Чтение онлайн

Она отшатнулась, тряся головой. Не успел я сказать ничего еще, как она вскочила на ноги и стремглав унеслась прочь, разрушая мою последнюю надежду на свободу.

Я закрыл глаза и уперся спиной в ребристую стену из твердого черного камня.

Там, в ледяной пустыне, я и мечтать не мог выбраться оттуда. Со временем все мое представление об этом мире замылилось острым желанием оказаться среди себе подобных, говорить с ними, а не только с собой, и жить среди них, а не в одиночестве. Я и забыл, какими жестокими мы можем быть.

Я выживу. Всегда выживал.

Этот случай заставил меня о многом задуматься, и теперь я точно знал, что делать. Отныне

есть только я, и никогда больше ни одно живое существо не станет для меня важнее себя самого.

Пора выбираться.

***

Кризла - так звали ящероподобное существо, плюющееся кислотным зеленым ядом. Как я понял, кризлы питались плодами ядовитого морозостойкого растения под названием гнельица. В их организме весь яд перерабатывался и всасывался в кровь, от чего и та становилось исключительно опасной для незащищенной кожи или пасти напавшего на нее врага. Особые же железы, расположенные в нижней челюсти под двумя главными клыками, загнутыми внутрь, вырабатывали еще более омерзительное вещество, способное расплавить даже самый твердый металл из всех существующих в мире сплавов.

Вещество это, выделяющееся в органе за доли секунды, мгновенно поступало в заостренный лиловый язык, и тот подобно духовой трубке выбрызгивал порцию яда вперед - туда, куда был направлен взгляд кризлы.

В этот момент он был направлен прямо на меня.

Я сглотнул, пытаясь взять себя в руки. Жизнь на арене никак меня не прельщала, а постоянный гул и гомон, шедший с трибун, расположенных высоко наверху и скрытых тенями горящих огней, заставлял голоса в моей голове орать от растущего напряжения. Я не мог больше этого терпеть, но я хотел выжить. Пожалуй, у меня осталось только это желание - и ничего больше. Но ведь мне не привыкать.

Кризла, чей размер от кончика тупого и покрытого зеленой чешуей носа до окончания непропорционально длинного хвоста, загнутого вверх на подобие хвоста пустынного скорпиона, составлял около двух с четвертью метров, выгнулась еще больше.

Короткие, но толстые и сильные лапы без когтей, напряглись. Выпученные черные глаза на мгновение застыли, а затем...

Я резко отскочил в сторону, в последний момент уходя от брызнувшей из языка темно-коричневой слизи, а затем ринулся вперед, двумя прыжками сокращая расстояние между нами.

Короткий удар ржавого, но по-прежнему острого изогнутого клинка решил дело. Голова чудовища уже упала на землю, заливая ту ядовитой кровью, и откатилась в сторону, а тело продолжала биться в конвульсиях, пока я не остановил его, пригвоздив мечом к пропитанной влагой почве.

Гомон на секунду прекратился. До меня доносились голоса тех, кто принимал ставки, и радостные возгласы выигравших, а потом снова тихо завыл рог, означавший, что мои страдания на сегодня еще не окончены.

Я пошатнулся от усталости. Только сейчас я заметил, что кусок плоти на правом плече попросту отсутствует, и из раны обильно течет кровь, но остальным было плевать.

Я поднял голову вверх и нашарил глазами бледное испуганное лицо знакомой мне девушки.

– Довольна?
– прошептал я одними губами.

В тот же миг она скрылась из виду, исчезнув в тенях, а решетка напротив со скрипом распахнулась, оповещая о приходе моего нового противника.

– Человек, - фыркнул я, оглядывая изящную тонкую фигуру, скрытую под тонкой старой кольчугой.
– Женщина!

Воспользовавшись короткой передышкой между боями, я решил

потратить время на благое дело и внимательно осмотрел представшее передо мной "чудо". Я представления не имел, как она собирается сражаться.

На вид я бы дал ей лет двадцать-двадцать пять. Необычайно миниатюрное создание с меня ростом выглядело так, что казалось, будто ее хрупкие длинные ручки могли сломаться даже от одного моего прикосновения, но я не стал себя обнадеживать: шрамы на ее прекрасном теле говорили сами за себя. Она прошла ни один бой, и раз жива, то вышла из них победителем.

Воительница вынула две изогнутые сабли из ножен и воткнула их в землю, перетягивая длинные иссиня-черные волосы обрывком грязной ленты. Ее изумрудные глаза с той же заинтересованностью изучали меня.

Я вздохнул и перекинул клинок в левую руку. Вытирать его от крови я не стал, и это не укрылось от глаз моего оппонента.

Ее тонкие губы изобразили усмешку. Она кивнула на меч.

– Разве это честно?
– даже тонкий бархатный голос не выражал никакого страха.

– Плевать, - впервые мне удалось поговорить с кем-то на этой арене.

Она пожала плечами, позвякивая кольчугой, и затем взяла сабли в руки.

Никогда я не интересовался оружием, никогда не обращал на него внимания, больше основывая все свои действия в бою на собственном предчувствии и тактике, и этот раз не стал для меня исключением. Конечно, хороший меч может решить исход поединка, но это всего лишь железяка, находящаяся в руках хозяина, так к чему же приглядываться?

Отчасти так думал я и потому, что мое понимание в дуэлях на этом и заканчивалось. Я не был воспитан воином и надеялся, что выносливость, приобретенная за три сотни лет жизни в ледяной пустыне, прикроет эти недостатки.

– Ты не похожа на обычную женщину, - решил я продолжить разговор.

– Эльф?
– так же немногословно предложила она.

– Навряд ли. Эльфов не существует, это всего лишь сказки для детей. Мутация?

Что-то подсказывало мне, что в прошлой жизни и с этим мне приходилось иметь дело.

Безобразная усмешка превратилась в гримасу боли.

– Надеешься выведать что-нибудь или просто тянешь время перед смертью?

– Конечно же, первое. Я слышал, у вас два сердца и поразительная скорость, это так?

– Сейчас сам убедишься, - мстительно ответила она.

И я убедился.

Очнулся я только через два дня, не разбирая дня и ночи. Глаза постоянно косились, голова трещала, словно внутри нее зрело семя опухоли, которое стремительно разрасталось и разрушало сознание, и тело... Проклятые боги всех миров, я никогда не чувствовал себя таким разбитым!

Я через силу открыл глаза. Заклятие, наложенное на мое тело, но не разум, уже в который раз помогло мне выжить, однако счастья я от этого я никакого не испытывал: именно эта особенность моего организма так радовала хозяина, и он раз за разом посылал меня на арену, даже не давая времени на отдых.

Какого было мое удивление, когда я вдруг обнаружил, что нахожусь не в своей прежней грязной конуре!

Теперь мое зрение немного прояснилось, и я понял, что вокруг меня не черные камни, а вполне себе приличная кирпичная кладка. Да, судя по всему, я все еще находился под землей, однако ж не мудрено: не могли же меня освободить, а невольников всегда держат там, откуда нет пути наружу. Даже самый выносливый человек не сможет сделать подкоп, если он заключен в маленьком кубе, с пяти сторон окруженный твердыми камнями, а с шестой - не менее прочной решеткой.