Обрушившая мир
Шрифт:
Встревоженный моим криком, лагерь вскидывается; демоны вскакивают с мест, хватаются за оружие, забыв про недавние раны, но некоторым не хватает скорости: копья частоколом становятся в ряд, пригвождая многих к земле.
С неба сыплется золото, как капли дождя, никогда не существовавшего в Чистилище, словно небеса плачут. Скорее уж смеются навзрыд, видя нашу бесславную гибель, криво усмехаюсь я.
Толкаю Ройса в укрытие. Небо грохочет оружием, заходясь хохотом. Гарнизон медленно втаптывают в песок.
— Где командир? — я дергаю ближайшего демона в мундире.
— К-кажется,
До всех не сразу доходит, что гарнизон, вообще-то, без главнокомандующего остался. Когда они это понимают, начинается полнейший хаос, который могут создать только перепуганные демоны, потерявшие половину товарищей за считанные секунды. Их слабо пытаются сдержать офицеры, но ни к чему хорошему это не приводит. Последняя Война во всем ее блеске, как же…
Мы — уставший гарнизон, потрепанный и вымученный прошлым боем, а они — свежее подкрепление в тысячу крыл. Исход, по-моему, очевиден для любого здравомыслящего существа. Поэтому я встряхиваю какого-то майора, судя по разноцветным полосам на рукаве. Демон щерится, скалит клыки, но потом осознает, что к светлым в небе я не имею никакого отношения.
— Стройте своих, — отрывисто приказываю я. — Живее!
— Ты же ангел, не пойдут…
— Да хоть Папа Римский! — истерично взвизгиваю я. — Нас всех прикончат, если не попытаемся контратаковать и сбежать!
Автоматически кивнув, майор растворяется в толпе, расталкивая демонов к их командирам. Ладно, дисциплина оставляет лучшего желать, но какой-никакой отряд у меня есть. Ряды сильно выкошены, многие ранены, однако это вроде как не главное, да?
— Клетки! — кричу я. — Отпирайте, пока они…
Ангелы идут на снижение. Насколько их знаю, есть еще немного времени, прежде чем крылатое воинство обрушится вниз с мечами наперевес.
— Это… — неуверенно блеет кто-то. — По приказу… нельзя. Только в самой крайней ситуации.
— Крайней некуда, ебанат! — рычу я так, что демон аж вздрагивает. — Давайте, прямой приказ Люцифера!
Разумеется, ничего такого Сатана никогда не поручал, но, думаю, можно немного соврать ради спасения. Половина солдат не знает, что в тех клетках, ночами перевозимых из Столицы. Я знаю: шанс уйти из этой битвы живыми и, может, не потерять позиции. Несколько демонов возятся с засовами; клетки, с которых сдернули плотную темную ткань, дрожат, и изнутри раздается пронзительный визг, от которого хочется заткнуть уши. Засовы старые — не поддаются. Потеряв терпение, кто-то сносит их ударом меча.
Когда ангелы закладывают вираж, клетки открываются, распахивая железные двери. Визг становится просто нестерпимым, поистине зубодробительным, и из темноты внезапно вырываются черные вихри из грубой кожи, перьев и еще чего-то там. Гарпии, заливаясь криком, налетают на идеальный строй светлокрылых, рассеивают их, разбрасывают по небу. Эти твари отличаются разумом меньшим, чем адские псы, но, в отличие от последних, способны летать и сдергивать на землю ангелов, хватая их за перья и камнем утягивая вниз, где ошеломленного светлокрылого
ждут мечи демонов.Я не питаю пустых надежд: надолго гарпии не задержат дисциплинированных ангелов, поэтому нужно спешить. Не церемонясь, приказываю сматываться, едва первая гарпия, проливая кровь, падает на песок. Командиры смотрят на меня так, будто не понимают слов. Разрубленная пополам гарпия обрушивается в метре от Ройса, он оторопело оттирает кровь с лица.
— Уходим! — еще раз кричу я, и меня определенно слышно на фоне визга и лязга оружия.
— Мы не можем отступить! — кричит надоедливый майор.
Кричит он, а у самого глаза бегают и руки трясутся от ужаса, и все равно демон не может избавиться от внушенного — не отступать. Ангелов так же учат, в этом мы похожи. Но, в отличие от многих, я знаю, что приказы на поле боя исполняются не все.
Светлые почти справились с гарпиями, и я спешно передаю командование знакомому по двору Люцифера демону, а сама, схватив Ройса, тащу к ошметкам его отряда — где-то тут должна быть Ишим. На крик демоница не откликается, и Ройс настороженно посматривает наверх, пока я ищу ее среди павших. Ройс тихо шепчет себе под нос — молитву невесть кому.
Гарнизон медленно уползает, теряя кровь, но хотя бы половина демонов уходит. Спасены, ну надо же. Но вот Ишим среди них нет, точно знаю. В душе что-то обрывается. Она не могла погибнуть так глупо, не могла…
— Кара! — Ройс крепко вцепляется в руку, отдергивая меня от незнакомой покойницы с пустыми глазами. — Смотри!
Указывает он куда-то наверх, и я тоже обращаюсь туда, где беспорядочно мечутся обезумевшие гарпии, падающие вниз с надрывным птичьим криком. Посреди этого темного мельтешения я вижу несколько белокрылых фигур, у которых не оружие в руках, а… Я на мгновение узнаю маленькую фигурку, которая вертится змейкой, пытается вывернуться: лучше смерть, чем ангельский плен.
— Они тоже пленных берут, — догадывается Ройс. — Им надо понять, что мы задумали! Кара…
В его голосе слышится беспокойство и попытка удержать; Ройс отлично меня знает и понимает, что я сделаю все, чтобы вернуть Ишим, и против полного боевого строя выступлю. Я оправдываю его ожидания: подрываюсь вверх, часто загребая крыльями и стремясь нагнать ангелов. У них большая фора, а я стремительней — выжимаю всю скорость, на которую способна. Перед глазами пляшут темные точки: еще слишком слаба для таких погонь, голова кружится.
Никто и не думал, что это будет легко, думаю я, парируя колющий удар ангела; я проваливаюсь вниз, вспарываю живот противника и отшвыриваю его на следующего приближающегося светлого. Со смехом я вспоминаю те времена, когда не могла сражаться с бывшими братьями. Почему, интересно? На душе легко так, сладко, когда кровь ангелов рекой течет.
Пытаясь выиграть время, я порхаю от одного воина к другому, постепенно поднимаясь и сберегая силы для последнего рывка. Белые перья, мелькающие перед глазами, начинают сильно раздражать. Широким взмахом я собираюсь снести голову пикирующего на меня ангела, но меч, как назло, застревает в броне, и, высвобождая его, я трачу драгоценные мгновения.