Кровь Драконов
Шрифт:
Дракон высоко держал голову, и, казалось, смотрел вдаль. Задумался ли он, или просто хотел, чтобы ничтожные человечишки отстали от него, чтобы он снова мог спокойно взмыть в воздух и отдаться охоте?
Он нехотя заговорил. — Люди уязвимы для драконов. В древности мы сознательно изменяли некоторых из вас, чтобы вы лучше подходили на роль спутников и слуг нашего рода. Вы так недолго жили, что для нас было почти невозможно успеть достичь полноценной связи с человеком до того, как он умирал. Поэтому мы допускали и формировали изменения в тех, кто казался наиболее подходящим для жизни рядом с нами. Но вскоре люди узнали, что любое воздействие драконов и вещей драконов может изменить любого человека, и что эти изменения не всегда во благо. Так что те, кто находил удовольствие и видел свое предназначение
— Те кто хотели оставаться неизмененными время от времени осмеливались приезжать в такие города, но редко и осознавая сопряженные риски. Здесь в Кельсингре жили Элдерлинги. Люди жили и работали в другом поселении, на другом берегу реки. Остальные жили за городом, вдали от его мерцающих серебром каменных стен, где они выращивали скот или заботились об урожае. Все знали о рисках и те кто принимал их, делали это по своей воле. Сознательно, мы не хотели нанести людям вред, если так и случилось, они сами навлекли это на себя.
Были это только его слова или он призвал воспоминания из камня? Малта чувствовала себя словно была в трансе, как будто она видела то о чем он рассказывал. Она могла видеть эту площадь заполненную людьми разговаривающими друг с другом на весеннем солнце. Элдерлинг в серебряных перчатках с тремя тонко сделанными марионетками подвешенными к пальцам, окликнул троих стройных женщин, несущих сверкающие свирели. Одна из них поднесла свою к губам и заиграла ему в ответ, кто-то из прохожих рассмеялся над этим обменом. Среди Элдерлингов показался огромный фиолетовый дракон, его крылья отливали серебром, на нем была изящная золотая броня покрытая тысячами крохотных бубенчиков. Толпа расступилась перед ним и многие Элдерлинги выкрикивали приветствия или кланялись ему когда он проходил. Бубенцы издавали приятный звук тонко позвякивая. Предок Меркора? Великолепная сцена померкла и она снова оказалась на ветреной площади и слушала то, что он говорил.
— Когда драконы и Элдерлинги исчезли из мира, в места где мы некогда процветали, пришли люди. Вы обнаружили магию созданную Элдерлингами и места которые они разделяли с драконами. Вы использовали их вещи и жили там, где некогда гуляли и жили драконы. Оставалось достаточно следов, чтобы те кто жили в этих местах изменились. Но изменения были случайными, не оформленными драконами и часто неприятными и опасными.
— Итак, вы были хранителями, когда впервые пришли служить нам. Измененные близостью к тому, что создали драконы, но еще не на пути к тому, чтобы стать настоящими Элдерлингами. Но используя кровь, чтобы привязать вас к нам, мы могли придать вам форму, чтобы вы стали более полезными. Для этого в крови драконов есть Серебро и мы наиболее сильны, когда наша кровь полна им. Мы были лишены Серебра, но все же, каждый из нас мог создать Элдерлинга себе в услужение. И мы вас изменили, сделали вас Элдерлингами и если вы захотите завести ребенка, мы можем изменить и его. Но ни один дракон не может изменить то, что начал другой, не больше чем человек может изменить чужого ребенка. Сама Тинталья могла бы помочь вашему ребенку, но ни один из нас не сможет.
В его тоне не было и намека на извинения, и та часть Малты, что оставалась спокойной задумалась, а есть ли у драконов представление о том, что можно сожалеть о содеянном или нести ответственность за боль, которую может принести их безответственность. Страх неожиданно исчез, осталась лишь ярость. Если ее сын не выживет, какая разница, что этот дракон может сделать с ней? Она резко вышла вперед, едва не оттерев Элис плечом, чтобы оказаться перед Меркором. Сделав это, она почувствовала, что кожа ее порозовела от ярости и поняла, что гребень у нее на лбу и ее чешуя стали ярче.
— Я никогда не просила об этом! — Ее тихий голос срывался от злости и горечи. — Тинталья никогда не спрашивала нашего согласия на изменения, которые пережили Рейн и я, не говоря о том, чтобы предупредить о том, что наш ребенок может пострадать из-за них. Перемены принесли нам красоту и удовольствие, но мы бы никогда не согласились на них, если бы знали какую цену придется заплатить! И я никогда не пила кровь Тинтальи! Как тогда, мои изменения могут быть вызваны ею?
