Чтение онлайн

– Странно, - проговорил стражник тихо и вернулся к ложу. Он прилег, уже не надеясь уснуть – чувство тревоги не отпускало, все усиливаясь, как и навязчивое желание снова посмотреть за решетку. Раньше Фархус не считался трусом, но тот, кто таился в темноте галереи, был намного сильнее его. Сильнее не физически, нет. Притихший там источал зло, перед которым был слаб любой из плоти и крови.

Горец снова встал, подхватил лампу и подошел к двери.

– Кто здесь? – Фархус прислушался, уловив ни на что не похожий звук. – Эй! Отзовись! – он повыше поднял светильник, прижимаясь к прутьям. И вдруг отпрянул – уродливый, безносый

лик, мелькнул прямо перед ним.

– Что это?.. – собственный голос придал немного уверенности, но желание смотреть пропало.

Стражник медленно отступил к кровати, опасаясь поворачиваться к двери спиной.

– Может, померещилось?..

Он сел, поставив лампу у ног, и постарался успокоиться. Наверняка, кто-то из людей был рядом, да и решетка надежно защищала. Но… от кого? Если то, что видели его глаза не плод разыгравшегося воображения – никакие стены помочь ему не смогут.

– Не впускайте в душу свою страх, - снова вслух проговорил горец, найдя в себе силы улыбнуться. – Кхорх заботится обо мне.

Но образ кошмарного лика снова и снова вставал перед ним: узенький подбородок, низкий лоб с загнутыми тонкими рожками, серая, словно истлевшая кожа, местами прорванная и сочившаяся кровью, глубоко сидевшие белесые глаза, и острые, почерневшие зубы.

Он вздрогнул, едва не вскрикнув, когда услышал тихий зов за дверью:

– Фархус?

За решеткой стояло что-то светлое, похожее на призрак.

– Фархус!

Женский голос, звавший его, был мягким и удивительно мелодичным.

Ошарашенный стражник приподнялся, не веря своим ушам. Как можно было обмануться! И что за чудовищной силой наделены эти подземелья, что рождают одновременно и кошмарные виденья, и обворожительных созданий, наделенных такими голосами.

– Фархус, я хочу помочь тебе, - вновь нежно заговорила незнакомка.

– Кто ты?
– он встал и подошел ближе, с удивлением видя прелестную девушку, которая ухватилась маленькими ручками за прутья двери, и встревожено смотрела на него.

– Я – Каэлис, дочь жреца Гереха, - ответила она, взмахнув длинными ресницами, и снова устремила на пленника влажно-черные, неотразимые очи.

Фархус смутился перед такой пленительной красотой, не находя слов, и не понимая, что нужно было от него этой девушке.

– Я отворю дверь, – сказала она и ловко вскрыла наружный замок.

– Для чего тебе идти против своего отца? – отступая, спросил горец.

– Потому что ты ни в чем не виноват, - улыбаясь, ответила Каэлис и протянула к нему руки. Как хороша она была своим точеным личиком, полуобнаженной грудью и плавными линиями юного тела, что угадывались под тонкой материей платья. Склонив голову и блестя в полуулыбке белыми зубками, дева шагнула к Фархусу, встряхнув длинными темными волосами. Выражение глаз ее изменилось, и теперь в них читались открытый призыв и нетерпение. – Ты пленил душу мою, горец, и можешь отблагодарить свою спасительницу.

– Как?

– Разве ты не понимаешь? – лукаво спросила она, и подтолкнула смущенного Фархуса к ложу.

– Я не посмею оскорбить Гереха, - растерянно сказал Фархус. – К тому же Стражам нужно сохранять себя в чистоте, – но говоря это, он позволил увлечь себя на кровать. Конечно, он не был совершенно неискушенным в любовных вопросах, но ту несмелую ласку, что дарила ему возлюбленная, никак нельзя было сравнить с тем, к чему влекла

Каэлис. Голова стражника закружилась, словно он вдруг очутился в горячем омуте, такими сладко-обжигающими оказались поцелуи и объятья страстной дочери жреца.

– Ай, мне больно, - вскрикнула вдруг она и, отстранив горца, быстро распустила шнуровку на его хитоне. – Что это?

– Сердолик, - ответил Фархус, и взял в руку блестящий камень, вставленный в оправу с магическими знаками – священный оберег, который он прятал от глаз малусов, нося на длинной цепочке. И это прикосновение привело его в чувство.

Горец внимательнее взглянул на девушку и, улыбнувшись, поинтересовался:

– Разве он не нравится тебе? Если захочешь - я подарю.

Лицо Каэлис лишь на мгновение исказила злоба, но прелестница легко справилась с собой. Томно взглянув на Стража, она прильнула к его плечу горячей щечкой:

– Сними, он мне мешает крепче обнимать тебя.

– Вот как? – Фархус уже успел заметить бордовый след, оставленный амулетом на коже девы. – Как, говоришь, тебя зовут, красавица? – он придавил рукой ее грудь и с силой прижал сердолик ко лбу девушки. – А вот это тебе нравится, Кэух?

Кожа под камнем задымилась, плавясь и искажая прекрасные черты. Еще мгновение, и под ним забилось уродливое существо, которое привиделось в темноте коридора. Замерев на миг, оно издало истошный визг, и страшной силы удар отбросил Стража к противоположной стене. Тяжело ударившись, Фархус потерял сознание…

– Переживаешь за друга? – присаживаясь к Лахвару, с сочувствием спросил Одрух.

– Да, - тот опустил глаза, снова посмотрев на рисунок, который складывал из камушков. – Его нет уже пять дней, а этот… жрец и говорить об этом не хочет.

– Он считает, что все сказал, - подхватил змеелов, присматриваясь к горцу, что не осталось незамеченным последним.

– Да, - Лахвар замолчал, не желая продолжать тему, которая явно интересовала его собеседника и была неприятна ему самому. Как и любознательность малуса, впрочем.

Над Хеллом снова стоял редкий туманец, а тусклая вода казалась мертвой. Наступал вечер, и глубокие тени от близких скал вытягивались, словно желая подслушать, о чем молчали двое, глядя на застывшее синее озеро.

– Как думаешь, можно сбежать отсюда? – нарушил горец вязкую тишину и резким движением руки сломал сложный узор на песке.

– По скалам? – Одрух кивнул на размытый рисунок каменной громады. – Возможно, - он мельком глянул на юношу. – Хочешь удрать?

– А что?

– Нет, ничего. Я бы и сам задумался над этим, но моя семья уже получила за меня золото. И я не могу вернуться, опозорив свой род и память предков.

– Тебе не нравится здесь? – спросил горец, уже зная ответ.

– Видел, как живут невиллы? – ответил змеелов вопросом на вопрос. – Зачем первосвященник держит их в черном теле? Я хорошо знаю Лемаис. Она всегда была красивой и живой, а теперь… теперь девочка так быстро чахнет и долго не выдержит всего этого. Не удержался, встретился с ней тайком, о чем не жалею – много интересного узнал. Среди них же внучка Сильхи затерялась, - он хохотнул.
– Вот уж не пойму, куда ведьма смотрела! Так эта самая Дельви говорит, что страшнее Улхура с Колодцем нет ничего на всей обозримой земле. И тварь, что копит силы в теплом жерле вулкана, наделает много бед.