Китайский попугай
Шрифт:
Когда Чарли ушел, Боб и Холли некоторое время сидели молча.
— Ну вот, — наконец нарушил молчание Уилл. — Я был неправ. Совершенно неправ. В ранчо Маддена что-то происходит.
Боб кивнул.
— Не сомневаюсь. Но что?
— Весь день я удивляюсь, что Мадден дал мне интервью, — продолжал Холли. — По непонятной причине он отказался от одного из своих принципов. Почему?
— Не знаю...
— Мне кажется, Мадден знает, что в любой момент может что-то случиться на ранчо, и об этом напечатают в газетах. Поэтому он хочет заиметь друзей среди газетчиков. Возможно такое?
— Возможно... —
Холли пожал ему руку.
— Если понадобится помощь, вспомните об Уилле Холли.
— Конечно! Возможно, завтра я вас снова увижу.
У отеля Боб остановился под деревом, поджидая Чарли. Худые загорелые мужчины в бриджах цвета хаки и безвкусных куртках собирались группами и громко приветствовали друг друга. Боб чувствовал себя здесь пришельцем с Марса.
Вскоре появилась машина. Чарли услужливо открыл дверцу. Боб заметил, что глаза детектива устремлены на дверь отеля. Он проследил за его взглядом. Из отеля вышел мужчина в пальто с поднятым воротником и низко надвинутой шляпе. Глаза его были скрыты за темными очками.
— Вы знаете, кто это? — спросил Боб.
— Да, — ответил Чарли. — Я думаю, отель «Киллари» потерял своего постояльца. Их потеря — наша находка.
Они медленно ехали по Мейн-стрит.
— Нам предстоит много работы, — сказал Чарли. — Ах, как хорошо возвращаться домой на старом друге!
— На старом друге? — удивился Боб.
Чарли улыбнулся.
— В гараже на Панч-хилл стоит машина вроде этой и ждет моего возвращения... И я снова вспоминаю знакомые улицы Гонолулу.
Они выехали из города. Не обращая внимания на плохую дорогу, Чарли увеличил скорость.
— Что это вам пришло в голову? — спросил Боб.
— О, я просто подумал, что машина может понять мою тоску по дому.
Глава 8
МАЛЕНЬКАЯ ДРУЖЕСКАЯ ИГРА
Остальную часть дороги Боб и Чарли молчали. Ослепительно желтое солнце клонилось к закату. Тени от деревьев стали длиннее. С гор веял прохладный ветер.
— Чарли, — спросил Боб, — вам нравится здесь?
— В этой пустыне?
Боб кивнул.
— Мне нравится узнавать новые места. Хотя я тоскую по своей земле.
— Понимаю...
— Да. Гавайи похожи на жемчуг Филимора... Саху — маленький островок. Влажный воздух, ласковое солнце, дыхание океана... А здесь воздух сухой, как прошлогодняя газета.
— Паула говорит, что можно полюбить и пустыню.
Чарли пожал плечами.
— Пустыня, конечно, производит впечатление, но я предпочитаю другой климат.
— Я тоже, — засмеялся Боб. — Здесь многого не хватает.
— Остается надеяться, что скоро мы покинем ранчо Маддена.
— Как вы думаете действовать дальше?
— Ждать и наблюдать. Правда, молодость не способна на такие дела...
— Ну, Чарли, я тоже могу ждать и наблюдать.
— Хорошо, если так... Складывается очень странная ситуация. Возможно, что кто-то убит. Играя вслепую,
мы вынуждены маневрировать, как при езде по плохой дороге... Я спрашиваю себя, должен ли я разгадать эту тайну?— Конечно.
— Однако большинство фактов далеки от меня, как снежные вершины гор. В одну из ночей на ранчо Маддена кто-то был убит. Кто убит — неизвестно. Кто заинтересован в этом убийстве — неизвестно. Почему убит — неизвестно. Вот эти вопросы надо выяснить.
— Как? — беспомощно спросил Боб.
Чарли не ответил, продолжая размышлять вслух.
— Крик попугая ночью... Устранение птицы... След пули, прикрытый картиной... Исчезнувший со стены пистолет... Будет великой честью для нас, если мы раскроем это дело.
— Однако я все же не могу понять Маддена. Что он знает? Или проныра Торн один замешан в этом деле?
— В свое время мы, возможно, ответим на эти вопросы, — кивнул Чарли. — Пока же лучше не считать Маддена другом. Надеюсь, вы ничего не рассказывали ему о Сан-Франциско? Я имею в виду Шаки Филла Майкдорфа и его странное поведение.
— Нет... Теперь я понимаю, почему Майкдорф появился в Эльдорадо.
— Главное — ожерелье вне опасности.
— Конечно.
— Что ж, подождем... А пока ничего не надо говорить Маддену. Если вы ему скажете о Майкдорфе, он попросит прислать ожерелье в Нью-Йорк. Что тогда? Вы уедете, он уедет, я уеду. Тайна ранчо Маддена останется неразгаданной.
— Вы правы... — Боб помолчал. — Кстати, как вы считаете, происшествие могло случиться в среду ночью?
— Вам хочется, чтобы это произошло в среду ночью? Почему?
Боб кратко передал Чану рассказ Паулы о той ночи. О волнении Торна, когда он увидел ее, о настойчивости, с которой секретарь уверял, что Мадден не может поговорить с девушкой, о золотоискателе, которого она видела у ранчо. Чарли с интересом слушал его.
— Хорошо что вы рассказали мне об этом, — заметил он. — Эта ниточка может быть самой важной. А) золотоискатель. Молодая леди сможет сохранить тайну?
— Думаю, да.
— Попросите ее, чтобы она дала знать, если опять увидит этого человека. Кто знает, может быть, он недостающее звено в цепи.
Они подъехали к ранчо.
— Теперь сделайте невинный вид, — сказал Чарли. — Когда будете разговаривать с отцом, вы поймете, что он все знает. Я послал ему телеграмму.
— Вы? — удивился Боб. — Я тоже.
— Тогда все в порядке. Между прочим, я позволил себе напомнить ему, когда он будет разговаривать с Мадденом, прислушаться к его голосу.
— Хорошая идея.
Ворота были открыты, и Чарли проехал во двор.
— Теперь я должен идти готовить обед, — сказал он. — Помните: ждать и наблюдать. При встрече будем соблюдать величайшую осторожность. Никто не должен знать, кто я на самом деле.
В гостиной в камине уже горел огонь. Мадден сидел за столом и подписывал письма.
— Хелло, — сказал он, — увидев Боба. — Как провели время?
— Неплохо. Надеюсь, вы тоже.
— Если бы! Даже здесь я не могу отказаться от дел. За три дня набирается много почты. А вот и Мартин, — сказал он, глядя на вошедшего Торна. — Я полагаю, вы успеете отвезти письма на почту до обеда? Телеграммы тоже надо отправить. Возьмите маленькую машину.