Избранные
Шрифт:
Как и сказал Док, Адриан подходит к лампам и по очереди наполняет их до краев. Когда все лампы оказываются наполнены, он становится возле меня и выжидающе приподнимает брови.
– Нууу, - протягивает принц, - и что теперь?
Словно в ответ на его слова, стена, которая показалась ему подозрительной при первом осмотре щелкает, и начинает медленно приподниматься. Она останавливается в нескольких дюймах от потолка, и на нас уставляется шесть пар изумленных глаз.
Мы с Адрианом первыми врываемся в комнату и натыкаемся на четверых Хранителей, которые с криком бросаются в нашу сторону. Они заносят мечи над нашими головами, но мы, уклоняясь, ударяем двоих
Оракул стоит посреди скудно обставленной комнаты и в ужасе смотрит на нас. Слева от нее на небольшом столе аккуратно сложены медицинские инструменты, а справа в золотом плаще стоит девушка лет семнадцати, за спиной которой что-то светится. Возле себя я замечаю торчащую из стены цепь, заканчивающуюся кандалами, и перевожу взгляд на ноги девушки. Они покрыты синяками.
Адриан бросается вперед, разворачивает в ярости отбивающуюся Оракул и прижимает ее к себе, схватив одной рукой за горло. Она вырывается, но он в два раза сильнее ее и на десять сантиметров выше.
– Что вы делаете?!
– хрипит она через силу, - предатели! Охрана!
Хранитель Адриана вырастает перед ней и хмурит брови. Позади перепуганной девушки на маленьком столе, застеленном бордовой дорогой тканью, я замечаю странного вида стеклянную сферу, переливающуюся мягким золотым сиянием внутри.
– Стигма, - шепчет Адриан.
В ответ на его слова девушка кидается в угол, глядя на меня огромными голубыми глазами, расширившимися от ужаса.
– Не подходи!
– кричит она, выставив руки вперед.
Я шагаю ближе, силясь понять, почему она кажется мне такой смутно знакомой. Эти темные волосы выглядят так неуместно, оттеняя огромные глаза, напоминающие два кристально чистых озера.
Я уже смотрела в эти глаза - и сулили мне они только боль.
– Ты...- мой голос срывается, - тебя зовут Корал?
Черт возьми, этого не может быть. Поверить не могу, что старая ведьма скрывала свою младшую дочь, пряча ее в катакомбах дворца, чтобы она потворствовала ее мерзким делишкам.
Глаза девушки округляются, и она подозрительно обводит меня глазами.
– Откуда ты знаешь, как меня зовут?
– Что ты здесь делаешь?
– напряженно спрашиваю я, игнорируя ее вопрос.
– Эланис, сейчас как бы не время, - кричит Адриан, сдерживая Оракул.
О нет, он не прав. От нас столько всего скрывали, что я лучше отдам правую руку, чем сдвинусь хоть с места прежде, чем мы разберемся в том, что же здесь, черт возьми, происходит.
Я не собиралась отступать от плана, но если у меня есть шанс забрать сестру Эйдана с собой, то я им воспользуюсь. Я хмуро смотрю на дергающуюся в руках Адриана Оракул, стараясь избегать ее острого, холодного взгляда, который вонзится мне в мозг при любой возможности. Мы и так, судя по всему, оставляем ее.
Корал неуверенно переводит взгляд с меня на свою мать, а затем смело рявкает:
– Отпусти ее.
– Расскажи мне, что ты здесь делаешь, - настаиваю я.
– Сначала отпусти ее.
– Правила здесь устанавливаю я.
Корал мнется, затем откидывает золотой капюшон и раздраженно смотрит на меня.
– Я - алхимик короля. С помощью Стигмы я помогаю ему закупоривать силу Искупительниц для дальнейшего использования.
– Зачем тебе это?
– Не твое...- она сталкивается со мной взглядом и мрачно вздыхает: - я - не Искупительница,
а значит, у меня нет прав находиться при дворе. Мама не хотела разделять своих детей, поэтому, когда я родилась, отдала меня алхимикам. Они научили меня всему, что я знаю.– И тебе известно об Эйдане?
– недоуменно уточняю я.
– Конечно, известно, - презрительно кривится она, - он мой брат и я всегда присматривала за ним.
– Откуда у короля Стигма?
Корал смотрит на свою мать, затем вздыхает и нехотя говорит:
– Мой отец был алхимиком. Наш род хранил древние знания и передавал их из поколения в поколение. Вместе со Стигмой. Предполагалось, что мы будем хранить ее ото всех, но мама решила привезти ее в Лакнес, где правил король, озабоченный собственной безопасностью. Она выбила себе и нам отличное место при дворе, пожертвовав честолюбивыми желаниями о власти и деньгах, которые пришли бы в голову таким примитивным людишкам, как ты.
Ну и семейка - прям джекпот выбили! Отец из древнего рода алхимиков, а мать - из древнего рода Искупителей. Почему-то я совершенно не удивлена тому, что Оракул врала о том, каким образом ее обнаружили. А еще я очень сомневаюсь, что кому-то вроде Оракул не пришла в голову подкупающая мысль о власти и положении - с такой силой она могла бы управлять Лакнесом, а не прислуживать в нем. Она обожает все контролировать. Уверена, она нашептывала королю о том, что нужно отправиться покорять Ламантру, чтобы в случае чего вся ответственность пала на него, а она спокойно исчезла где-то за горизонтом в поиске других дурачков.
– Не говори ей ничего, - рявкнула Оракул, но Адриан лишь сильнее прижал ее к себе.
– Отдай мне Стигму, - приказала я, протянув вперед руку.
Корал испуганно сжалась, схватившись за сферу.
– Я не могу...
– Послушай, я все равно заберу ее - так или иначе. Но тебе больше не нужно быть здесь, выполняя чужие приказания и соответствуя чужим представлениям о том, как поступить правильно. Ты же всегда знала, что тебя используют для того, чтобы забирать чужую силу - и едва ли для миролюбивых целей, не так ли? Ты же не глупа, Корал. Прими верное решение - решение, которое ты сама давно хотела принять.
В ее глазах мелькает неуверенность, но мать, стоящая напротив, не позволяет ей сделать ни шага.
– Откуда ты знаешь, какое решение я хотела принять?
– рявкает она, напуская браваду.
– Пожалуйста, Корал, пойдем со мной. Я покажу тебе другую жизнь. Ты сможешь вернуться к своему брату. Ты снова сможешь стать свободной.
– Не слушай ее!
– надрывается Оракул прежде, чем Адриан зажимает ей рот рукой, - она врунья! Тебя повесят за предательство! Или, того хуже - просветят!
Но я вижу, что слова о свободе сыграли для Корал решающую роль. Она мрачно смотрит на маму, затем поднимает на меня глаза и в них сверкает боевой дух. Если эти полгода перевернули все мое существо, сковали меня в цепи и заставили позабыть о том, что это вообще такое - быть свободной, то каково было Корал, которую с самого детства закрывали в комнатах дворца и заставляли делать то, что ей не нравилось? Каково было маленькой девочке, которую мать тоже наверняка обучала болью с жестокостью монстра? Девочке, которую отлучили от брата, чтобы тот принял смертельную миссию? Как Оракул, которая радела за будущее своих детей, согласилась на такую судьбу для них? О нет, она беспокоилась только за себя саму. Она отдала свою родную кровь на службу королю, чтобы тот проникся к ней доверием и исполнял все, что она скажет. Она просто уничтожила все, что ей дорого, ради власти.