Один плюс три
Шрифт:
– Заходите, господа, - от офицера.
'И всё?' Без помех зашли. Мэр, к моему удивлению, отсутствовал. В кабинете находились: градоначальник Ростова, генерал-полковник Зворыкин Иван Николаевич, три генерал-майора и полковник с аксельбантом Генерального штаба. И последовал короткий ввод в тему:
– ... мы тут решили подобрать для вас место будущей работы.
'Отдел кадров а ля милитари. Или по-быстрому спихнуть нас хотят', - подумал.
– Удивили вы нас, господин Борн, - Зворыкин, мужчина чуть за пятьдесят, оценивающе оглядел меня и Борисова. С интересом посмотрел на мой чемоданчик.
–
'А почему генерал не торопиться на место преступления? И нас, почему не прошманали, а?' - раздрай в голове.
– Э, показать, Иван Николаевич?
– спросил. О чинопочитании я как-то запамятовал, головной кавардак-с помешал.
– Покажите, э, Роман Михалыч, - Зворыкин на этом тоже не замарачивался, хотя у генералов Свиты глаза повылазили от удивления.
Чемоданчик переложил в правую руку. Посмотрел на Борисова. Тот играл роль "Каменного гостя". Щёлк, и МП 38 у меня в руках. Повёл стволом над головами остолбеневших членов HR-службы Донского края и, отсоединив магазин, положил пистолет-пулемёт перед Зворыкиным.
– Да-а-а, удивили вы нас, Борн, - голос генерала подсел, а подбородок уехал к плечу.
– Это ещё не всё!
– Борисов, выхватил Глок и нацелил в лоб сразу всем генералам. Выходку Борисова я поддержал, достал Иж-71, и навёл его в колено полковника. Полковник чуть побледнел, но колено не убрал. Генерал Зворыкин потянулся за МП-38.
– Не успеете, господа. У нас двадцать пять патронов в магазинах пистолетов.
– Так много?
– полковник опешил. И пистолеты, разряженные, мы положили на стол перед генералами.
– Лоханулись вы господа. У вас царей взрывают, а нас даже никто не спросил, есть ли у нас оружие, - Борисов цинично ухмылялся.
– А вообще-то мы вас и голыми руками... И Николаич провёл рукой по горлу.
'Кто ещё больше сдурел!' Пришлось отдавать свой ИЖ как презент, за такой вот "моветон" Борисова. Столбняк после этого у генералов прошёл.
– Господин полковник, хе-хе, не желаете побоксировать с господином Борном?
– нашёл младшего генерал.
– Увольте, Иван Николаевич. Тут один князь уже попробовал. И лоханулся.
"Отдел кадров' сдержанно засмеялся.
– Да, удивили вы нас господа потомки. И мы вас удивим, - глаза у Зворыкина стали лукавыми.
– Совет управляющих назначает вас, Роман Михайлолич, начальником Южной таможни. Тудух! Подобного совершенно не ожидал!
– А вас, Иван Николаевич, старшим егерем Южного кордона.
– Премного благодарны за оказанное доверие, ваше превосходительство, - Борисов гаркнул так, что уши заложило.
Я сглотнул и заторможено кивнул. Типа, отблагодарил. Оружие, с большой неохотой, нам вернули. Далее нам были названы наши начальники и 'валите на службу, господа'. Из кабинета мы вышли пораженными, и попали в толпу людей, складирующие шинели, пальто и шубы. И в этой толпе стоял Макс, растерянный, и почему то в летней полевой форме армии ФРГ. Раздрая в голове добавилось.
– Макс, тебя на службу взяли? Оба-на, блин, ещё один!
В дверях стоял настоящий Макс. Все вновь прибывшие, как зачарованные, смотрели на двух похожих парней, стоящих друг против друга. Сходство было - 100%. Ближе всех к парням протолкался Шатров.
– Солдатик, кто таков?
– спросил.
– Обер-капрал 3-го
отдельного охранного батальона СС Восточно-Прусской республики Любомир Штыць, панове полковник, - ответствовал двойник Шувалова.– Поразил. Эсэсовец?
– соорентировался Борисов.
– Так есть.
– А из какого года?
– спросил Николаевич, а на его лице хитрое выражение нарисовалось.
– Из 2010-го. Охранял склады житомирского военторга...
Но затем вопросы закончились, ибо всех вновь прибывших пригласили в кабинет.
– А эти в шубах, откуда?
– спросил Шатров у капитана. Тот смолчал. 'Пистон-то от Зворыкина получил-с!'
– Из 1916-го, с Луганского патронного завода, господин атаман. За Степной улицей появился, - пояснил помощник мэра. И стал сдержанно поздравлять меня и Борисова, и душевнее - Шатрова. Оказалось, что Николай II Шатрову погоны "обнулил" до полковника.
– Ну, полкан, с тебя простава, - бестактно шепнул Шатрову Николаич.
– Есстесственно...
Атаман исчез вместе с Борисовым. А я поехал к Перегудову, своему прямому начальнику. Отобедали, сдержанно, в его кабинете. Я только поковырялся в блюдах. Мышление темно тормозило. На обеде узнал, что начальником таможни меня назначили по протекции Перегудова, Бучкова, Шатрова и Тарапуньки. Того тоже назначили начальником таможни. Потом получил первичный инструктаж. Приказ и письменные инструкции ждали меня завтра.
Вернулся в "Асторию". В дверях номера торчал газетный листок. Развернул. Сверху было написано: "Голос разума". Короткий абзац сообщал, что на казачьей территории находятся 315178 человек. И дата - 1 августа 20 года освоения.
'Они и нас посчитали. Мда' ...и завалился спать, пополудни полпятого. Хороший способ отвлечься, знаете ли; из серии - 'всхрапни и всё пройдёт'.
Глава 21.
Проснулся от ударов в дверь. Выспался. На часах было без пяти минут восемь вечера. 'Опять жандармы нагрянули?' Но в номер ввалились Борисов с покупками, Шатров, "Ромео и Джульетта". Макс привёл Любомира.
– Борн, перезнакомься - Любомир Штыць, - Любомира переодели в цивильный костюм, - бывший солдат СС, а теперь свободный хакер.
– И стало их двое, - с ядом в голосе сказал Никита. Яд был с тайной. Пожал руку Любомиру.
– Прошу, господа и товарищи, присаживаетесь, - сказал, и гости расселись.
– Места всем хватило? Ну-с, как на сухую будем, аль как? Или с ужином?
– С ужином...
Спустились в ресторан. Откушали ростовских разносолов. На десерт меня дремучего, просветили.
– Борн, ты главное проспал. Прага тут нарисовалась ниже по течению, - неожиданную новость преподнёс атаман.
– И как реагируют наши власти?
– Посол туда поедет завтра.
– Посолтуда это хорошо. И что там у них?
– 27 октября 1928 года.
– Они славяне, надлежит им дружить с нами. Хлебов подкинем и 'алга', - сказанул Борисов.
– Должны,..
– и Шатров стал рассказывать о приёме его у императора: - ... нас троих в звании повысили: меня, Зворыкина и Муравьева. И император был не наш.