Чтение онлайн

Девушки опустились на колени и затянули что-то совсем непонятное и мало похожее на песнь. Судя по бледным лицам бедняжек и дрожавшим голосам, все что происходило сейчас, стало крайне мучительным для них.

Собрав чаши, жрец отпустил невилл и подошел к стражникам.

– Теперь вы должны осмотреть берег озера, - тускло сказал он.

– Помилуй нас, - чуть слышно пробормотал травник, едва не лишившись чувств, когда до него донесся запах, источаемый чашами. И если бы не Фархус, который вовремя поддержал его, юноша свалился бы в обморок прямо на глазах у служителя.

Но тот не стал задерживаться и величественно покинул грот.

– Это кровь, - выдавил из себя дрожавший Рехум.

– Да успокойся ты, - встряхнул его горец. – Чего ты хотел?

– Кого можно кормить… этим?

Одрух засмеялся:

– Отец говорил мне, что у каждого свой бог. Можешь представить, какой он у Кхорха.

– Идем к Хеллу, - напомнил всем Сахулл, - и держите себя в руках

– А я вот о чем думаю, - шагая по галерее, проговорил Дрэвх. – Млечные пещеры где-то совсем рядом.

– Возможно, - отозвался Лахвар. – Мне кажется, озеро находится на дне кратера и та отвесная скала – фундамент храма Кэух-Арахна. Вот почему мы видели небо. Может, густой туман стоит в кратере не всегда. Млечные пещеры тянутся по окружности жерла вулкана. Мне еще тогда показалось, что галереи идут по кругу.

Тем временем, они уже вышли к озеру, и остановились, удивленные и зачарованные.

Над аспидно-синей в серебристых бликах водой редкими полосами стлался туман. В его белесых прорехах виднелось синее небо. А где-то там, за туманом, в пустом безмолвии, высились антрацитовые скалы. У самого берега тихо плескались волны, перекатывая рябые камушки.

Фархус зачерпнул воду.

– Соленая, - сказал он. – Как могут здесь расти цветы?

– Какие цветы? – подхватил Дрэвх, к которому снова возвращалось бойцовское настроение.

– Нимфеи, - горец обернулся, взглянув на охотника. – Разве ты не заметил их в прошлый раз?

– Как то не до цветов было, - признался тот.

– Я тоже их видел, - проговорил Рехум как-то неуверенно. – И потом подумал, что мне привиделось - в такой воде они не могут жить.

– Проверим? – прищурился Дрэвх.

– Но… там ящер, - пробормотал смущенный травник, отступая.

– Не впускай страх в душу свою, - засмеялся охотник. – Так завещал нам великий Кхорх. Ты тоже трусишь? – взглянул он на Фархуса.

– Нет, - тот пожал плечами, – но смысла в этой затее не вижу.

– Ну, как же? Если найду цветок я, Сахулл перестанет корчить из себя вождя нашего племени, - он хмыкнул. – Найдешь ты – Дрэвх больше рта не разинет. Идет?

– Идет!

– Одумайтесь! – попытался урезонить их Сахулл, но охотник лишь рассмеялся ему в лицо.

– Я помолчал бы на твоем месте или сам полез в пасть дракону.

Горец оттолкнул друга, что попытался помешать ему и, сбросив сапоги, первым вошел в воду. Хохоча, охотник отправился за ним. И скоро туман поглотил их.

Они поплыли в разные стороны, нисколько не сомневаясь в успехе. Но чем дальше оставался берег, тем плотнее становился туман, через который уже ничего не было видно.

Фархус перестал грести и огляделся. Ноги покалывало

от холодной воды, но он все же решил доплыть до скал и уже тогда повернуть назад.

– Вернитесь! – еле донеслось до него с берега, и стражник удивился, что так далеко уже забрался.

– Э-э-й, - отозвался Дрэвх совсем рядом, в то же время, оставаясь невидимым.

А горец заметил цветок.

Он был близко, покачиваясь на синей глади, где отражались его белые лепестки. Фархус протянул руку, касаясь чашечки, и вдруг ощутил жалость к трогательной хрупкости нимфеи. Но пальцы уже скользнули к упругому стеблю, надламывая его. Не веря глазам, он поднес к лицу сорванную лилию, испачканную кровью…

Вдруг перед ним взорвались спокойные воды, и голова ящера вынырнула из темной глубины. Разинув страшенную пасть, змей бросился на горца и только чудом тому удалось увернуться, оттолкнувшись от чешуйчатого тела гада. Тот обрушился мимо всей массой, снова погружаясь в пучину, и Фархуса затянуло водоворотом. Оказавшись под водой, он открыл глаза, и с ужасом увидел сквозь мутное пространство, как разворачивается гибкое тело змея. Что произойдет потом, он никак не мог предположить, но сцена эта долго будет преследовать его в ночных кошмарах. Огромная пасть ящера распахнулась так близко, что стали видны острые, длинные зубы и черная глотка твари. Забив ногами и загребая руками, горец рванулся в сторону, уже предчувствуя, как вопьются в него драконьи клыки. Но… мгновение минуло. И чьи-то руки потянули его наверх, прочь от разбухающего в воде кровавого пятна.

– Зачем ты полез за мной? – отплевываясь и тяжело душа, проговорил Фархус, выбираясь на берег, где их ждал мокрый и притихший Дрэвх.

– Извини, надо было позволить ящеру сожрать тебя, - отозвался Лахвар, нисколько не обижаясь на друга. – Держи трофей, - он протянул ему уцелевшую нимфею.

Но ни забрать цветок, ни выразить радость победы Фархус не успел - к ним подбежал запыхавшийся Рехум.

– Скорей, - оборачиваясь и показывая назад, выпалил он. – Идемте.

– Куда? Объясни толком! – потребовал Дрэвх.

– Когда вы уплыли, я увидел, как вспыхнули над скалами огни, потом покатились вниз, и угасли. Сахулл тоже видел и все пошли туда, а меня оставили, - он сконфуженно смолк, не находя больше слов.

– Идем, - кивнул Лахвар.

И скоро они уже пробирались по заваленному большими валунами берегу, быстро догнав собратьев.

– Искупались? – подозрительно недобро бросил Одрух.

– Цветок у меня, - похвалился Фархус.

– Поздравляю.

– Быстрее, - поторопил их встревоженный Сахулл. – Кажется мне, что случилось непоправимое.

В той самой скале, над которой появились странные искры, Стражи обнаружили глубокую пещеру. Внутри горел огонь.

– За мной, - позвал Сахулл.

Они вошли и увидели невилл, которые суетились над кем-то, лежавшем у самого костра. И вновь невольно очарованные видением прекрасных созданий, мужчины так и стояли бы, не в силах вымолвить ни слова, если бы одна из них не вскрикнула, заметив стражников.