Ключ от бездны
Шрифт:
– Мама?
Он не хотел верить в то, во что уже поверили руки, но страшная пустота образовалась в груди. Чудовищная, безысходная пустота.
– Мама! Почему?
Кхорх закрыл лицо руками и зарычал, сдерживая рвущуюся боль. И если выпустить её, она убьет, убьет не только его, всё вокруг! Но разве это имело сейчас значение?
– Нет!
Он поднялся и взял Матенаис на руки. Закрыл глаза, воскрешая в памяти храм в Улхуре. Только там найдет он силы, чтобы вернуть мать к жизни. Здесь это казалось невозможным. Здесь только смерть и эта незнакомая, давящая, безжалостная
Жрец, стоявший перед алтарем, отшатнулся, увидев прямо перед собой первосвященника, появившегося из ниоткуда.
– Мой господин…
– Приготовь жертву, - оборвал его Кхорх. – И сам принеси её Орх, понял?
– Да, повелитель, - жрец поспешно удалился, встревоженный видом окровавленной и бесчувственной Матенаис, которую искренне любил, как и многие в Улхуре.
А первосвященник осторожно опустил мать на алтарь. Прежняя уверенность в собственном могуществе вернулась к нему. Но душа рыдала! Она знала, что ничего уже невозможно сделать и ничего нельзя противопоставить желанию Матенаис, которая ушла счастливой, которая хотела уйти!
– Услышь меня, Великая богиня Бездны, имя которой я называю, как Орх! – воскликнул первосвященник и вздрогнул от боя барабанов, возвестивших, что жертва принесена. – Прими этот кровавый дар, богиня Смерти и верни…
Лицо мертвой жрицы подернулось легкой дымкой и сердце Кхорха дрогнуло от радости.
– … верни ту, что пришла в Царство твоё… - он осекся.
Тело Матенаис стало быстро таять, обращаясь белым дымом. Совсем не так было с Лемаис, которая просто открыла глаза и закричала от ужаса.
– Нет, мама!
Она истлела и на алтаре осталось только черное шелковое платье.
– Нет!
На верхний храм обрушился гигантский смерч и смял, стиснул, легко круша его купол. Стены подземелья Улхура содрогнулись. Обмерли от ужаса арахниды и служители Арахна. Густой мрак пал на город и множество голосов подхватило пронзительный, кошмарный вой первосвященника.
– Храни нас Улх, - шептали люди в смертельном страхе и падали на колени, мысленно прощаясь друг с другом.
Улхур рушился.
А Кхорх, не находя исхода охватившей его ярости, выхватил жертвенный нож и несколько раз удар себя в грудь и живот, напрасно призывая богиню смерти.
Она не слышала проклятого…
Была глубокая ночь. Но в доме Ва-Лерагов не спали.
Явилась Наэла и встревоженная и радостная Ла-Тима накрывала на стол по обычаю мхаров, встречая дорогую гостью.
Но та сидела безучастная, временами с тревогой посматривая на суетящуюся хозяйку.
– Пожалуйста, пошлите за Астеманом еще раз, - снова попросила она, обхватив плечи озябшими руками.
Госпожа Ва-Лераг остановилась с дымящимся блюдом в руках и взглянула с жалостью.
– Я уже посылала, дорогая, - мягко заметила она. – Но до заставы далеко и они будут только утром. Ты так исхудала, моя девочка и ничего не говоришь о… случившемся с тобой в Улхуре.
– Много чего, - нехотя ответила Наэла. – Разве… Сидмас не рассказывал вам?
Ла-Тима вздохнула:
– Он тоже стал совсем другим. Всё больше молчит и хмурится.
– Вы не понимаете! –
вскинулась Наэла, и, не удержавшись, расплакалась.Здесь ничего не изменилось! Ничего! Все так же цвели цветы и блестела над заливом луна и казалось невероятным, что где-то существовали подземелья, марлоги, Арахн…
– Успокойся, родная, - госпожа Ва-Лераг присела рядом и обняла Наэлу. – Успокойся и расскажи мне всё. Тебе станет легче…
– Легче? – девушка вскинула голову. – Я убила мать Кхорха и он скоро будет здесь! Он умеет… перемещаться без помощи Врат Времени, как и Матенаис, - она говорила быстро, словно боясь, что Ла-Тима остановит её и тогда она не сможет, не захочет даже мысленно возвращаться в Бездну. А она была всюду, где появлялся первосвященник. Вот и теперь, Наэле казалось, что мрак Бездны надвигается на спящий Ахвэм. – Кхорх придет сюда и… не просто убьёт всех, нет, это стало бы благом для нас, он…
– Девочка моя, - госпожа Ва-Лераг все-таки прервала её. – Он не сможет проникнуть в город. Астеман и жрецы Эморх воздвигли над Ахвэмом защитный купол. Это нечто мудреное и я не понимаю, как он действует и из чего состоит. Но я видела его – миллионы голубых молний охватывают небеса и, кажется, что погружаешься под воду. Но можешь дышать! И необыкновенное чувство покоя охватывает душу.
– Сейчас этот купол… действует.
– Нет, - чуть растерянно ответила Ла-Тима. – Кхорх не должен…
Наэла встала:
– Вы не слышите меня, госпожа? Я убила его мать! Он не оставит этого и явится сюда, как только поймет… поймет, что это не она сама…
Ла-Тима смотрела на неё со скрытым ужасом и едва ли верила её словам. Убила? Наэла? Нет.
– Пусть поднимут защитный купол, - твердо проговорила девушка.
– Утром приедет…
– Будет поздно! Где Равл-Ат?
Госпожа Ва-Лераг побледнела и тут же страшная догадка озарила её – бедняжка лишилась рассудка, не вынеся всего, что ей пришлось пережить. А то, что Улхур был полон кошмаров, она поняла, едва взглянув на поседевшего и полуслепого сына.
– Где и как купол приводят в действие? – спросила Наэла, посмотрев на Ла-Тиму совершенно ясными глазами.
– В храме Эморх…
– Идемте!
Госпожа Ва-Лераг колебалась не долго. Наэла всегда поражала её своей решительностью и мужеством и сейчас вряд ли походила на ненормальную. Если она так боится Кхорха, значит на то у неё есть веские основания и ничего плохого не случится, если купол будет активизирован.
– Через него могут пройти обычные люди? – спросила девушка Ла-Тиму, как только тронулся паланкин.
– Да, если у них есть защитные амулеты.
Наэла криво усмехнулась:
– Вы подготовились. А вот Тэ-Тахрет и Мелехрет сполна испытали злобу Арахна.
– Жрецы спешили, как могли, - не поднимая глаз, ответила госпожа Ва-Лераг.
– Ваш Нэрос стерт с лица земли, остались только камни, Ла-Тима, - глаза девушки наполнились слезами. – Вам не жаль?
Она не ответила, удрученная словами Наэлы. И с дрожью вспомнила её вопрос о Равл-Ате. Неужели он жив? Но почему сын ничего не сказал об этом? Правда, он ничего не говорил, даже отцу.