Красный Архонт
Шрифт:
— Так точно, господин. — Гакер выпучил глаза на не перестающий удивлять трюк.
Сержант прошел к стене, ветер потрепал его бороду, он сложил руки за спиной, он был выше даже итак высокого Сетрема, а в бою, он стоил больше всех своих подчинённых вместе взятых. Кайвин никогда не забудет, как офицер в одной из небольших стычек на Племенных Землях за долю секунду натянул лук, невероятным выстрелом, он попал в смотровую щель полностью закованного в грубую броню вождя дикарей. Разозлённого ездового зверя окружили и закололи копьями. Кифрез разгонялся на них верхом на боевом лосе, он бы их разорвал на куски огромным топором, сержант спас жизни всего отряда. За победу над вождём и проявление отваги, генерал Локертей лично вручил ему медаль «За Храбрость»,
— От разведчиков ни слова, ни звука, уже три дня как они опаздывают. — Сержант бесшумно всхлипнул, он зажмурил глаза, пытаясь сдержать слёзы, у него получалось. — Там мой сын…
Кайвин был ошарашен внезапно расчувствовавшимся сержантом, ни он, никто другой не догадывался что, можно сказать чтобы помочь закалённому в боях офицеру. Сетрем несколько раз раскрывал рот, пытаясь что-нибудь придумать, но в конечном итоге сдался, облокотившись на бревно, он смотрел себе в ноги. Гакер продолжил вглядываться вглубь леса, у их караула оставалось несколько минут. Вакран невольно посмотрел на дозорного дракона.
Дракон волновался, он поднялся на четыре лапы, что-то ища. Ящер был насторожен, его уши держались прямо, улавливая любой шорох, пронзительные соколиные глаза высматривали угрозу. Он иногда поджимал лапы, царапая когтями по древесине. Его зрачки расширились, передние лапы сжались, оторвав целые куски от башни. Раскрыв пасть, он подал тревогу.
— Враг!
Вся крепость подорвалась, по палаткам подали сигнал офицеры, каждый солдат проснулся, дракон не мог шутить, дозорные натянули руки, выцеливая высокие фигуры дикарей или их боевых зверей. Гвардейцы Красного Крыла обступили шатёр Императора.
Из лесов вырвалась волна ревущих и кричащих дикарей, больше всего их было на пути к вратам. Их первые ряды несли на себе длинные лестницы, дикари-стрелки метали копья-сулицы с широкими наконечниками. Боевых зверей не было видно, но сержант знал, что такие крупные войска дикарей, не воюют без кровожадных тварей.
Дозорные стреляли из луков по быстро приближающейся орде, они часто разили по несущих лестницы, но лестницы сразу подбирали другие дикари. Кайвин натянул лук и выпустил стрелу в грудь случайного воина племени. Кайвин выполнял свою часть, за ним начал повторять остальной отряд, все они, за исключением сержанта, были обычными лучниками с короткими мечами в ножнах.
Белый и оранжевый дракон сорвались с башен, из когтей белого ящера вырывались молнии, оранжевый дракон выдыхал раскалённый песок, их атаки убили десятки дикарей, из лесов появилась другая сотня. Племя ответило бросками копий, дротики вонзались в тела драконов, заставляя их набрать высоту.
Одна лестница ударилась об стену рядом с отрядом, дикари пытались молниеносной атакой взять врата. Сетрем подорвался к ней и попытался сбросить её вниз, но на ней был слишком тяжелый вес. На стену запрыгнул вооруженный двумя топорами племенной воин с огнем в глазах, его тело было лишено брони, за исключением толстых шкур. Он возвышался над всеми лучниками на голову, его руки были толщиной с их ноги, его лицо было обезображено гримасой чистой ненависти. Он преодолел лестницу за пару секунд несколькими прыжками.
Этот дикарь был особенно резвым.
Сетрем не успел достать из ножен клинок, он не успел крикнуть, как его голова была отрублена от шеи двумя симметричными ударами топоров, лицо сержанта обрызгало кровью его подчиненного. Испуганный Кайвин выпустил стрелу ему в бедро, кифрез ответил мощным ударом ноги, крохотный человечек пролетел вперед и проломил насквозь дверь, ведущую в башню.