Дракон
склонил голову и посмотрел на нее сверху вниз. В его черных глазах кружились серебряные вспышки, словно затянутые в огромные водовороты. Но его ответ был скорее задумчивым, чем гневным. — Ты оказалась с ней рядом в какой-то момент. Ты прикасалась руками к кокону дракона? Разделяла с ней мысли на протяжении долгого времени, может вдыхала тепло ее дыхания?Рейн тихо заговорил, скорее обращаясь к ней, чем к дракону. — Мы с Сельденом были там, когда она выбралась из кокона. Воздух был полон запахом дракона, мы оба вдыхали его.
Я тоже была там, в той самой комнате. И Са знает, я разделяла ее мысли в тот момент. Но…
Неожиданно Меркор издал нетерпеливый звук, прервавший ее. Он посмотрел вверх, на утреннее небо, как будто хотел взлететь и приступить к дневной охоте. Остальные драконы уже улетели. Он один задержался и она знала, что он не останется надолго. Когда он снова посмотрел на Малту, темная жидкость его огромных глаз вращалась медленнее. Он долго изучал ее. Сильное любопытство прозвучало в заданном им вопросе: — Почему ты задаешь столько вопросов, Малта Вестрит Хурпус? — Малта могла чувствовать, как он мягко пытается вынудить ее дать честный ответ, используя полное имя. — Тебя осознанно изменили Серебром. Запах этой магии исходит от тебя и будит мою жажду по ней. Зачем ты задаешь вопросы, когда на самом деле, отлично знаешь ответы.
— Меня? Тинталья пометила меня синим, а не серебряным! — Она посмотрела на чешуйки на своих руках, пытаясь понять смысл его слов.
Меркор презрительно фыркнул. — Ты носишь печать Серебра сзади на шее. Я до сих пор чувствую ее запах, хоть ты и носишь ее уже много лет. Кто-то коснулся тебя зная что делает и с преследуя какую-то цель. Он направил твой путь, чтобы ты смогла выполнить великое деяние. — Дракон склонился к ней так, что она увидела отражение своего изумленного лица в его сверкающем черном глазе. — Откуда взялось Серебро, которое отметило твою шею? Ты должна знать, как велика наша нужда в нем! Ты пришла к нам с просьбой о помощи, но скрыла от нас, откуда взялось Серебро, которое начало твое изменение.
Рука Малты легла на тыльную часть шеи. — Я не знаю о чем ты говоришь! — смущенно сказала она. Но она знала о едва заметных серебряных чешуйках, каждая отметка размером со след от пальца. Никогда раньше она не связывала их с драконами. Отметки появились с того дня, когда ее семья была на Совершенном, задолго до того, как падение Удачного заставило ее бежать в Дождевые Чащобы и в конце концов привело в комнату, где хранились драконьи коконы. Не дракон оставил их на ней. Тинталья была ответственна за многое в ее жизни, но не за эти метки.
Рейн высказался в ее защиту. — У нее всегда были эти метки. Родимые пятна, просто темные пятнышки, которые стали серебряными теперь, когда она изменилась. Вот и все. Мы ничего не скрываем от вас, о великий дракон. Все что у нас есть, принадлежит тебе, если только ты спасешь нашего ребенка. Забери мою жизнь, съешь меня прямо сейчас, если хочешь, но дай моему сыну хоть миг умиротворения и покоя! — А затем, мужчина, которого Малта любила больше жизни упал на колени и склонил голову перед золотым драконом.
— О, пожалуйста, — взмолилась она, зная какими прожорливыми были драконы. Но Меркор не ответил на вызов. Во всяком случае он замер в неподвижности, словно был высечен из камня. Хранители собравшиеся вокруг хранили молчание. Сильве держала руку на плече своего дракона, а Элис стояла поднеся обе руки ко рту, словно сдерживая крик ужаса.
Потом дракон медленно повернул голову. — Ты говоришь эти слова, словно сама веришь в них. Боюсь, ты не знаешь ничего полезного. Элдерлинг Тинтальи, я ничем не могу помочь твоему младенцу. Но если ты предана драконам… Он поднял голову выше и неожиданно проревел вслух, обращая свою команду к каждому хранителю, стоявшему там: — Найдите для нас колодец с Серебром! Она, доказательство того, что один из них все еще существует где-то! За время ее жизни, кто-то коснулся Серебра и разделил с ней это прикосновение. Если вы хоть немного не безразличны к нам, пусть это станет вашим делом. Потому что, пока он не будет найден, ни один Элдерлинг не может быть завершен, ни один дракон не может процветать. Найдите для нас колодец с Серебром.