буркнула Мелисса и вихрем унеслась из гостиной. Дальше разошлись стражи и охрана Фалькони.

Конкрадов посмотрел на меня, поклонился.

– Ваше высочество, благодарю за спасение, – прозвучало безукоризненно, но у меня невольно поникли плечи. Значит и он туда же.

– Не стоит благодарности, я сделала это по велению сердца и совести. Отдыхайте, у вас выдался тяжелый день.

Рустам еще раз поклонился и удалился.

– Значит по велению сердца и совести, – протянул Джереми.

– Вам что-то не нравится в формулировке?

– Отнюдь, – заулыбался граф, – мне бы только уточнить одну деталь.

– И?

– Письмо которое вы дали герцогу Глостерскому с оттиском печати градоправителя, откуда оно у вас? Все улики Гравис передал мне, а вам даже имени преступника не сообщали.

Я улыбнулась лорду во весь рот, ну что сказать – поймал, да. Но доказать мою причастность к чему-либо у него не получится.

– Знаете в чем прелесть быть принцессой? Я могу не отвечать на неудобные вопросы, – изрекла я и с чистой совестью вознамерилась покинуть общество Барлоу.

– Эти же вопросы вам могут задать уже другие люди!