Чтение онлайн

На крыше его уже точно не было.

Между домами уже виднелись серые лохмотья безумцев, и быстро стало не до того, впрочем. Верная сталь ятаганов не подвела; поначалу конники распространились по всему району, рубя и топча безумцев на улицах, а потом подтянулись и пешие бойцы, заполонили переулки. Острон поискал глазами Халика; великан верхом на здоровенном коне отыскался быстро, и парень устремился к нему. Он почти боялся: удастся ли снова разжечь огонь? Но, в любом случае, теперь этого делать было нельзя: люди врывались в развалины домов, и нельзя было вызвать пламя, чтобы не опалить им кого-то из своих.

Снова затрубили рога. Острон то и дело оглядывался, ища человека в сером плаще. Ни

намека; ему померещилось было что-то серое на крыше одного из домов, но потом оттуда шлепнулся какой-то одержимый, самый обычный, и Острон облегченно вздохнул. Услышал знакомый голос: его догнал Ниаматулла, растрепанный, потерявший где-то свой мауд, и хлопнул по плечу.

– - Жив, проныра, -- обрадовался Острон.
– - Хансу видел?

– - Он где-то там, -- неопределенно махнул рукой Улла; они пошли по расчищенной улице, вместе с другими стражами Эль Хайрана, направляясь к здоровенной фигуре Халика впереди.
– - Дерется, как лев. Ты бы видел, как он схватил одного безумца и ка-ак швырнет!..

– - Умница.

Халик поджидал отряды на перекрестке двух широких улиц, оглядывая их с высоты своего коня. Увидев Острона, он будто бы коротко кивнул сам себе.

– - Очищен ли район?
– - спросил он, когда боец в остроконечном шлеме сотника подбежал к нему.

– - Да, генерал. Какие приказы?

– - Для начала пусть первый и второй тумены войдут в город, -- отозвался Халик, оглянулся.
– - Сунгай?

– - Хамсин докладывает, -- сказал тот, неведомо каким образом оказавшись точно за спиной слуги Мубаррада, -- третий и четвертый тумены окружили северную стену Тейшарка, как и планировалось. Первый тумен, судя по всему, уже полностью в городе, второй еще в воротах.

Халик кивнул. Острон наконец пробился к нему, встал рядом.

– - Халик, -- окликнул он, -- ты знаешь, что это... был за человек?

Великан помолчал. Потом медленно качнул головой:

– - Понятия не имею.

– - Он... я как будто... потерял Дар, -- голос Острона резко стих и упал до шепота на последних словах.
– - Скажи, этого ведь не может быть?

– - ...Не думаю, -- пробормотал Халик.
– - Я тоже не мог использовать пламя. Но сейчас могу.

Он приподнял один ятаган, и по его лезвию скользнул синеватый огонек. Острон бросил взгляд на свою ладонь; огонь действительно снова слушался его, как ни в чем ни бывало.

– - Это все... тот человек, -- убежденно сказал.
– - Такой странный. Не марид, но и не безумец как будто. Ты когда-нибудь слышал о таких, как он?

– - Не знаю, -- угрюмо ответил Халик.

– - Я читал, -- неожиданно раздался голос Басира за спиной Острона; тот обернулся. Басир по-прежнему был верхом на лошади, хотя в его единственной левой руке был окровавленный ятаган.

– - Что ты читал?

– - Ну... на самом деле, это было больше похоже на сказки, -- нерешительно ответил китаб.
– - В одной из очень старых книг говорилось, что у темного бога на Дар всех шести есть... свой ответ. Иначе Одаренные победили бы его много веков назад, не считаете? Вот, это все, что там было написано, но я так подумал... может быть, мариды -- ответ темного бога на Дар Ансари? Тогда должны быть еще пять...

– - В общем, это все только твои догадки, -- вздохнул Халик. Басир немного пристыженно кивнул.

– - Но этот человек не дал мне использовать огонь, -- возразил Острон. Сунгай пожал плечами:

– - Я ничего не почувствовал.

– - Ты Одаренный Сирхана.

Они переглянулись.

