Чтение онлайн

Едва привыкнув к темноте, я внезапно оказываюсь вне ее: меня грубо, чуть ли не за шиворот, выдергивают из забытья. В эту реальность я падаю с громким неразборчивым воплем и наугад, еще не открыв глаза, бью, по сути, неправильно совсем, и рискуя переломать все костяшки; но подобные мелочи не имеют значения. Мое запястье ловят, словно сжимают стальными тисками, и бережно укладывают меня на кровать. Койка не скрипит, как обычно, щекой я чувствую мягкую простыню, пропахшую травами. От осознания того, что больше не в тюрьме, я резко распахиваю глаза, не обращая внимания на сверлящую боль в области висков.

— Влад? — я изумленно разглядываю

его, возящегося с какими-то склянками. — Мы где?

Привстав, я опять припадаю к кровати, оглушенная вспышкой перед глазами. Собственно, меня действительно этот вопрос волнует больше всего. На безумный миг кажется, что и сеть, и Велиар, и заточение были лишь кошмарным сном, и в это отчаянно хочется верить, но… Но таких подарков судьбы не бывает, да и на руке — пять воспаленных царапин. Значит, произошедшее вполне реально.

В комнате, где мы находимся, яркий свет, режущий привыкшие к темноте глаза, но он не от лампы или люстры; он попадает в просторное помещение через громадное окно, сквозь которое видны крыши домов. Мы все еще в Преисподней, судя по полосам прилипшего к стеклу алого песка, и мы во власти предателя Велиара. Но отношение к пленникам, как ни странно, изменилось: из тесной каморки в подземелье нас переместили в прямо-таки королевские апартаменты. Две широкие кровати, мягкий ворсистый ковер под ногами, на стене висит фреска — не самое приятное зрелище, эти пытаемые в глубинах Ада древние грешники, но наверняка оригинал. Комната поразительно сверкает чистотой… исключая ту часть, где стопками сложены книги, а по столу раскиданы сушеные пучки трав и какой-то иной дряни — это Влад уже расположился, похоже. Я с изумлением рассматриваю сие великолепие; приятно такое обращение, конечно, но с чего бы Велиару вдруг расщедриться?

— Сколько я спала? — уточняю, пытаясь определить время по солнцу. Небесное светило я не видела почти месяц, и теперь оно, адское, слишком тусклое и с оттенком в красноту, больное точно, кажется поразительно ярким и блистающим.

— Ты была без сознания примерно пару дней, — вздыхает Влад. — Когда ты упала, я пытался лечить, но болезнь оказалась запущенней, чем я думал, — ничего не получилось. Я уже было поверил, что ты умерла, но тут явился Велиар собственной персоной. — Влад молчит недолго. — Он был чем-то жутко обеспокоен, если не сказать напуган. Не спрашивай, почему, — сам не знаю. Перебросил нас сюда, лекаря прислал. Ну, его я быстро выгнал…

Раздумывая над действиями Велиара, я молчу. Эта история выглядит слишком уж подозрительно.

— Спасибо, — подумав, говорю я.

Влад с улыбкой кивает — рад, что получилось выходить, хотя он в лечащей магии достаточно плох, чтобы не подпускать его к раненым в обычное время. Как я понимаю, отпаивали меня травяными настоями по знаменитым рецептам бабки-ведьмы.

— Мы свободны? — интересуюсь я.

Будь мы свободны, я бы очнулась у себя дома или, к примеру, в госпитале при Дворце, как было уже много раз. Так что мысль довольно-таки глупая, но попытаться стоило из интереса.

Он качает головой и показательно задирает рукава рубашки: его правую руку оплетает сложная татуировка в виде околокитайского хищно изогнувшегося дракона. Рисунка я прежде не замечала, а подобное художество сложно пропустить мимо глаз. Охваченная внезапной догадкой, я поворачиваю голову и обнаруживаю точно такую же на своем теле. Ясно, сдерживающее заклинание: вздумаю дернуться — руки оторвет напрочь. Кандалы мне как-то больше нравились.

— Снять можно?

— Я в процессе, — уклончиво отвечает Влад.

