Чтение онлайн

Самбук казался таким безнадежно хрупким на фоне этой огромной волны. И вот она начала падать, быстрей и быстрей... Острону хотелось закричать во все горло. Сафир вцепилась в его рубаху обеими руками, боясь упасть. Все произошло в один момент; вот еще самбук был на вершине волны, и вдруг она распласталась по берегу, и люди, стоявшие на палубе, попадали. В остальном приземление оказалось на чудо мягким; вода с шипеньем возвращалась в реку, и корабль немного накренился.

– - Выводи лошадей, -- отдал приказ Дагман.
– - Ну все, это было мое последнее плаванье, чтоб меня морские черти порвали!

С этим криком он по-залихватски первым спрыгнул на землю. Потом громко выругался: сапоги капитана по щиколотку

ушли в грязь.

Берег представлял собой жалкое зрелище. Обломки деревьев виднелись тут и там: гигантской волной накрыло и их, и многие стволы не выдержали веса воды, сломались, как лучинки. В реке плыли вперемешку бревна и иные темные предметы, которые люди с корабля постарались не рассматривать. Когда-то давно, по примерным соображениям Острона, в этом месте находился ахад Дарваза; много месяцев назад уже покинули его жители, и от самого ахада камня на камне не осталось, поначалу заброшенные дома разрушали ветры и дожди, потом пришли безумцы, и наконец сама Харрод по приказу Одаренного Гайят взбеленилась и поглотила то, что еще сохранялось.

Лошади нервно прядали ушами, но все еще были в подчинении у Сунгая, к тому же, все они до единой были натренированными и стойко переносили опасности. Стражи под командой Алии по одной вывели их из трюма, кое-как заставили спуститься по скособоченной палубе к брошенному трапу; сам джейфар точно так же в грязи стоял уже внизу и сосредоточенно следил за ними. Хамсин не было: никак уже улетела на разведку. Последним с корабля сошел Искандер, вид у которого был неважный.

– - Не так-то это было просто, -- пробормотал он в ответ на вопрос Острона.
– - Голова кружится. Я чувствовал себя так, будто поднимаю вес дважды больше собственного.

Несколько минут спустя вернулась и Хамсин, о чем-то доложила Сунгаю; тот покивал головой.

– - Седлаем лошадей и двигаемся на юг, -- потом крикнул он, обводя людей взглядом.
– - Медлить нельзя.

Все последовали его команде, и вскоре конники Алии уже выстроились ровным прямоугольником, готовые ехать за своим командиром, а остальные оказались впереди, и Острон обнаружил, что они с Сунгаем опять возглавляют отряд. Джейфар хмуро оглядывался, сова сидела на его плече.

– - Что видела Хамсин? Много одержимых в округе?
– - спросил Острон, когда тот уже тронул своего коня.

– - Большая толпа движется нам наперерез с востока, -- отозвался Сунгай.
– - Видимо, они собирались переправляться на правый берег, да темный бог срочно отправил их в атаку на нас. Я думаю, имеет смысл нам направиться им навстречу, ведь безумцы, судя по всему, шли без остановок все два дня. Убегать от них бесполезно, рано или поздно все равно придется сражаться.

– - Да, -- кивнул Острон, оглядываясь.
– - Да и люди все равно ожидают драки, только посмотри на них.

Сунгай криво усмехнулся, и его конь перешел на резвую рысь.

– - Хамсин говорит, до них не больше фарсанга, -- предупредил он, и Острон крикнул, обернувшись:

– - Впереди толпа безумцев! Готовьтесь к бою!

Лошади, хоть и все еще взволнованные после такой страшной высадки на берегу, легко несли их; Острон мог почти что чувствовать нетерпение воинов за своей спиной, Северные стражи горели желанием сразиться и доказать Одаренным, что были избраны не зря, да и для остальных это сражение станет чем-то вроде символа: знак того, что они начали свой путь и ступили на южный берег Харрод, готовые одержать победу или погибнуть. Первыми врага увидели Острон и Сунгай, мчавшиеся впереди, и Сунгай выхватил ятаган, а Острон передернул плечами в таком знакомом его спутникам жесте, и перед ними резко вспыхнула стена огня, двинулась вперед: быстрее лошадей, быстрее ветра. Одержимых было слишком много, пламя встретило первых бежавших, и по сухой жженой земле покатились пылающие тела, но чем дальше в толпу