– - Не время строить предположения, -- угрюмо сказал наконец слуга Мубаррада.
– - Мы должны двигаться дальше, пока не достигнем цитадели. Сунгай, что говорят птицы? Велики ли наши потери?

– - Они говорят, -- Сунгай оглянулся, -- тел в серых лохмотьях

больше, чем бурнусов. Гораздо больше.

– - Пока мы легко отделались. Ну что же... вперед.

Басир поднял рог и затрубил в него; с улиц ему ответили другие. Халик пришпорил коня и направился по улице, ведшей прямиком к цитадели. Острон и Улла побежали следом. Очень скоро их окружили другие воины, и между пешими бойцами скользили верховые.

Острон продолжал оглядываться на бегу. Временами он видел одержимых, которые кидались на них из-за полуразрушенных заборов, прыгали с крыш домов; и тех было немного. Он боялся вновь заметить серый плащ.

Он не видел, что человек в сером плаще стоит на одной из самых высоких башен города, сложив руки на груди, и смотрит сверху вниз на отряды стражей Эль Хайрана, понемногу отвоевывающие город. У этого человека было очень бледное лицо, обрамленное короткой черной бородкой; ни следа безумия на этом лице не было, если не считать, быть может, глаз. Очень холодных глаз, радужка в которых сливалась по цвету с белком.

***

Небо по-прежнему было закрыто плотными тучами. Ни намека на солнечные лучи; но это была не тьма, призрачный свет окутывал город, обесцвечивая его, делая монохромным, и когда Острон сообразил, что ему это напоминает, он поежился.

Хафира.

Тейшарк уже несколько месяцев принадлежал Хафире.

Одержимых поначалу было не очень много, но уже через квартал их стало куда больше, а потом по спине Острона побежали сильные мурашки.

– - Марид впереди!
– - крикнул он, готовясь к бою.
– - Будьте начеку!

– - Всю жизнь буду тебе завидовать, -- сбоку отозвался Ниаматулла, -- я ничего не чувствую. Где он?

– - ...Прямо над тобой, идиот!

Улла вовремя кувыркнулся, уходя от удара сверху; Острон вместо него кинулся вперед, и его ятаган хищно звякнул о лезвие клинка марида. На этот раз Острон не боялся чудовища: его со всех сторон окружали другие стражи, и всего лишь секундой позже над макушками просвистела метко выпущенная стрела, вошедшая мариду точно в глаз. Это его не убило, но заставило помедлить, а Острону вполне хватило этого времени, чтобы отрубить патлатую голову.

– - Он не один!
– - крикнул он и побежал вперед. Он был не единственным, кто выкрикивал это слово; где-то впереди оглушительно ревел командир Усман, предупреждая людей, и другие вопли доносились со всех сторон. Хотя и не все, но многие стражи Эль Хайрана взяли с собой в этот поход небольшие серебряные ножи: большой урон ими причинить, возможно, было нельзя, но сталь маридов не брала, а таким ножом их все-таки можно было уничтожить.

Сколько времени прошло, Острон не считал. Люди отрядами продвигались по улицам к своей главной цели: обезображенной, полуразвалившейся цитадели в центре города. Где-то впереди шел Халик, спешившийся на полпути. Над головами кружили птицы, и хищные неясыти время от времени ныряли вниз, чтобы выклевать своей новой жертве безумные глаза. Огромный пустынный лев сколько-то шел рядом с Остроном, -- возможно, тот же самый, которого он видел у ног Сунгая, -- и иногда с рыком напрыгивал на выскочившего из-за угла одержимого.

Временами Острон вспоминал о странном человеке в сером плаще, но понемногу он стал отбрасывать эту мысль: даже если тот человек появится вновь, на Дар Сунгая он не оказывает никакого влияния, и старая добрая сталь, -- ну, на худой конец серебро, -- точно нанесет прислужнику темного бога ущерб. К тому же, впереди был Халик. Халик казался несокрушимым и непобедимым.

Он почувствовал холод, но не сразу обратил внимание. По улицам по-прежнему мел пробирающий до костей косонг; бурнус Острон давно потерял, а рубаха его напиталась чужой кровью и мокро липла к телу. Холод понемногу усиливался.