Встав, я неторопливо обхожу комнату. На небольшом столике возле кровати стоит поднос с аппетитно пахнущим мясом и стаканом сока. Самого хренового томатного сока в этой Вселенной,

но я с наслаждением обнюхиваю еду, блаженно щурясь. Живот сводит голодной судорогой, и я понимаю, что все же очень хочу есть.

— А ничего, что мясо серое? — вежливо интересуется Влад.

— Адские кролики, — невозмутимо отвечаю я. — В лесу Самоубийц водятся; жуткие твари, но вкусные. Попробуешь?

Задумчиво глянув на мясо, Влад решительно отказывается. Ну, дело его.

За завтраком, хотя вроде бы время уже обеденное, я прикидываю, что могло так напугать Велиара. Удобно устроившись на кровати с греющей пальцы чашкой отвара, слежу краем глаза за окном. Город ничуть не изменился, ведь месяц — ничтожно малый срок для Преисподней. В воздухе — какие-то Падшие, крики демонов доносятся сквозь тонкое стекло, но не те крики боли и отчаяния, а вполне себе повседневная болтовня. Столица выглядит слишком уж жизнерадостно. Разумеется, такой вывод я делаю отчасти из-за того, что провела много времени в тюрьме, все теперь кажется чересчур ярким; но, с другой стороны, я правда не чувствую никаких отголосков войны, обычно доносящихся и до Столицы: дым костров, раненые на улицах, вместе с песком ветер вырванные белые перья вьет.

Мы что, правда вышли из войны? Лишились всего достигнутого за это время, стоило мне исчезнуть? Я чувствую, как задыхаюсь, как обида встает в горле комом. Чем Люцифер думал?! Нам срочно нужно выбираться отсюда и добраться до Сатаны. Может, он объяснит, что за ересь тут происходит.

— Окно не разбить, я пробовал, — угадывает мои мысли Влад. — Велиар обо всем позаботился, не хочет, чтобы мы сбежали. С дверью та же история.

— Кто-то же должен войти, завтрак ведь принесли?

— Принесли. Но я не стал рисковать, пока ты была без сознания и не могла бежать.

Мы старательно смотрим в разные стороны, делая вид, что заняты чем-то исключительно важным. Никому не хочется признаваться: это пугает получше вечного заключения в тюрьме. Такое ощущение, что нас специально забрали из ада и отправили в искусственный рай. Но вот от вида чистой комнаты меня воротит.

— Ты бежать-то сможешь?

Опасения Влада обоснованы: хотя я быстро восстанавливаюсь, все еще слаба для побега. Лететь я сейчас, пожалуй, не смогу, но сбежать по земле… можно рискнуть. Я киваю: на последнем дыхании, но уползу отсюда.

Плана ни у кого нет, а лабиринты замка мы представляем весьма пространно, и потому побег наверняка провалится, но это не останавливает. Влад, пожалуй, всегда был единственным другом, кто отчасти даже понимал мои затеи с полуслова. В каком-то смысле повезло: Влада не надо прикрывать, да он сам может меня защитить, если что-то пойдет не так. Точнее, когда что-то пойдет не так.

Спустя несколько часов, когда солнце уже начинает клониться к закату, я все чаще оглядываюсь на дверь. Припрятав в рукав рубахи тупой короткий нож, который мне предоставили вместе с завтраком, и перьевую ручку, найденную под кроватью, я считаю, что вполне готова к встрече с Велиаром. Ручкой Высшего демона не убьешь, но я знаю, куда бить, чтобы он дольше регенерировал.

Мы весь день ожидаем, когда же дверь наконец откроется, но когда она резко распахивается, а на пороге появляется демон, я немного путаюсь, но решаю пока не нападать: у слуги явно какое-то послание нам.

— Что еще? — грубо обрываю я невразумительную речь демона.

— И-извольте повежливей! — рискует он, кладет что-то на кровать и медленно, словно от дикого зверя, готового в любой момент на него броситься, отступает назад.

Я с аналогичной опаской приближаюсь к свертку, ругая себя за глупость. Ну не ядовитые змеи там, в самом деле! Если бы Велиар хотел меня убить, он не стал бы меня лечить, так что бояться нечего.