проникал огонь, тем меньше становился: они тушили его собой, и вот уже ятаган Сунгая нашел первую горящую цель, а за ней сразу же и вторую. Вдруг гулко разорвалось что-то далеко впереди, в самой гуще одержимых: Леарза пустил в ход свои звезды, зная, что от его ятагана толку будет не слишком много. Тем временем остальные всадники нагнали своих предводителей, и прямоугольник Северной Стражи растекся тонким слоем, встречая бешено орущих одержимых лязгом кривых мечей. Хамсин, кружившей над полем брани, предстал необыкновенный вид: как стальной скребок убирает с поверхности грязь, так конники в блестящих доспехах смяли одержимых, накатились на них волной смерти, их огромные лошади топтали врага копытами, ятаганы рубили головы.

Лишь один человек не участвовал в битве: Элизбар, сидевший на своем коне, сосредоточенно хмурился, и его глаза блестели. Он впервые за долгое время использовал свой Дар на полную силу и знал, что потом голова будет просто раскалываться от боли, но ему было все равно. Безумцы, атаковавшие отряд Одаренных, были уставшими и плохо вооруженными, но все же их была огромная толпа, и иногда зазубренные палаши дурной ковки находили цель; вот только царапины затягивались мгновенно, а метко пущенная кем-то стрела, засев в предплечье одного из стражей, даже внезапно сама вылетела из раны, словно кто-то выдернул ее.

Сражение длилось не дольше получаса, одержимых становилось все меньше, и наконец небольшая кучка их вдруг подалась назад, и они кинулись бежать; Сунгай было поскакал следом, в пылу драки ничего не желая, кроме как рубить их, но Острон окликнул его:

– - Погоди!

Они столпились вокруг Одаренного нари, тяжело дыша, и кто-то вдруг засмеялся. Улыбка была и на лице Хансы, подъехавшего к Острону в тот момент; парень радостно сообщил:

– - Подумать только, да мы могли бы справиться и впятером, честное слово! Если так и дальше пойдет, мы!..

– - Не глупи, -- оборвал его Сунгай, вернувшийся к ним.
– - Это только начало. Ты слышал, что сказал Исан? Это нечистокровные безумцы, просто жалкие пешки, которыми темный бог наверняка и не надеется уничтожить нас, лишь измотать. Перед нами еще добрый месяц пути, и кто знает, что нас там ждет?

– - Не забывай, у них еще три долгара, если верить Исану, -- помягче добавил Острон.
– - И Мубаррад его знает сколько маридов.

– - ...И, возможно, другие, -- пробормотал Искандер.

Джейфар между тем оглянулся на убегающих врагов, нахмурился:

– - Может быть, лучше добить их, Острон?

– - Ни к чему, -- возразил нари.
– - Если они снова нападут, тогда мы убьем их. А пока... крови хватит на всех, Сунгай. Давай не будем мешкать и отправимся на юг.

Сунгай склонил голову.

– - Хорошо, ты прав. Я полагаю, ты все же хочешь, чтобы путь выбирал я.

– - Конечно.

Оставив после себя усыпанное телами поле боя, они отправились в дорогу; джейфар поехал впереди, и Острон чуть отстал от него; он оглядывался на остальных своих спутников, отметил, что у большинства из них после одержанной над таким числом противников победы настроение боевое. Это было хорошо. Полно еще будет времени для того, чтоб впасть в отчаяние...

Они обсуждали дорогу, которой направятся в Эль Габра, вчера ночью на крошечном совете избранных: только сами Одаренные (Ханса при этом бессовестно уснул на топчане, уверенный, что за широким плечом Искандера его не видно) и Исан, без которого обойтись было пока нельзя. Белоглазый по просьбе Острона набросал угольком на куске пергамента примерную карту, отметил жирным пятном черное сердце Хафиры, ткнул углем в наспех нарисованный ромб -- Тейшарк -- и сказал:

– - Кратчайший путь я знаю отсюда. Как мы доберемся до этой точки, меня не волнует, я только поведу вас дальше.