Тевер выхватил меч из ножен, он пригнулся от взмаха дикаря, один топор глубоко застрял в древесине частокола, оставшиеся двое лучников выпустили по стреле в голову кифреза, но он прикрыл лицо широким лезвием топора, стрелы отскочили от оружия. Гакер принялся укладывать на тетиву ещё одну стрелу,
его прервало метательное копье, точное брошенное другим дикарем за стеной, пробившее грудь лучника насквозь, его последними словами было бессвязное хрипение. Увидев, как вновь погиб товарищ, Вакран плотно укрылся за стеной, он судорожно шептал молитвы драконам. Взяв меч обеими руками, сержант совершил сильный удар по руке, пытающейся вытащить застрявший топор, клинок разломал кость, дикарь взревел, убрав бесполезную руку от топора. Очередная стрела пронзила его легкое.Мир вокруг превратился в размытое пятно, Кайвин медленно поднимался из обломков двери, его плечо вывихнулось после удара, он увидел жестокую битву оставшихся товарищей, в горле возник ком при виде тел Гакера и Сетрема. Дозорный нащупал лук и стрелы в колчане, он не мог позволить дикарю убить весь его отряд до начала сражения, зубы схватились за тетиву.
Дикарь бросил оставшийся топор, оружие пробило лоб Вакрана и сбросило его тело вниз со стены, на его губах осталась молитва. Взревев, сержант направил клинок в шею дикаря, он резко пригнулся и ударил кулаком ему в лицо, огромный кулак выбил дух из сержанта, заставив его замешкаться, пытаясь прийти в себя, сержант отпрыгнул от врага, глубоко подрезав ему колено. Не останавливаясь, племенной воин подножкой опрокинул Тевера. Сержант быстро поднялся и порезал лицо врага, но рана оказалась поверхностной, дикарь взял в руки осветительную жаровню и ударил его по ногам, он вновь упал, и племенной воин решил не дать врагу возможность подняться, тяжелым ударом жаровни словно молотом, он сломал колено сержанта. Тевер болезненно закричал.
С грохотом отбросив жаровню, дикарь громко и протяжно засмеялся, он вытащил из-за пазухи нож из черного камня, он навесил нож над грудью сержанта, Тевер пришел в ужас, осознав, что дикарь собирается разделать его тело, кишки более важного противника станут украшением для безумного дикаря. В поисках возможности, Тевер заметил Кайвина, натянувшего тетиву лука зубами до предела, офицер кивнул подчиненному. Стрела сорвалась с лука и перерубила позвоночник племенного воина. Дикарь болезненно вскрикнул, эту рану он прочувствовал.
Словно срубленное дерево, дикарь начал падать на лежащего перед ним сержанта, он выставил нож вперёд, намереваясь забрать с собой жизнь противника, Тевер также поднял меч вверх, пытаясь остановить великана, сломанная нога не позволяла увернуться.
Меч пронзил шею дикаря, под собственным весом, тело медленно опускалось по лезвию, по инерции каменный нож вонзился сержанту в глаз, не ощущая боли, сержант убрал руки с меча, чтобы удержать труп врага, кинжал мог дойти до мозга. Тело племенного воина свалилось на Тевера, ему становилось трудно дышать под весом кифреза, Тевер не сомневался в потере глаза.
Ковыляя к офицеру, Кайвин отодвинул сдавливающее тело. Единственной рабочей рукой, он помог командиру встать. Тевер рассмотрел тела лучников, один единственный дикарь почти полностью. уничтожил его отряд за жалкие несколько секунд, казавшиеся вечностью.
Прозвучал множественный стук опускаемых на стену осадных лестниц, по лестницам громко поднимались соплеменники, побежденный дикарь был быстр, неопытен, и жаждал славы, помчавшись в бой впереди собратьев.
Один враг повержен, осталась армия.
Из башен вырвались подоспевшие на помощь имперские солдаты, Кайвин увидел, как расширились от страха глаза у молодых воинов, при виде резни, учиненной только одним дикарем. Пехотинцы оттащили раненых Кайвина и Тевера вглубь башни. Солдаты обступили лестницы, групповыми усилиями, они смогли сбросить две лестницы, но у дикарей оставалась их достаточно.
На стену ворвались снежные люди, крохотные человечки пытались их удержать стеной копий, но она оказалась слишком хлипкой, копья ломались и застревали в телах особо крупных кифрезов. Дикари сомкнули стену щитов вокруг лестниц, не давая их скинуть, они держали оборону, и с каждой секундой на стену пребывало все больше соплеменников. Когда их наберется достаточно, племя возьмет врата.